Снегурочка по недоразумению

– О-о-о! – Соня буквально взорвалась восторгом. – Он настоящий!
– Сомнительно, – мрачно сказал Митя, пристально глядя на бороду Льва. – Борода подозрительная.
Лев распрямился, сделал шаг вперед и заговорил тем самым голосом, который на планерках способен заставить замолчать даже самых смелых менеджеров:
– Ну что, ребята… – начал он низко, глухо, наигранно по-стариковски. – Ждали Деда Мороза?
  
Соня чуть не подпрыгнула до гирлянды.
– Дааа! – завизжала она. – Я стишок выучила! Два! И песню! И танец! И еще один стишок!
Митя нахмурился.
– А почему вы без мешка? – подозрительно спросил он, прищурившись так, словно вот-вот выпишет штраф за нарушение новогодних правил. – У Деда Мороза по телевизору всегда мешок в руках.
Я почувствовала, как внутри все холодеет. Точно. Мешок. Где мешок? У нас же должны быть подарки…
Лев, конечно, не растерялся.
– Мешок со мной, – спокойно заявил он. – Просто оставил в машине. Тяжелый. Сейчас возьмем.
Соня радостно подпрыгнула:
– Настоя-ащий!
Митя нахмурился, но кивнул, как человек, которому представили алиби, но он все равно проверит.
– Ладно. Потом посмотрим, – пробормотал он.
А я выдохнула.
Хорошо, что подарки действительно есть. И мешок тоже.
Плохо только то, что я до этого понятия не имела, где он…
Пока Лев добывал злополучный мешок, дети дружно перевели взгляд на меня. Пристально. Как две системы видеонаблюдения.
Я попыталась махнуть ручкой.
– З-здравствуйте, – выдавила я. – Я… э… немного волнуюсь.
– Настоящая, – удовлетворенно заявила Соня. – Снегурочка всегда волнуется. Это потому что дети непредсказуемые.
Митя шагнул ближе, прищурился и потрогал край моей шубки.
– Похоже на нормальную, – заключил он. – Но это не точно.
Лев вернулся через минуту, уже с огромным красным мешком на плече – тот выглядел так внушительно, что Соня завизжала, а Митя моментально переключился в режим немого анализа.
Дверь за их спинами распахнулась шире.
– Дети, вы что там застряли? – раздался женский голос. – Ой! – И тут же: – Ох ты ж боже мой! Пришли!
На пороге появилась женщина лет тридцати с небольшим – живая, как праздничная ярмарка. Волосы собраны в небрежный пучок, свитер с огромным оленем, который почему-то подмигивал. Это явно была Татьяна.
Она всплеснула руками, глядя на нас.
– Дед Мороз! Снегурочка! – произнесла она с таким восторгом, что даже я чуть не поверила в свою аутентичность. – Проходите скорей, а то простудитесь!
И, понизив голос, уже почти шепотом добавила, глядя прямо на Льва:
– Лева, шапку поправь. И не смотри так, ты детей напугаешь.
Если бы Соня не стояла в полуметре от нас, я бы рухнула лицом в сугроб. Лев кашлянул так, будто он был Дедом Морозом по-настоящему, и сделал вид, что не слышал.
– Проходим, проходим! – Татьяна уже отступала внутрь, подталкивая детей. – Дети вас так ждали! Соня, веди Деда Мороза в комнату! Митя, только бороду не трогай сразу, договорились?
– Ну лааадно, – протянул Митя таким тоном, будто его попросили не нажимать большую красную кнопку.
Мы шагнули в прихожую.
В нос сразу ударило запахом мандаринов, корицы и выпечки. В гостиной мерцала елка – не идеальная из журнала, а живая, с кривоватыми ветками, игрушками всех эпох и бумажными снежинками. На стене висела растянутая надпись «С НОВЫМ ГОДОМ», где буква «Д» слегка отвалилась и держалась на честном слове.
– Де-еедушка Мороз, – торжественно начала Соня, вытягиваясь перед Львом в струнку. – Я готова!
Она явно репетировала этот момент. Лев кивнул, подхватывая роль с той же серьезностью, с какой обычно принимает отчеты.
– Ну что же… – прорычал он, опираясь на воображаемый посох. – Кто у нас тут самая смелая и послушная девочка?
– Я! – Соня подпрыгнула. – И Митя! Иногда.
– Не подтверждаю, – тут же заявил он.
Я едва удержала улыбку.
– Тогда слушаем Сонин стишок, – объявил Лев. – Снегурочка, поможешь?
Я внутренне завизжала. Снаружи пришлось просто выйти чуть вперед и, не запутавшись в юбке, встать сбоку, изображая вдохновляющую поддержку.
Соня вздохнула, расправила плечи и выдала скороговорку про зиму, елку, снежинки, Деда Мороза и то, как она весь год была умницей. Дважды. Во второй раз быстрее. В третьей попытке неожиданно добавила:
– …и больше не буду пинать Митю!
– Обсудим, – философски протянул он.
– Молодец, – сказал Лев и, к моему удивлению, легко похлопал ее по плечу, а потом достал из мешка небольшой пакет с бантом. – Держи.
Соня завизжала, как сирена радостной тревоги.
Потом была очередь Мити. Он долго мялся, смотрел на нас, потом на елку, потом на потолок.
– Я не помню, – наконец честно признался он.
– Все в порядке, – вмешалась я, неожиданно даже для себя. – Дед Мороз любит честных. Правда, дедушка?
Я посмотрела на Льва. Он, кажется, тоже слегка удивился моей инициативе, но кивнул.
– Честность – важное качество, – произнес он своим официальным голосом, от которого у подчиненных обычно перекрывает кислород. – Особенно для Мити.
– Для меня? – изумился мальчик.
– Для тебя, – твердо сказал Лев и достал из мешка машинку. – Ты помогал маме?
– Не всегда, – честно ответил Митя.
– А папе? – включилась я.
– Папе помогал, – кивнул он.
– Тогда заслужил, – подвела я итог, пока Лев не успел включить строгого начальника.
Митя взял подарок так, будто не верил в свою удачу.
– Спасибо, – пробурчал он и добавил, уже отходя: – Борода все равно подозрительная.
Где-то на краю видимости появился мужчина в уютном свитере и очках – явно Андрей. Он наблюдал за происходящим, слегка улыбаясь. В нем было что-то успокаивающее, как в чашке чая после плохого дня.
– Хорошая у тебя команда, Лева, – тихо заметил он, когда мы со Львом на секунду оказались рядом, пока дети уносили добычу под елку. – Снегурочка – огонь.
Я чуть не подавилась воздухом. Лев кашлянул.
– Случайный подрядчик, – отрубил он. – Разовый проект.
Андрей прищурился и взглянул не на него, а на меня.
– Это мы еще посмотрим, – философски заметил он и ушел на кухню, откуда уже тянуло чем-то вкусным.
Программа продолжалась. Мы со Львом водили хоровод вокруг елки. Соня пару раз наступила мне на подол. Я пару раз чуть не наступила Льву на сапог. Митя попытался заглянуть под бороду Деда Мороза, но был вовремя перехвачен Татьяной:
– Так, разведчик, не вмешиваемся в магию!
Она подмигнула мне, как будто мы с ней были в одной спецоперации.
– Снегурочка, вы умница, – шепнула она, когда дети на минуту отвлеклись. – Ой, простите… Держитесь. Еще чуть-чуть, и вас ждут мандарины и спасительное оливье.
– Звучит как достойная цель, – прошептала я в ответ.
Лев тем временем серьезно объяснял детям, почему подарки нужно открывать по очереди, а не всем сразу. Они слушали его с таким вниманием, какого я не видела в офисе ни разу.
Вот тебе и монолитный начальник, – подумала я. С детьми ему проще, чем со взрослыми.
Когда последний подарок нашел маленького владельца, Соня обняла плюшевого единорога, а Митя изучал машинку на предмет секретных функций, Татьяна хлопнула в ладоши:
– Так! Спасибо Деду Морозу, спасибо Снегурочке! Дети, говорим: «Спасибо!»
– Спаси-ибооо! – хором завизжали Соня и Митя и вцепились сначала во Льва, потом в меня.
Меня чуть не утащили в мягкий плен.
– А теперь, – продолжила Татьяна, – Дед Мороз и Снегурочка идут к нам за стол. Им нужно отдохнуть и подкрепиться!
– Точно, – серьезно заявил Митя. – Снегурочке надо чай. У нее глаза устали.
  
Я хмыкнула. Очень наблюдательные, да.
Мы со Львом переглянулись. В его взгляде мелькнул вопрос «живы?». Я мысленно кивнула: еще да.
Татьяна ловко сдернула с нас некоторые элементы костюмов: с меня шапку, с него шубу и бороду. Дети в этот момент таскали подарки по комнате и не видели разоблачения. Нас усадили за стол, уставленный салатами, закусками и тем самым оливье, ради которого, возможно, стоило стать Снегурочкой.