Чисто Астро-Сказочная Афера (СИ)

Словно услышав, о чём мы говорим… Хотя почему, собственно, словно? Более чем вероятно, что Тьма слышала каждое наше слово…
Как бы там ни было, но из столба черного дыма вдруг показалось хохочущее женское лицо. Хищное, даже можно сказать, кровожадное лицо, обрамленное разметавшимися в клубах дыма иссиня черными волосами. Глаза Тьмы без зрачка и радужки казались бездонными провалами в безжизненную и беспросветную пустоту.
Она не произнесла ни слова. Но и без слов было ясно Тьма — торжествовала.
Я и Рауль застыли в нерешительности, прикидывая наши возможности проскочить невредимыми сквозь практически сплошную огненную стену.
— В общем, все, как и всегда, самая ответственная работа на мне, — услышала я вдруг голос Маркизы.
— Изи! — инстинктивно замотала я головой, прежде чем вспомнила, что, во-первых, у моей кошки есть невидимая ипостась, а во-вторых, она мой фамильяр, а значит, мы с ней можем общаться мысленно. — Что ты задумала?
— Как обычно, — с одолжением вздохнула моя кошка. — Вызвать огонь на себя! В общем, Ди, следите за выражением лица Нечестивой и не упустите момент!
— Изи, стой! Объясни понятней! — обеспокоенно обратилась я к своей кошке. Однако ответа не последовало.
— Ди? — вопросительно воззрился на меня супруг.
— Потом объясню! — пообещала я. — Сейчас же важно следить за выражением лица Тьмы Нечестивой и не пропустить момент!
Я понятия не имела, что задумала моя кошка, но чтобы это ни было, я не хотела, чтобы она рисковала зря. Поэтому я во все глаза уставилась на хохочущую физиономию Тьмы Нечестивой.
Не прошло и десяти секунд, как одновременно произошло сразу несколько событий.
Лицо демоницы, истерично хохотавшей всё это время, вдруг вытянулось от удивления. Свора адских гончих, окружавших столб дыма и не прекращавших всё это время выть, ощерилась и зарычала.
Из дыма с молниеносной скоростью и громким, пронзительным мя-ааааааууууууу выпрыгнула черная кошка и понеслась к выходу из зала. И вслед за ней к выходу также устремились залпы пульсаров и свора адских гончих, природный инстинкт которых, по-видимому, оказался сильнее, чем чары Тьмы Нечестивой.
Впрочем, и меч-кладенец тоже оказался сильнее чар могущественной колдуньи.
Только что Тьма Нечестивая вся такая непобедимая и неприступная клубилась смрадными кольцами дыма. Однако как только одного из её щупальцев коснулось лезвие меча-кладенца, газообразная густая удушливая пелена в то же мгновение перевоплотилась во вполне себе твёрдотельную воительницу.
Рауль, контуры тела которого в тот же миг вдруг осветились голубовато-белым светом, и воительница, к которой ластилась и которую укрывала собой тьма, встали напротив друг друга.
Помню, как мне подумалось тогда, что никогда ещё я не видела ничего столь впечатляюще яркого, потрясающе красивого и… до остановки сердца ужасающего.
В тот момент, когда звон мечей разрезал тишину, объявив о начале боя, я даже не вздрогнула, я подпрыгнула.
Меч-кладенец горел ровным белым пламенем, но при ударах высекал небесно-голубые искры.
Мечи Тьмы Нечестивой, по одному в каждой её руке, источали ядовитое зеленое пламя, которое, по ходу боя становилось всё ярче и всё ядовитей.
Каждое соприкосновение мечей противников вызывало раскат грома и вспышку молнии.
Я никогда не видела, чтобы кто-то, заключенный в человеческое тело, мог двигаться также быстро как Тьма, и не могла поверить, что Рауль способен сдерживать каждую её атаку.
Они сражались плавными, текущими движениями. Их три лезвия, пляшущие в смертельном танце, летели, кружились, сталкивались, чтобы пролить кровь, однако пока вынуждены были довольствоваться лишь фейерверком искр…
Тьма изловчилась и брызнула кровь. Кровь моего мужа. Моё сердце пропустило удар. Белая ткань рубашки на плече Рауля тут же потемнела и прилипла к телу.
К счастью, то, что соперница пустила ему кровь, не только не обескуражило Рауля, но, казалось, придало ему сил и скорости.
Сталь зазвенела о сталь с такой скоростью, что звук звона слился в единый гул.
 
Гул, который звучал как реквием, потому что при той скорости, которую сейчас демонстрировали Рауль и Тьма — исход мог быть только один.
А я ничего не могла сделать. Я могла лишь смотреть в ужасе и очаровании. Грудь сдавило словно тисками. И фоном проскочила мысль о боли в ладонях.
Как вдруг звон мечей резко прекратился. И огни фейерверков осыпались к ногам сражавшихся, чтобы больше не взмыть к потолку.
Во внезапно наступившей оглушительной тишине я отчётливо услышала чей-то стон. И только удар сердца спустя поняла, что стон был мой.
И вдруг что-то блестящее со свистом устремилось ко мне. Поймала на чистом инстинкте. Правда, чуть не уронила из-за того, что руки оказались странно скользкими.
И только поймав, поняла, что это. Скипетр Всеповиновения. И что обе мои ладони в крови, потому что всё это время мои ногти глубоко впивались в кожу.
Как я поняла, что держу в руках именно Скипетр Всеповиновения? Ну, во-первых, именно так я себе Скипетр Всеповиновения и представляла. Блестящим. И золотое яйцо с Кощеевой смертью тоже оказалось именно таким, как я себе его и представляла. То есть, и оно тоже было блестящим.
А во-вторых, едва я только взяла это нечто блестящее в руки, как громыхнул чудовищный раскат грома и сверкнула молния, которая покрасовавшись пару минут в образе монструозной огненной медузы нырнула затем в Скипетр, не причинив при этом мне никакого вреда. Наоборот, тёплый металл Скипетра теперь весьма приятно согревал заледеневшую от пережитого ужаса меня.
Поняв, что держу в руках. И что ещё более важно, что именно сие должно означать. Осмелела настолько, что перевела глаза туда, где только что стояли застывшие фигуры моего мужа и Тьмы Нечестивой. И увидела, как осыпается пеплом то, что только что было телом могущественной ведьмы.
И только сейчас поразилась абсолютной тишине.
Которую, впрочем, уже в следующую секунду нарушили размеренные и явно никуда не торопящиеся аплодисменты.
— Была бы на мне шляпа, Диана, клянусь именем моего отца, я бы её перед вами снял, — устало усмехнулся мне Сатана.
— Спасибо, обойдусь, — ехидно парировала я. — В качестве, утешительного приза меня вполне устраивает Скипетр Всеповиновения и то, — я поискала глазами и нашла то, что искала — ещё одну кучку пепла, — что моё демоническое тело больше не существует. И… — выдержала я многозначительную паузу, — контракт моего мужа, который мы у вас сегодня выкрали! — я всё-таки не отказала себе в удовольствии, позлорадствовать на полную катушку. — А теперь, именем вот этой штуки, — и я перевела взгляд на Скипетр, который держала у себя в руках, — я приказываю вам навсегда оставить меня в покое! Приказываю вам! И всем вашим агентам. Нет, даже не так. Я приказываю всем вам забыть о моём существовании! И о существовании моего мужа. И вообще о семье де Тайльбур. И семье де Ларуан.
И переведя взгляд на Скипетр Всеповиновения, прошептала, уже обращаясь к артефакту: — Не подведи! Я надеюсь на тебя!
После чего подумала. И решила, что доверяй, но проверяй. Поэтому махнула Скипетром в сторону только что вошедших агентов, — Эй вы! Именем Скипетра Всеповиновения я приказываю вам срочно сообщить, где моя кошка!
— Ваша кошка? — дружным хором озадачились агенты.
— Да, черная кошка, которую вы и свора адских гончих приняли за Тьму Нечестивую и поэтому увязались за ней! — объяснила я.
— Ах, эта кошка, — догадались агенты.
— Да, эта, — кивнула я. — Ну так, где она?
— Ушла окаянная! — в очередной раз послушным дружным хором отчитались передо мной агенты.
— Она здесь, — известил меня Рауль, который держал мою кошку на руках.
— Угу, я здесь, — счастливо мурлыкнула Маркиза.
— Ну, раз все в сборе, — улыбнулась я. — То больше нам здесь делать нечего! Идёмте…
— Домой?.. — с надеждой в голосе дружным хором то ли подсказали, то ли уточнили Рауль и Маркиза.