Драйвер (СИ)

Главным своим успехом Мария считала мастеров Евстратия и Дионисия, в Константинополе их считали странными, первый всё время пытался, большей частью неудачно, внести улучшения в производство шёлка, а второй пытался улучшить животных, понятно, что личные деньги у них быстро закончились, а давать на безумные эксперименты никто денег давать не захотел, в итоге Мария практически выкупила их семьи у ростовщиков. Кроме ремесленников и бывших рабов Мария везла с собой значительную библиотеку, в которой были собраны все произведения авторов, в которых рассказывалось о землях, расположенных на берегах Понта, а также все, что она нашла по ремёслам, Марии пришлось значительно прочесать имперскую библиотеку в поисках нужных сведений и загрузить переписчиков, чтобы забрать с собой всю интересующую литературу. Вышло немало, пришлось под книги и свитки выделить целый корабль.
  
Насколько хватало глаз — море тянулось синей простынёй, ясное гладкое, и только узкая снежно-белая полоска прибоя бежала по его левому краю, широкой каймой очерчивая золотой песок, который сменил зеленый пояс плавень. Воздух, разогретый горячим полуденным солнцем, буквально плавился над песчаной поверхностью берега — все мерцало, как в стране грез. Флот приближался к устью Борисфена, вот-вот появятся развалины древнего греческого города Борисфениды, пришедшего в упадок после основания Ольвии.
Сразу за ними раскинулись песчаные пустоши, где-то здесь расположены залежи песка, из которых древние греки выплавляли железо. Мария вычитала об этом в произведении «О чудесных слухах», принадлежавшему неизвестному автору, помеченному в имперской библиотеке как ПсевдоАристотель. Вот как он говорит об этом: «Рассказывают о совершенно особом происхождении железа халибского и амисского; оно образуется, по рассказам, из песка, несомою реками; песок этот, по одним рассказам, просто промывают и плавят на огне, а по другим — образовавшийся от промывки осадок несколько раз ещё промывают и потом плавят, прибавляя так называемый огнеупорный камень, коего много в той стране; этот род железа гораздо лучше прочих, и если бы оно плавилось не в одной печи, то, кажется, ничем не отличалось, бы от серебра. Только одно — это железо, по рассказам, не подвергается ржавчине; но добывается оно в незначительном количестве».
Также из записей автора следует, что греки здесь отливали стекло, так как местность богата зудой, которую используют для производства: мыла, стекла и красок..
Сейчас эти земли практически опустели. Где-то чуть выше по течению Днепра расположен город Олешье, входящий в сферу интересов Владимирского княжества и служащий местом отдыха караванам, идущим в Византию. Именно о нём говорил Юрий, когда обсуждал необходимость взять под контроль все маршруты из варяга в греки. Марии хотелось посмотреть на этот город, но по зрелому размышлению, после совета с капитаном, она решила не заходить в город. Слишком много времени займёт этот манёвр, а ей не терпелось попасть домой, в Крым.
24 август 1184 года 
Дорос. Полден. 
В Дорос Юрию пришлось ехать по двум причинам. Первая - это то, что около города в пещерах его разведчики обнаружили месторождение селитры, а второе - давно надо было поговорить с готским епископом и готскими князьями. Игнорировать подчинённых, которые во время мобилизации могут выдать порядка трёх с половиной тысяч воинов, как минимум не разумно. Основная масса воинов представляла пехоту, которая по древнегерманской традиции состояла из щитоносцев, вооруженных копьями в качестве оружия для дальнего боя, и мечом, и кинжалом - для ближнего. Именно с помощью большого щита готы составляли свое традиционное боевое построение - «стену щитов», эффективно прикрывавшую против метательных снарядов врага. Вот с личной защитой у готов было не очень, но, если одеть пехоту в легкий доспех, получится внушительно и эффективно.
Элитой готского войска считалась конница, которая получила развитие под сармато-аланским кочевым влиянием, её было немного, порядка трёх сотен воинов, но она была представлена катафрактами на конях, защищенными на византийский манер и вооруженными по сарматскому образцу пиками, предпочитавшими ближний бой.
Такая тяжёлая конница очень бы пригодилась Юрию, поэтому первым делом по приезду он отправился на встречу с лидерами готов епископом Никитой и вождём Оллриком.
Сам город не произвёл на Юрия сильное впечатление, после городов XX века это было бы сложно, да по сравнению с тем же Херсонесом, Дорос производил впечатление крепости, но не города. С другой стороны, что ещё можно было ожидать от германцев? В отличие от половцев или руссов готы не стали распотягивать и сразу перешли к делу.
Юрия провели в довольно тесную комнату, очевидно служившую кабинетом, в которой его ждали двое: красивый высокий мужчина лет сорока, с открытым, добродушным лицом, в кожаном камзоле, застёгнутом шелковыми шнурками, и штанах, перехваченных широким кушаком, за которым был заткнут кинжал. Широкий меч в ножнах из толстой кожи, на кольчатой цепочке, мотался у него сбоку, когда он отряхивал свою мокрую шапку с рысьей опушкой. На ногах его были надеты сапоги с несколько загнутыми кверху носками.
Второй был полной противоположностью первому. Большой, отяжелевший, мешковатый, кривой в плечах, лицо у него было какое-то деревянное, застывшее, с толстыми губами, обветренными досиня, одетый в черную рясу, он был таким основательным и приземлённым, что напоминал корявый пень, который прочно стоял на земле.
- Добрый день, князь, - произнесли оба мужчины, когда Юрий переступил порог кабинета.
- И вам, господа.
Скорей всего его собеседники не поняли, о каких господах он говорил, но Юрий не сдерживается, в отличие от первого года попаданчества, если что не поймут, спишут на его чудачества, ближники уже привыкли, что от него постоянно дивные словечки вылетают, многие из которых идут в народ, значит, и для остальных его манера иногда говорить непонятными словами - не тайна за семью печатями.
- У меня к вам есть деловое предложение, - продолжил Юрий, - Моим алхимикам нужны вот такие кристаллы. И он бросил на стол несколько кристаллов селитры.
- Пока один модий (1 модий византийский = 7,4–7,5 кг), дальше будет видно, честно скажу, зависит от результатов их изысканий.
- Ты получишь их сколько хочешь, они ничего не стоят, не думаю, что именно они стали целью визита князь, - произнёс епископ, вертя кристаллы в руках.
Юрий про себя улыбнулся: пока беседа складывалась так, как он рассчитывал.
- Хотелось бы обговорить с соседями экономические вопросы и вопросы границ.
- А чего обговаривать? - произнёс вождь. - Пока на нашу территорию не лезете, делайте, что хотите. А что касается тех …
- Мы знаем, что трое наших родов признали в тебе князя, - перехватил инициативу епископ, пока прямолинейный как готская пика вождь не ляпнул что-то непоправимое. - Это их право, палки в колёса, ставить не будем, но и особой помощи не жди.
- Так мы на помощь и не рассчитываем, только на взаимовыгодное сотрудничество. Первым делом во избежание недоразумений хотелось бы, чтобы вы ещё раз озвучили свои родовые земли, чтобы мы по незнанию не устроили конфликт на ровном месте.
- Раньше вся Таврика нашей была, - недовольно буркнул вождь.
- Вот именно, что Таврика, а не Готика, - не удержался и огрызнулся Юрий.
- Раньше здесь тавры жили, а до них - великие укры, так что давайте жить нынешним, а не прошлым.
- Согласен, - вмешался священник.
  
- А кто такие урки? – полюбопытствовал Оллрик.
- Это народ такой, очень ушлый, чуть отвернёшься - и нет ни сала, ни бутерброда.
- Я думаю, вы заблуждаетесь, сын мой. Когда учился в Византии, слышал об украх, это язычники, которые живут в Померании на берегах реки Укер, в междуречье рек Альбис и Солава, сейчас эти земли под франками. Так что полагаю, вы заблуждаетесь. Про алан древние авторы писали, там же упоминаются тавры, сколоты и кимры, а вот про укров не припомню. С другой стороны, вы совершенно правы, жить надо сегодняшним и будущим, а не прошлым. Поэтому предлагаю, как делали древние греки, испить вина и в дружеской беседе обсудить животрепещущие вопросы.