Анти-Горбачев 6 (СИ)

— Получается, что так… — вздохнул Романов, и в этот момент зазвонил телефон связи с приемной, — да… соединяйте, — это Воронцов звонит из Белого дома, — пояснил он Воротникову.
— Слушаю внимательно, Юлий Михайлович, — сказал он в трубку, — так… так… про Каддафи это интересно… думаю, что по телефону мы с вами ничего не решим — приезжайте, согласуем вопрос в Москве… хорошо… хорошо… передавайте привет Марио Лемье.
  
— А кто это Марио Лемье? — осторожно спросил Воротников.
— Знаменитый канадский хоккеист, — ответил Романов, — почти что, как Валерий Харламов. Американцы предложили нам сдать Ливию вместе с Каддафи, тогда они будут согласны на большую сделку.
— Я, конечно, не очень большой эксперт во внешней политике, — отвечал Предсовмина, — но на мой скромный взгляд это будет не очень большая потеря для нас… Каддафи совсем съехал с катушек в последнее время. Да и социалистический путь развития в его интерпретации очень сильно отдает исламским фундаментализмом.
— Наверно, вы правы, — вздохнул Романов, — завтра Воронцов вернется из Вашингтона, тогда обсудим этот вопрос в более широком составе.
И снова Сребреница
— Ну говори, — приказал сержанту Игнат, — раз уж начал — кто ты, номер подразделения, какое задание имеешь, что в этом районе делаешь?
— Деян Станкович, — разжал зубы тот, — 203 батальон 71 полка, внутренние войска…
— Давай-давай, выкладывай уж до конца, — Игнат ускорил пинком его речевую активность, — не останавливайся.
— Патрулируем окрестности Биляча, больше никаких заданий не имеем…
— А чего на гражданских лиц тогда кидаешься, как бешеная сука? — поинтересовался Игнат.
— Приказано было проверять всех… — нехотя закончил свою речь сержант.
— Ясно, — Игнат оглянулся на своих спутников, ища поддержки, но они предпочли промолчать, тогда диалог закончил он сам, — знаешь такого Насера Орича?
— Я знаю, — отозвался второй связанный солдат, — он в соседнем селе квартирует.
— Так, — вмешался наконец в разговор Гойко, — давай с этого места поподробнее — в каком селе, сколько бойцов там сидит, есть ли караульные посты?
— Так вы за Оричем пришли что ли? — это спросил разговорчивый сержант, — а зачем он вам?
— Затем, что он Подраванье вырезал вчера, — зло ответил Гойко, — больше ни зачем.
— Не может этого быть, — уверенно покачал головой сержант, — он всю последнюю неделю сидел в Обади…
— А ты-то это откуда знаешь? — справился Игнат, — что он никуда не вылезал оттуда?
— У меня там двоюродный брат служит, мы с ним перезваниваемся через день, — угрюмо пояснил сержант.
— Понятно… — пробормотал Игнат, — но все равно проверить это было бы неплохо… а с вами двоими вот что сделаем — оружие мы у вас заберем и руки развяжем, а вы уж сами решайте, что дальше делать. Но лично я бы на вашем месте сделал отсюда ноги — армия все равно скоро развалится и искать вас никто не будет.
— Это почему же армия развалится? — поинтересовался сержант.
— Ты откуда родом-то?
— Из Загреба, а он из Скопье вообще, — кивнул он на товарища.
— Так вот, и в Хорватии, и в Македонии вот-вот организуют свои собственные армии… так что работа вам найдется. А Босния это не то место, где будет комфортно в ближайшем будущем. Ну так что, договорились?
— Договорились, — хором ответили оба солдата.
Когда эти две группы разошлись в разные стороны, Гойко все же спросил у Игната:
— А если они побегут в Биляч и настучат на нас? Может, зря мы их отпустили…
— Альтернативы-то какие, — хмуро ответил Игнат, — прикончить их предложил бы? Или с собой их таскать?
Ничего на этот вопрос Гойко ответить не смог, поэтому они прежним расположением двинулись вперед, в обход Биляча на Обади.
— А ты вот что мне скажи, — через десяток минут нарушил молчание Мирослав, — если мы даже найдем этого Орича… и даже если сможем скрутить, что очень маловероятно… дальше-то что мы с ним делать будем?
— Генерал выдал мне связное устройство, — Игнат вытащил из наплечного мешка коробочку, — по нему вызовем вертушку, она и отвезет всех нас куда следует.
— А что, план неплохой, — вмешался в диалог Гойко, — мне нравится.
— А мне не очень, — угрюмо осадил его Мирослав, — у него же охраны должно быть минимум с десяток бойцов… и все наверняка из спецслужб, Орич же оттуда вышел.
— Есть у меня один план, — ответил Игнат, — но я о нем попозже расскажу, когда мы поближе подойдем к этой, как ее… к Облади что ли…
— Облади это из песни Битлз, — автоматически поправил его Гойко, — а у нас будет Обади… в переводе на твой язык это вызов.
— И кому они там вызов бросают, — поинтересовался Игнат, — жители вашей Обади.
— Да тут много желающих за последние 500 лет было, — скупо отвечал Гойко, — в основном турки, конечно, но и австрийцы с греками и албанцами тоже подсуетились.
— Слушай, — уцепился за его слова Игнат, — а что у вас с албанцами — расскажи… а то в нашем посольстве не в курсе этой проблемы.
— Албанцы, хмм… — задумался даже на секунду Гойко, но быстро собрался для ответа, — они обособились от остальных югославов где-то в 14–15 веке, когда Османская империя нас завоевывала. Сербы, хорваты, словенцы в большинстве своем ислам не приняли, а вот албанцы да… и боснийцы еще. И язык у них хоть и похож немного на южнославянские, но все же другой, я читал, что у них он унаследовал грамматику и фонетику иллирийцев…
— А это еще кто? — перебил его Игнат.
— Ну это те, кто жил на Балканах до славян, у них еще серьезные войны с Древним Римом были. Так вот, разница между албанцами и сербами, например, это как у вас в России между русскими и прибалтами… в принципе что-то общее есть, но если присмотреться, то различий больше, чем сходства.
— И сейчас эти албанцы претендуют на исторические земли Сербии, так?
— Верно… Косово это следующая горячая точка в нашем государстве, хотя и в Боснии они тоже наверняка замешаны…
— Понятно… — подумал немного Игнат, — а вот в народе у вас как относятся к албанцам? Если в целом?
— Знаешь, я немного пожил на вашей Украине в начале 80-х, — ответил Гойко.
— Да ты что? — изумился Игнат, — и где же ты там жил?
— В Одессе… на судоремонтном заводе… так вот — у нас к албанцам относятся примерно так же, как украинцы… ну не все, но одесситы точно… к молдаванам. Считают их тупой и недалекой деревенщиной…
— Знаю-знаю, — ответил Игнат, — в России примерно такое же отношение к чукчам. Хотя и молдаване, и чукчи в принципе очень разные встречаются… я вот в армии когда служил, у меня в напарниках двое чукчей были — лучших солдат я ни разу потом не видел.
— Справа на три часа Биляч, — прервал их увлекательный диалог Мирослав, — собаки могут нас учуять.
— Ничего, это далеко, — успокоил его Игнат, — как говорится в народной поговорке — собаки лают, а караван идет.
— Ты мне вот что лучше скажи, друже, — задал Игнату наводящий вопросик Гойко, — что там у вас в Армении случилось в прошлом году?
— Землетрясение случилось, — бодро отвечал Игнат, — а что непонятно?
— Непонятно то, как вы сумели эвакуировать кучу народу за день до начала… у нас тут тоже в принципе не очень спокойная тектоническая обстановка, за последние 25 лет три очень крупных землетрясения случилось…
— Точно-точно, — поддержал его Мирослав, — сначала в Македонии, потом в Боснии, в Баня-Луке, а совсем недавно в Черногории было, все по 7–8 баллов, куча народу погибло. А в Армении все 10 баллов было, верно? И никто не пострадал.
— 9 с копейками, — уточнил Игнат, — и пострадавшие таки были, но немного. Вы от меня уж очень много информации хотите, — усмехнулся он, — деталей я вам конечно не расскажу, но по слухам постарался какой-то очень засекреченный институт при КГБ. Очень точные данные выдал…
  
— Вот бы и к нам ваш институт привлечь… — улыбнулся Гойко, но в это время где-то глубоко под землей сдвинулось что-то очень большое и мощное, все трое попадали на каменистую почву.