Клуб миллионеров. Узник

– Надеюсь, ее никто не носил? – провоцирую.
Сознается? Нет? Его глаза горят. Там снова азарт и что-то новое. Какое-то удовольствие.
– С трупа сняли. Ничего?
– Главное, что не с тебя.
Узник смеяться начинает. Звонко, бутылки скоро биться начнут от этого звука.
Не говоря ни слова, он выходит из клуба. Шуршу ногами за ним. Тайно опускаю нос в воротник и нюхаю. Наркоманка, блин. И почему у такого чудовища такие классные духи?
  
Перед входом останавливается знакомая машина. Водитель прежний. Узник открывает передо мной дверь и жестом просит садиться.
Смотрю по сторонам. Улица пустая. Если я сейчас сорвусь на бег, смогу убежать?
– Не дури, Царевна, ты и шага сделать не сможешь. Да и ноги переломаешь.
Он все видит. Все-все. И наверняка уже заметил, как я фанатично ухватилась за его рубашку.
– Или твои опричники это сделают.
Сергей слышит наш диалог. Скрывает свой смех за покашливанием.
– Ну нет. Ломать такие прекрасные ножки… – издевательски говорит и опускает взгляд. Проходится им по контуру бедра. Ноги тут же покрываются мелкими мурашками.
Сажусь в салон и отворачиваюсь.
Если его игра закончилась, я бы предпочла вернуться в ту каморку и попытаться поспать. Из-за переживаний и неизвестности совсем не могу думать. А у меня задание, между прочим. Важное. И сроки поджимают.
Не знаю, куда меня везут, но мы все еще в черте города. Спальный район, но хороший, одни новостройки.
Останавливаемся у высотки перед шлагбаумом. У одного из подъездов мигает карета скорой, полиция. Толпа соседей смотрит вверх.
– Захар – хороший игрок в покер. Честности ноль, но максимум таланта. Все его деньги – это выигрыши. А еще у него не складывается с женщинами. Они кажутся ему меркантильными суками. Три брака, три развода. Детей нет. А еще Захар любит прикладываться к бутылке и бить женщин. Особенно когда те хотят от него уйти.
– Что там происходит? – испуганно вглядываюсь в полумрак.
– Не знаю. Но, похоже, Захар застукал свою третью жену. Может, и убил. Приди он хотя бы на полчаса позже, с женщиной было бы все в порядке.
– Это из-за меня?
Узник молчит.
Злость захлестывает, раскручивает на ниточки.
– Думала меня обхитрить? Не вышло, Царевна. 1:0 в мою пользу. Сыграем еще?
 
Глава 12. Ангелина
 
На подъезде к дому Узника поняла, как пьяна. Рюмка водки – а перед глазами все плывет. Как-то это по щелчку пальцев произошло. Стресс отступил, слабость и хмель взяли за горло.
– А знаешь, ты нечестный игрок, – говорю мужчине почти в лицо. Выходя из машины, он подал мне руку. Удивительно.
На мне короткое платье, поверх – его рубашка. Запахи пропитали мою кожу. Целый слой, и мне не хочется его смывать. Пока я пьяная, разумеется.
Но через мгновение меня заставят надеть униформу прислуги.
Это его настоящая игра.
– Я когда-то говорил о честности? – довольно холодно отвечает.
В машине он постоянно на меня поглядывал. И на мои колени. Никогда не нравилась эта моя часть. Наверное, ему тоже. Вот и смотрел. Жалел.
– Не говорил.
– Тогда не стоит додумывать, Царевна.
Его обращение скрашивает сухость его голоса.
Во всем доме тихо и темно. Даже странно. Охрана, шедшая за нами следом, без лишних слов остается на своем посту, и за порог мы ступаем только с Узником.
Остаемся с ним вдвоем. Ни одной живой души на все эти тысячи квадратов. Я в этом уверена.
По телу вновь крадется пронизывающий, даже подвальный холод. Мы в самом настоящем замке. Пол каменный, стены тоже. Выглядит стильно, но немного жутковато. Не хватает теплой женской руки.
– Ты голодная? – от черствого голоса хочется отмахнуться и из вредности ответить «нет».
Живот предательски заурчал, чем вызвал победную, но наглющую улыбку у мужчины.
Пришлось демонстративно закатить глаза. Хмель еще плещется в крови, и мои действия не вполне понятны мне самой же.
– Будешь заставлять есть кашу? – сажусь на высокий стул.
Первый раз слежу, как чужой мне мужчина открывает холодильник и достает оттуда какие-то контейнеры с едой. Выглядит хозяйственным и чересчур милым. Это все из-за того, что я под градусом.
Интуиция вопит и просит держать ухо востро. Передо мной самый настоящий игрок. Узник. Он не знает, что такое совесть и честность. А еще дьявольски красив. Это делает его опасней вдвойне.
– Ты не любишь кашу?
– Нет, – коротко отвечаю.
На кухне полумрак. Интим. Я все еще в его рубашке, а мужчина скинул свою, хотя в помещении далеко не жарко.
– Есть паста, есть овощи на гриле с картошкой. Что предпочитаешь? – вопросительно смотрит. Прядь его волнистых волос щекочет лоб.
Сглатываю, когда светотень на его теле отпечатывается в моих глазах. Хоть прикрывай.
– Пасту. Нет, овощи. Давай их.
Мы ненамеренно перешли на «ты» в какой-то момент. Я его пленница, он мой хозяин. Но между нами странные отношения.
– Вино?
Облизываю губу. На языке еще осталось жжение от водки.
Пока раздумываю над ответом, Узник берет два высоких бокала и наливает бордовую жидкость. Красное вино – не мое любимое.
Надо бы сказать.
– Не совсем подходит к блюду, понимаю…
Как он это делает? Может, пока я спала, в меня встроили какой-то чип, который передает мои мысли в его мозг? Тогда стоит поменьше думать об этом чудовище.
– Можно вопрос?
Отпиваю под удивленный взгляд. Терпкая сладость нежно разливается во рту.
– После ужина я вновь стану… Служанкой?
Звучит как-то двусмысленно. Щеки заливает краска, и Узник прекрасно видит мое смущение.
– Все зависит от тебя, Царевна.
Его намек тоже неодносложный.
– Что значит «от меня»? – натыкаю на вилку запеченный перец, но так и не отправляю его в рот. Делаю вид, что разглядываю идеально нарезанный кусочек.
Узник откидывается на спинку стула и чуть двигается вперед. Наши колени так близко, что я вновь ловлю на них тяжелый взгляд узника. Чертова рубашка должна быть длиннее, чтобы скрыть их.
– Ты можешь драить полы, а можешь выбрать другое занятие. Неизменно только одно: твоя жизнь в этом доме, пока не расскажешь мне всю правду. Я не дурак, твое воровство – часть какого-то плана.
Прищурившись, мужчина наклоняется ко мне. Носом готов прочертить по плечам.
Невольно вспоминается вечер, когда он приказал мне показать себя, а я ослушалась. Узник видел меня голой. Сейчас он вдыхает мой аромат, и я боюсь услышать новый приказ. Похожий.
Во мне все еще уйма алкоголя. Сопротивление будет бесполезным.
– А если это была просто случайность? Украла не у того?
Рука Узника ложится на мое бедро. Перехватывает дыхание. Ладонь как раскаленное железо. Он движет ею вверх, пока пальцы не доходят до крошечных трусиков. И я рефлекторно сжимаю ноги.
Его касания не были противны. Чужие? Господи, это уже спорно.
– Снова врешь, Царевна? – сжимает с силой бедро, а я кладу свою ладонь поверх его. Оттеснить стараюсь. Мне и правда больно.
– Оставишь меня здесь навечно?
– Не испытывай мое терпение, – мужчина убирает руку и отодвигается от меня.
Продолжаю сидеть так, будто его рука до сих пор касается моего бедра. Мои ноги чуть расставлены, и взгляд Узника ныряет под платье.
– Сегодня была даже не игра, а развлечение. Думаю, ты не захочешь играть со мной в настоящую игру.
Глазами очерчивает мои губы, свои поджимает.
Удары моего сердца слышны на Луне. Не знаю, это ощущение из-за страха, который каждый день нагнетается, или от его взглядов и прикосновений?
Нужно быть дурой, чтобы не видеть и не понимать, что такой мужчина привлекателен и красив. От него не может воротить, как, например, от Марата.
  
– И ешь давай!
Ужинаем в полной тишине. Больше мы не разговариваем.
Узник убирает за нами посуду и складывает в раковину. Молча выходит, так и не обернувшись на свою пленницу.
Я мою посуду, и вода кажется мне очень холодной, сколько бы ни прибавляла горячей. В этом доме все такое. Пронизано льдом. Как глаза его хозяина.