Арсен (СИ)
Я разрешила Бориэлю пропустить человека, и незнакомец прошел мимо воинов к телу брата, сев на корточки напротив меня. Я подняла голову и посмотрела в глаза молодому человеку, в надежде, увидеть в них хотя бы каплю доброты и сострадания.
Но в глазах совсем еще юного мага плескались только похоть и чувство превосходства.
Я сначала возмутилась такому хамскому поведению, но посмотрев на умирающего брата, только опустила голову и горько заплакала.
Эльфы не смогли стерпеть такого унижения и острия катан, впились в горло этого незнакомца. Человек даже не пошевелился — сказав на незнакомо диалекте, какое словосочетание, он положил руки на грудь Малекена, и через небольшой промежуток времени, я пораженная смотрела на полностью восстановленную кожу живота без малейших шрамов и увечий. Малекен пришел в себя, откашлялся и хриплым голосом позвал меня. От нахлынувших чувств я не смогла сдержаться и, заплакав, упала на грудь своего любимого брата.
Через несколько секунд я пришла в себя, но не обнаружила рядом человеческого мага. Я посмотрела по сторонам в надежде, что он исчез, но все оказалось куда хуже, чем я думала. Он теперь решил вылечить всех моих воинов. Я даже не могу себе представить — какую теперь цену может запросить этот человек за спасение эльфийских подданных. Ведь все люди прекрасно знают, что эльфы гордый народ и не позволят человеку, пусть и такому искусному магу, шантажировать эльфов своим «догом жизни».
Малекен смотрел в туже сторону, что и я. И судя по хмурому лицу брата, его посетили те же мысли.
Брат поднялся с земли и сказал:
— Я с этим разберусь!
Малекен пошел к сидящему на земле возле нашего воина человеческому магу.
Пока Малекен пытался откупиться от человека, я подошла к Бориэлю и решила заняться его ногой.
— Бориэль, у меня совсем не осталось маны, но есть лечебный амулет. Его надо привязать поближе к месту повреждения и через время нога будет выглядеть лучше. Но сколько это займет времени, я не знаю, — сообщила я старому другу, привязывая амулет к его ноге.
— Спасибо, Элеанель. Я старый воин и это пустяковая рана. Не стоило так беспокоиться обо мне.
— Ты глупый «старый воин». Я беспокоюсь не о тебе. А о том, что нам надо как можно быстрее попасть в империю. А ты нас задерживаешь! — улыбаясь, ответила я Бориэлю.
Ответная улыбка озарила лицо Бориэля. Он в глубоком поклоне склонил свою седую голову и, прикрыв глаза от удовольствия, похвалил меня:
— Я и не сомневался в вашем профессионализме принцесса.
Мне было не слышно, о чем разговаривали брат и тот незнакомец. Но брат задумчивый и растерянный очень быстро вернулся обратно.
— О чем вы говорили?! — не выдержав, первая спросила я у брата.
— Он не знает ни общего языка, ни нашего эльфийского. Зато он хорошо общается на языке старых богов.
— Не может быть! Но как? Откуда он?
Я была сильно удивлена, потому что языку старых богов учили только у нас в империи эльфов. По всему миру еще до сих пор находились древние артефакты, для работы, с которыми требовалось знание этого языка. Язык старых богов мы знали частично — многие слова все равно для нас оставались тайной или загадкой. Но ни одна раса и ни одна империя в мире больше не владели этими знаниями. А уж тем более — империя людей.
— Я за откуп от «долга жизни» предложил ему три наших амулета, беспрепятственный проход через лес и железы тех магических животных, что он убил. Я подумал, что это будет хорошей платой. Но хитрый человек откуда-то знал, что приглашение в нашу империю можно купить. Он предложил железы всех животных в обмен на приглашение в наше королевство. У нас в людском посольстве это более чем приличная плата не только для прохождения в империю, но и для посещения императорского дворца. И я теперь в замешательстве и не знаю, что ему ответить. К тому же он поклялся своими предками — и это более чем серьезная клятва в ауре духа леса, для того чтоб так легко ее можно было бы нарушить.
— Убить его или сказать, что мы оплатим наш «долг жизни» через их посольство. Я думаю, что он там не в низких чинах и они, что-то знают об этой операции.
В словах Бориэля была толика правды, но мне была очень интересна магия этого человека, и дух леса будет мне свидетелем, что в глубине души я хотела, чтоб этот юноша не покидал нас, а потому сказала:
— Нет! Убить мы его все равно не сможем! Вы это прекрасно понимаете. А посольство людей может все отрицать. А вот если мы примем его предложение, то сразу убиваем двух гроков — смываем с себя позор долга перед человеком и можем больше выяснить о его умениях — уж больно специфическая у него техника магии и если это новая разработка людей, то нам это сулит большими неприятностями.
— Мне кажется это слишком большой риск! — возразил Малекен.
— Я самый умелый и самый сильный маг за последние пятьдесят лет в нашей империи. И хоть у меня мало опыта и я на первом курсе обучения, но я соглашусь быть его провожатой по территории империи. И смогу вывести его на чистую воду, если он что-то задумал. А заодно, попытаюсь выяснить, что за новые техники люди научились так искусно применять в мире магии.
Малекен и Бориэль посмотрели друг на друга, тяжело вздохнули и, согласившись, синхронно кивнули головами. Они прекрасно знали, что спорить со мной бесполезно.
Малекен пошёл обратно к человеку донести до него наше решение.
Мы тоже решили присоединиться к делегации брата. И подошли как раз в тот момент, когда человек закончил говорить и что-то достал и оттопыренных карманов своего яркого костюма.
Глядя на фрукт в руках человека, мысли вскачь понеслись у меня голове: — «это подстава», «он самоубийца», «но зачем он нас спасал», «какой вкусный плод», «я хочу его».
Я из последних сил взяла себя в руки ноги предательски дрожали, а перед глазами стоял только образ этого плода и непреодолимое чувство возбуждения.
— «Нужно спасти брата», — единственная здравая мысль, промелькнувшая у меня в голове. Маны уже не было, но я попыталась из последних сил создать щит от магического взрыва, который должен был последовать после съедания плода.
От нахлынувших чувств я криком пыталась вдолбить тупоголовому человеку:
— Только не ешь плод! Не ешь плод!
Мои крики становились все тише и тише, переходя в хрип, а заклинание энергетического щита не получалось, и я уже была готовая сдаться во власть дурманящему плоду, как все магическое влияние резко оборвалось — в голове прояснилось, и жгучее желание плотских утех пропало. На душе наступило чувство великого блаженства и умиротворения. Улыбка сама расползалась на лице, а сил стоять на ногах больше не было. Я грохнулась на колени там, где и стояла.
А это, непонятное существо (человеком его назвать нельзя было), как ни в чем не бывало начал извиняться:
— Простите, я не знал, что этот плод так опасен, я нашел его в саду недалеко от здешних мест. И клянусь, не затевал ничего плохого. Я хотел этот фрукт подарить вам. Но если вы его так боитесь, то я могу уничтожить его.
От услышанного, чувство удивления и страха, пробрало мое и так обессиленное тело, от затылка до кончиков пальцев ног. Плод, за который можно было купить себе полцарства, спокойно лежит в кармане этого юноши, и он собирается его уничтожить.
— «Похоже, он не догадывается, о ценности данного артефакта. Хотелось бы посмотреть на то, как он уничтожит «запретный плод богов»! Но, нет, уничтожать такое сокровище точно не стоит», — подумала я, и подняв голову посмотрела на человека.
Из последних сил, улыбаясь юноше, я помотала головой, отрицая порывы юноши — уничтожить плод, после чего меня накрыл непонятный приступ истерического смеха. Я упала на бок спиной к незнакомцу и сотряслась всем телом, не в силах остановиться начала безудержно смеяться. Что самое поразительное из всей этой истории — после пятисекундного созерцания на плод мой источник маны стал полон почти на четверть. От чего я еще больше зашлась в неудержимом смехе, переходящем в истерический скулеж и завывания.