Жизнь во благо Родины
– Хорошо, дадим машину.
– Чтобы на плацу никого не было в течение десяти минут, как окажусь за КПП, можете догонять.
– Идет, машину готовят.
– Бензин не забудьте залить.
– Много тебе его не нужно, далеко не уедешь.
– Как знать, как знать, – улыбнувшись сам себе, проговорил я.
Хмырь с ручкой у горла сидел тихой мышкой и внимательно слушал наши переговоры с вояками. Попыток дергаться не предпринимал, ибо понял, что шутить я не стану.
Через четверть часа меня вновь окликнули:
– Машина готова, территория пуста.
– Хорошо, сами уходите, мне сопровождающие не нужны.
– Не шути, парень, доигрался уже, – предупредили меня напоследок.
Так как помещение, где меня держали, находилось все в том же здании штаба части, то и выходить мне никуда не нужно. Я был выше ростом своего «заложника», поэтому легко контролировал последнего, взяв в захват шею. Мужику пришлось наклониться и выходить, не видя, куда идет, меня это мало тревожило. Дверь оказалась незапертой, оставалось лишь толкнуть ее, что и сделал мой «заложник» ногой. В коридоре было тихо и пусто, но был он длинным, мы находились в самом конце здания, а лестница на второй этаж была по центру, напротив выхода. Надеюсь, что меня не ведет снайпер, думаю, до такого военные не дойдут, все же я не враг какой-то. Уже будучи возле лестницы, я понял, что ошибался. Стрелок, видимо ожидавший моего выхода на улицу, выстрелил рано, не убедившись в результате. Я же в этот момент шагнул на ступень лестницы, ведущей наверх, и мой пленник оказался моим щитом. Пуля ударила куда-то в район живота, и «заложник» заорал благим матом, повисая на мне. Раздумывать времени не было, и, бросив раненого, я устремился наверх. На площадке второго этажа натыкаюсь на военного, это был внушительного роста лейтенант, с автоматом в руках. С ходу поднырнул под ствол, благо находился ниже, и ударил в пах с приличным усилием. Лейтенант мгновенно выпустил из рук оружие, которое я поспешил подхватить.
– Телефон, сука, где телефон? – зло прорычал я побитому вояке в ухо, уже осознав, что меня будут валить наглухо.
– Т-там, – лейтенант кивнул головой в сторону ближайших дверей, откуда уже кто-то выбегал.
Все это заняло секунды, я направил ствол «калаша» на нового участника «игры» и рявкнул:
– Внутрь, быстро, стреляю без предупреждения!
А вышедший, как я только что успел рассмотреть, оказался тем самым полковником Захарчуком. Он лапал кобуру на ремне, не двигаясь с места, пришлось резко дернуть затвор и нажать спуск, стреляя поверх головы.
– Даже не думай!
Пнув лейтенанта ногой в бок, точнее отпихнув так, чтобы тот упал на ступеньки, направился прямо на полковника. Я видел, что из других кабинетов, двери которых выходили в коридор второго этажа, выходят люди, но не обращал на них внимания.
– Если кто рыпнется, завалю вашего командира, мне терять нечего, ушли все быстро в свои норы!
Полковник тем временем, перестав дергать руками, шагнул назад, в тот кабинет, из которого вышел.
– Что ты, сука, делаешь? Тебе все равно не уйти! – пробасил он, но я уже сблизился и нажал на спуск прямо у него над ухом.
Военный машинально присел, а я ударил ногой в голову, буквально закидывая его внутрь комнаты. Мгновенно окинул взглядом помещение, еще двое и оба стоят у своих столов, успев только подняться со стульев.
– Городской телефон, быстро! – командую я, впрочем, не выпуская из виду полковника. Тот уже пытается подняться.
– Сейчас бойцы штурманут штаб и твой труп будут в лесу кабаны жрать, сука!
– Ну до чего же вы самоуверенные кретины, а! – с горечью восклицаю я. – Вы нарушили все возможные законы и еще грозитесь?
Короткая очередь в сторону полковника, краем глаза замечаю попадание и переношу ствол в сторону двух других вояк. Один уже достал пистолет, но, получив пулю куда-то в область плеча, падает как подкошенный. Оставшийся военный стоит столбом, но без эмоций.
– Черный аппарат на столе у окна, – произносит он, указывая подбородком направление.
– А красный для чего? – внезапно доходит до меня.
– Прямой, для связи с министром обороны…
Не, не подходит, лучше городской.
– Алло, девушка, добавочный пятьдесят пять, – набрав одной рукой известный мне номер и услышав ответ секретаря, произнес я.
– Секунду! – этот номер дал мне лично председатель КГБ, на всякий случай. – Кто говорит? – Голос знаком, наконец-то!
И тут раздается негромкий хлопок и что-то больно бьет меня куда-то в спину. Твою мать, полковник быстро очухался от ранения в ногу и достал все же пистолет. Приседаю, чувствуя сильное жжение в районе правой лопатки, и стреляю не целясь, просто в направлении угрозы. Хана Захарчуку, а я не хотел никого убивать. Перевожу взгляд на стоявшего столбом третьего военного, тот не собирается вмешиваться, и вновь беру трубку телефона.
– Владимир Ефимович, воинская часть под командованием полковника Захарчука, приказ отдал министр обороны, я ранен, у преступников, – специально называю их именно так, – двое раненых и один готов.
– Саша, потерпи, скоро будет наш спецназ!
– Мне некуда спрятаться, скорее всего, меня сейчас убьют, позаботьтесь о моих, скажите, что всегда их любил…
Трубка падает из моих рук, но автомат не выпускаю. В дверях появляется сразу два бойца, отпугиваю их выстрелом поверх голов. И тут неожиданно получаю помощь, откуда не ждал.
– Бойцы, отставить, всем покинуть здание штаба! – командует тот самый мужик, что не вмешивался во весь этот процесс и показал мне телефон. – Приказ ясен? Командир части мертв, я как его заместитель, принял командование, все назад, нам не нужны лишние смерти, мы не на войне! Произошел несчастный случай, я разберусь!
Я уже сполз на пол, прислонившись к столу спиной, и молча наблюдал за происходящим. Вокруг началась какая-то суета, меня пока никто не трогал, лишь этот самый заместитель подобрал автомат, выпущенный мной из рук. Через какой-то очень короткий промежуток времени появились двое в белых халатах, мужчина и женщина, меня довольно осторожно уложили на носилки и куда-то понесли. Дальше был лишь туман и темнота.
– Ну, что, очухался? – надо мной стоял какой-то бородатый мужик в белом халате.
– Еще не знаю, – попытался поднять голову я.
– Лежи спокойно, операция закончилась час назад, в рубашке родился, парень!
– Лучше бы в бронежилете, – попытался улыбнуться я.
– Ранение серьезное, но все позади, не на фронте, в госпитале полежишь чуток и все будет в порядке. Пуля вошла неглубоко, но, если бы на сантиметр в сторону, попала бы точно в сердце.
– «Макаров»? – спросил я.
– Да, не самый сильный пистолет, был бы ТТ, прошил бы насквозь.
– А где я сейчас?
– Здесь, в части, у нас хорошая санчасть.
– Ясно. Странно, что не добили.
– Сдурел?
– Не я, а ваш командир.
– Тут не все так просто, полковник не стал бы так поступать, не получив приказ.
– Даже если и был приказ, сомневаюсь, что он гласил меня покалечить. Полковник явно перегнул палку. Раз уж вывез сюда, мог бы просто запереть и все, но он приказал меня избить, а затем вообще начались допросы. Если я в чем-то виноват, везли бы в милицию, а это, товарищ доктор, беспредел.
– Разберутся, тут такое началось, после того как Михаил Евгеньевич, это замкомандира части, приказал тебя срочно оперировать…
– Что началось?
– Наверное, вся дивизия Дзержинского примчалась, во главе с председателем КГБ. Чую, полетят теперь не только погоны, но и головы.
– Заигрались военные, точнее, ваш главный, решил свою власть показать.
– Вся страна на ушах, оказывается, командиры многих частей вышли из повиновения, сейчас идут массовые аресты, как бы новый тридцать седьмой не устроили.
– Потому что не хрен играть с властью, присягу Родине дают, а не правительству.
– Может, ты и прав, – задумчиво ответил бородатый доктор.
– Очнулся, Саша? – в помещение, где я лежал на кушетке, буквально влетел Семичастный.