VR. Обломки забытого мира (СИ)
Аккуратно уложив бессознательное тело на металлический стол Давид решил было покинуть помещение, но рука доктора, крепко вцепившаяся в плечо, подсказала, что сейчас не время.
— А вас, друг мой торопливый, я попрошу остаться. Будете мои ассистентом. А вы двое, — он указал на стоящих рядом Леху и Пашу. — Можете быть свободны.
Немного потолкавшись в дверях, люди спешно покинули помещение.
— А где же твоя, как ее там… — окинув взглядом помещение и не найдя искомого, Давид еле заметно улыбнулся. — Марго?
— А черт ее знает. Два часа назад сказала, что через пять минут вернётся.
— И почему я не удивлен?
— Ну да бог с ней. Мы и вдвоем справимся. Много ума здесь не потребуется. Помоги его зафиксировать. А то очнётся ещё не вовремя, дёргаться начнет, сломает чего-нибудь себе или не дай бог в медкапсуле. А то бывали знаешь ли прецеденты… Смотри, здесь четыре ремня, слишком не затягивай, степень и места повреждения доподлинно не известны. А то передавишь ему чего-нибудь, он от резкой боли глазоньки откроет и начнет активничать, кричать, вопросы глупые задавать. Придется успокаивать, колоть дефицитные препараты. А оно тебе надо? Вот и мне не надо. В общем ты займись ремнями, а я оборудование пока настрою.
Когда пациент был зафиксирован, а оборудование настроено медкапсула закрылась и осветилась множеством цветов сканирующих тело лучей. Лёгкий гул и шелест перемещающихся внутри механизмов и датчиков наполнил помещение, а на дисплее постепенно вырисовывалась трехмерная модель объекта со всеми его органами, костями, параметрами с подсветкой вероятных точек повреждения организма.
— Так-так-так, что у нас тут? Мужчина, биологический возраст двадцать семь лет, имплантов естественно нет, модификации тела полностью отсутствую, генетических патологий нет, радиоактивный фон незначительно повышен. Стоит чип-идентификатор доступа к VR камере, но с ним позже разберемся. Повреждения… Целость внутренних органов не нарушена, продольная трещина в большой лучевой кости правой руки и несколько переломов в левой кисти. Есть множество инородных мелких тел в верхних мягких тканях по всему организму — не критично. Что ещё? Обезвоживание, недобор веса, деятельность центральной нервной системы в пределах нормы. Теперь давай разберемся с чипом. Я поднесу считывающее устройство, а ты будешь говорить то что высветится на дисплее.
Гул в помещении стих, а в открывшейся медкапсуле снова показалось измождённое тело. Учитывая, что чип находился на запястье правой руки, то для идентификации вначале пришлось избавиться от затянутого ремня. Шумилов поднес прибор с иголкой на конце, воткнул в руку и тут же на дисплее вспыхнули надписи, а тело парня немного дернулось.
— Белов Максим Андреевич, семнадцать лет.
— Понятно, значит мы будем иметь дело с подростком, скорее всего. Часы VR?
— Эээ… Тут в днях.
— Не важно. Сколько?
— Четыре тысячи двадцать четыре дня.
— Да… Учитывая, что находиться в капсуле можно от пяти до восемнадцати часов в сутки, в зависимости от версии, то он наверно и другой жизни кроме виртуальной и не помнит. И как он жив ещё? Версия капсулы? Внизу указана.
— Версия… Сейчас посмотрю. Версия V.12.235-07.
— Понятно. Одна из первых с полной поддержкой жизнеобеспечения организма. Это многое объясняет. Именно эта функция позволила ему столько прожить. Но одиннадцать лет… Чувствую тяжёлый будет пациент…
— Не думаю, что тяжелее меня, — Давид задумчиво улыбнулся, явно что-то вспоминая.
— Да… Ты тогда нам много крови попил своими выходками. Ладно, что было то было. В принципе мне от тебя больше ничего не нужно. Спасибо за помощь. Этому, — он небрежно указал на тело. — Сейчас предстоит бодрящая процедура восстановления, так что тут я уж сам.
— Ну бывай тогда. Как очухается сообщи. Будем как обычно вдалбливать прописанные истины нового для него мира.
***
Пробуждение было невероятно лёгким. Впервые за много дней стихла проклятая головная боль и я наконец почувствовал себя отдохнувшим. Открыв глаза, я начал бессмысленно пялиться в потолок, вспоминая последние кадры из моего сна. Землетрясение, отколовшаяся стена и ее обломки, летящие в мою сторону. Давящее ощущение во всем теле и судорожные попытки выбраться из под завала. Жуть… Хорошо, что умирая во сне я остаюсь жив в реальной жизни. Надо будет всё-таки рассказать обо всем Лене. Она может и не поверит в реальность этих снов, но хотя бы понять попробует. Хотя, если показать ей следы от травм полученных во сне, то может и поверит. Наверняка ведь после сегодняшнего приключения на мне что-то осталось.
Окинув взглядом свое тело я на пару минут впал в неконтролируемый ступор. Перебинтованное тело и конечности прямо кричали о том, что все происходящее немного выходит за рамки моего понимания. И это при том, что я давно уже привык к своим странным снам. Прогулялся, блин, вместо капсулы… Туманный взор скользнул по убогому интерьеру помещения. Обшарпанные стены со следами глубоких, грубо заделанных цементом трещин, бетонный пол, тумбочка очень похожая на те, что находятся в отделениях поликлиники, а вместо привычного мне дивана подо мной была какая-то прогнутая рухлядь с пружинным основанием. Это была явно не моя комната, она больше напоминала палату из какой-нибудь старой, заброшенной больницы. Ладно, спокойствие… Я не лег в капсулу и сон просто продолжается. Это вполне логично. А значит он закончится как только доберусь до капсулы. Твою мать! Она же осталась в рухнувшем здании! Черт! Черт! Черт! Я что застрял в собственном сне?! Нужно искать выход. Наверняка ведь есть и другие капсулы, нужно их найти. А дальше то что? Учитывая привязанность к этому объекту, то добровольно мне никто ничего не отдаст. Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. А пока нужно узнать где я и можно ли отсюда выйти.
Протяжно скрипнув пружинами, кровать вытолкнула меня из своих объятий. Ещё раз оглядевшись по сторонам и убедившись, что кроме меня здесь никого нет я направился в сторону убогой двери, но как только я взялся за ручку в помещении раздался мужской голос:
— Белов Максим Андреевич, говорит доктор Шумилов. Мы не можем выпустить вас пока не убедимся в стабильности вашего психического состояния. Это стандартная процедура в вашем случае, так что прошу проявить понимание. В помещении односторонняя связь, я не могу слышать ваш голос, но через камеры слежу за вашими действиями. Поднимите правую руку, если понимаете о чем я говорю или левую, если нет, — то что некто знает мое имя немного шокировало, но все же я поднял правую руку в знак согласия.
— Отлично! Тогда перейдем к вопросам. Вы знаете где находитесь? — левая рука. Игра в вопрос — ответ. Вроде ничего сложного. Посмотрим, что будет дальше.
— Я видимо не правильно выразился, попробую зайти с другой стороны. Для вас все происходящее реально или нет? Можете отвечать более привычными для вас жестами. Например при помощи движений головы. Если ответ мне будет не понятен, то я просто задам его ещё раз, — я вначале утвердительно кивнул головой, потом, немного поразмыслив, отрицательно помахал в разные стороны.
— А можно более четкий ответ? — я помахал головой.
— Понятно. То есть вы не уверены в реальности происходящего? — я кивнул.
— Это скорее хорошо, чем плохо. Помните ли вы события, предшествующие вашему появлению здесь? — я кивнул.
— Хорошо. Вы находились в обычной для вас уютной обстановке перед тем как попасть сюда? — я вначале хотел утвердительно кивнуть, но что-то мне подсказывало, что честность сведёт количество вопросов к минимуму. Проверить это можно только на практике. Я отрицательно махнул.
— Причиной было природное явление? — я кивнул.
— А может разрушение какого-нибудь здания? — я кивнул.
— Хм… Вы помните и природное явление и разрушение здания? — я снова кивнул.
— Это очень хорошо, Максим! Следующий вопрос может показаться немного странным, но я все же спрошу. Вы давно ощущаете себя в этом… Мире? — интересно, полтора или два месяца это давно? Будем считать, что да. Я кивнул.