Железное небо (СИ)

— М-м? Как ты говоришь с тем, кто хочет тебя накормить? — изумился хозяин магазина, начав уминать приготовленное за обе щёки. На столе красовались не две, а три тарелки.
— Сдалась мне ваша еда, ещё и за неё отрабатывать заставите! — девочка повысила голос, но бурчащий живот выдал её с потрохами. Она стыдливо покраснела и отвернулась от мужчины, надеясь, что это громогласное урчание слышала только она сама. И ведь вовсе не удивительно, что малышка, проработав весь день, проголодалась. Причём уже очень давно.
  
— Ещё как заставим, — улыбнулся ей Сора. — Садись.
Анемон подняла взгляд на беловолосого, который тянул старику деньги. Этот жест ей был непонятен. Она, не став долго пререкаться, уже более скромно присела на стул рядом с парнем. Кушать всё-таки хотелось.
— Ты же здесь работаешь, так зачем платишь? — не выдержав, поинтересовалась малышка.
— Но ем-то я тоже здесь, еда стоит денег.
— Нет, погоди, просто… Вы не родственники разве?
— Да даже если бы и были, этот хрен всё равно бы тряс с меня деньги! — мужчина дружелюбно улыбнулся, услышав это.
— Не понимаю, — нахмурилась девочка, неуверенно взяв в руки вилку. То, что приготовил старик, казалось ей необычайно вкусным даже на вид: какие-то морепродукты, которых малышка в жизни не пробовала, жареная рыба, рис и странный соус. По запаху он был острым.
— А тебе и не надо, ешь давай, — невнятно проговорил хозяин, набивая рот рисом.
Несколько минут тишину нарушали лишь проезжающие за окном машины или лёгкий звон удара столового прибора о тарелку. Работники заведения чувствовали себя более чем комфортно, тогда как девочка явно была напряжена. Она хмурилась, кусала губы и зачем-то возила зубцами вилки по рису.
— Где твои родители? — неожиданный вопрос Анемон заставил работников подскочить на месте и воззриться на неё округлившимися глазами. Сора неуверенно ткнул пальцем на себя, спрашивая этим жестом: «Ты это мне?» — Тебе, тебе.
— Вообще-то, это мы хотели спросить и у тебя, — спустя полминуты молчания, выдохнул старик, ещё не придя в себя и натянуто улыбаясь.
— Я не знаю, — нахмурилась малышка.
— Вот и я тоже, — равнодушно пожал плечами Сора и продолжил есть.
— А ты их помнишь?
— Так, притормози. С чего ты вообще взяла, что я без родителей рос? — хмыкнул парень недовольно, но ему действительно было интересно, как девочка пришла к такому выводу.
— Мы с тобой похожи. Немного, — добавила она, услышав сомнительную усмешку Ямаруты. — Хотя в твоей ситуации тот факт, что ты рос без родителей, не так очевиден, как мой, вот я сначала и подумала, что вы двое — родственники. Как оказалось — нет. Но ты такой же.
— Какой?
— Дикий.
Парень не заговорил ровно до тех пор, пока не опустошил тарелку и не осушил кружку с чаем. Всё это время никто больше не решался нарушить тишину. А прошло не много, не мало — пятнадцать минут. Было настолько тихо, что даже слышались щелчки стрелок старых настенных часов, висевших позади старика. Последний теперь ощущал на себе давление от этой ситуации, пусть к нему никаких вопросов или претензий не поступало. Он даже как-то забавно насупился, вроде бы и собираясь что-то сказать, а вроде бы и сомневаясь, что его кто-то будет слушать. Сразу видно — авторитет.
— Я не помню своих родителей. Вообще. Скажу даже больше: мне плевать, что с ними, где они и кто они, — решил всё же объяснить Сора.
— То есть, какое-то время у тебя были приёмные родители?
— Ну… типа того.
На том разговор закончился совсем.
И, естественно, посуду заставили мыть именно Ансунемон. Девочка, пыхтя от недовольства, молча встала у раковины. Её мучили смешанные чувства: эти двое обманули её, сказав, что она украла у них больше, чем на самом деле, но в итоге накормили. И, если не обращать внимания на то, что её заставили работать, то в целом с ней обошлись вполне дружелюбно. Было что-то не так с этим Сорой, да и старик тоже молодец — ведёт себя, как ребёнок, при этом умудряется постоянно ругаться на парня-бездельника. Но потому-то ей изначально и показалось, что они родственники. Слишком дружелюбные и близкие отношения для простых коллег.
Анемон закончила с посудой и вышла в зал, снимая матово-чёрный фартук.
— Так я свободна? — ей даже стало немного грустно. Малышка провела день с пользой, хоть и не так, как это обычно бывало. Вместо денег — вкусная еда, но ведь это тоже неплохо. С другой стороны — стоило очень постараться, чтобы найти в этом дне что-то весёлое для девочки. Работа явно не принесла радости ребёнку, да и, кажется, она впервые в жизни действительно самостоятельно работала.
— С ума сошла? Ты только тысячу выплатила! — тут же завопил старик, наигранно раздражаясь.
— Да ты издеваешься, старый маразматик! — грусть малышки моментально вытеснилась злостью. — Мало того, что приписали мне несуществующий долг и заставили весь день работать на износ, так до сих пор от меня чего-то хотите?! Размечтались! Я ухожу! — возмущению девочки не было предела. Она грубо бросила фартук в руки старику и направилась к выходу, грозно топая ногами и выражая этим всё своё неподдельное недовольство.
Ямарута переглянулся с хозяином. Тот пожал плечами, добродушно фыркнув.
— Приходи завтра после полудня, будем ждать, — лениво улыбнулся вслед девочке Сора. Та на секунду остановилась:
— Не дождётесь, — и ушла, хлопнув дверью.
— Ты. Я. Матрас. Зажигалка. Понимаешь? — монотонно произнёс старик, наполовину высунувшись из-за двери.
— Почему каждое утро ты насилуешь мой мозг этой сраной зажигалкой? — простонал парень, сев в кровати и потирая глаза. Проснулся-то он вовремя, но вставать совершенно не хотел.
— Если бы я насиловал твой мозг зажигалкой, то тебе бы понравилось это ещё меньше, чем подожженный матрас.
— Отнюдь. Спать я смогу, даже если у меня из башки будет нож торчать, — Сора еле подавил ехидный смешок, неохотно выбираясь из-под одеяла.
— Не сомневаюсь, — не стал спорить хозяин. — Но если тебе интересно, то сегодня ты спишь на час дольше, чем обычно, а не на полчаса, как привык. Мы уже работать начали.
— М-м, здоро… Что ты сказал?
— А вот иди — сам увидишь, — хитро улыбнулся мужчина и исчез из дверного проёма.
Сора тут же повторил утренние традиции с утроенной скоростью и опасливо выглянул в зал. Его челюсть стукнулась бы об пол, если бы Ямарута не умел контролировать большую часть своих эмоций. Хотя, может быть, он просто настолько ленивый для того, чтобы как-то выразить своё удивление.
Парень лицезрел, как девочка с бирюзовыми волосами и светящимися дружелюбием тёмно-фиолетовыми глазами принимала заказы у посетителей, сидевших за столами, и тут же бежала на кухню, чтобы отнести блокнот с записями старику. Хмурая, хамоватая малолетняя врунишка вмиг предстала перед ним в новом виде, определённо гораздо более радующим глаз и не вызывающим подозрений о воровском увлечении малышки.
— Я думал, ты не придёшь, — Сора привычно закинул сумку на плечо, искоса глядя на Анемон.
— Я тоже, — она улыбнулась ему и побежала в подсобку. Принеся в руках небольшую коробку, девочка отдала её Соре и вместе с тем ответственно назвала адрес. Парень постепенно сдавал позиции, так как удивление начало отражаться на его лице в разы заметнее.
— А посуду сегодня моешь ты! — ободряюще пропела Анемон, уперев руки в бока и выпрямляясь.
— В смысле? — удивился Ямарута.
— Так старик сказал.
— Он сказал, что я буду мыть посуду? — Сора активно начал косить под дурачка.
— Да, он сказал, что ты будешь мыть посуду.
  
— Почему я должен мыть посуду?
— Потому что так сказал старик.
— Почему старик так сказал?
— Потому что ты ленивое гавно, Сора! — послышался выкрик с кухни. Те двое вздрогнули и уставились друг на друга широко раскрытыми глазами. — Ну сколько можно, пулей до заказчиков!
— Заказчиков? Их несколько? — нисколько не обиделся парень, медленно выталкиваемый девочкой в сторону улицы.