Бывшие. Первая жена (СИ)

Я таких больших не видела. Ни в ювелирных. Ни у подруг. Никогда.
— Я каждый день о тебе думаю, — шепчет Ян, глядя в глаза и я вижу, что он не рисуется, не играет, он правда хочет этого. — Каждый проклятый день срываюсь домой, чтобы быстрее увидеть тебя, Олененок. Я забросил всех. Подруг, бизнес. В моей голове только ты…
Стальной взгляд неумолим.
— Так что, я уверен, Вера. Ты должна стать моей женой.
Последние слова он прошептал на ухо. От жаркого шепота бегут мурашки. Я была влюблена. Счастлива. И позволила надеть на себя кольцо.
— Свадьба через месяц.
Не знаю, почему он захотел на мне жениться. Думаю, Ян не лгал, когда говорил, что я захватила его мысли. Все свободное время он тратил на меня. Трахал, стерег и наслаждался тем, что я его… С точки зрения Яна Горского я заслуживала кольца, потому что, как узнала позже, я была первой женщиной, которая настолько его увлекла.
В его вкусе. Одевалась так, как любил он. Пахла, как любил он. Была нежной, беспомощной и слабой… Идеальной для него.
Я еще верила, что брак с Горским защитит меня от бед.
Для его окружения наша свадьба прогремела, как гром среди ясного неба.
Этого никто не ждал.
Я не общалась с его друзьями и партнерами. Ян, как паук, утащил меня в логово и там прятал. Свадьба стала первым выходом в свет.
Итальянское белое платье, фата до пола. Все выбрал и оплатил Ян.
Свадьбу распланировали с утра и до ночи, когда мы должны были уединиться в спальне. Гостей не меньше тысячи. О свадьбе писали в газетах. К счастью, я никого не пригласила.
Из родни осталась двоюродная сестра, но ее деревенская натура мало подходила столичной свадьбе. С подругами мы учились и я боялась их звать. Мало ли что сболтнут, до Яна дойдут ненужные слухи…
Наверное, свое счастье я осознала в утро, когда оказалась на ступеньках шикарного отеля с Яном, где был снят зал для торжественного бракосочетания.
Я — самая счастливая невеста в городе. Выхожу замуж за богатого влиятельного мужчину, которого полюбила всей душой. Он спас меня от страшной участи. Мой смелый и мужественный Ян…
Этот миг, полный солнца и счастья, навсегда остался самым ярким моментом нашей совместной жизни.
Я допустила вторую ошибку.
Поверила в счастье.
Помню, как в полночь я стою и дрожу в нашей спальне. Я уже его жена. Официальные мероприятия окончены. Но я еще в полном убранстве невесты. Ян передо мной, готовый сорвать фату…
— Моя сладкая…
Он расстегивает пиджак, пожирая меня глазами.
— Я люблю тебя, Олененок… — Ян целует меня в губы, языком проникая в рот, дыхание сбивается…
Он очень хочет меня — свою жену.
И я мечтаю о том же.
Нас прерывает стук в дверь.
Неожиданный, и… страшный.
Кто, мать вашу, может ломиться в спальню олигарха в брачную ночь?
— Подожди, Олененок, — с тревогой говорит он и идет к двери.
— Ян! — раздается сильный, хоть и пустой голос Германа. — Прошу прощения. Это срочно!
Ян открывает.
О чем-то говорит с телохранителем.
— Пришло полчаса назад. Это везде… — Герман показывает экран телефона, на котором что-то проигрывается…
Какая-то запись.
Стою, качаясь. Ноги не держат. Интуиция предупреждает, что это за видео. Я вот-вот упаду в обморок, когда Ян оборачивается и смотрит на меня.
Я все понимаю по этому взгляду.
Пронзительному. Недоверчивому. Взгляду хищника.
— Подожди за дверью, Герман… Я должен поговорить с женой.
«Прости, Ян, я все объясню…»
Мысли и оправдания проносятся в голове, пока Ян приближается. Я делаю шаг назад, выставив перед собой руки.
— Ян… — шепчу, когда он поворачивает телефон экраном, и включает.
— Меня зовут Вера, я актриса. Меня наняли, чтобы я познакомилась с Яном Горским, и…
— Выключи, — прошу я. — Молю, Ян, выключи это…
Хотите расскажу, как жизнь превращается в ад?
Я знаю об этом все.
Жизнь с Яном, которую я успела выстроить в голове, рушится. Наше счастье, дети, доверие, все наше будущее… Нужно было соврать. Сказать, что нет, это неправда, меня заставили…
Но он бы не поверил.
  
Я вижу ответ в его глазах.
Ян сволочь, но не дурак. Он бы все равно докопался до правды.
— Я люблю тебя, — обреченно шепчу я, пока он приближается.
Сердце бьется в груди, как ненормальное. Я тороплюсь, словно боюсь не успеть сказать главное. Я обречена, я это понимаю. Обмануть такого человека и выйти сухой из воды ни у кого бы не получилось. Я считаю себя везучей, потому что выжила.
— Прости меня, — тихо плачу я и сама опускаюсь на колени, когда Ян подходит.
Обеими руками обнимаю его ноги, уткнувшись в них лбом.
Я сделала это не специально.
Это был порыв — попытка вымолить прощение. И, думаю, только это остановило Яна от пощечины или чего похоже. Иначе он бы мне врезал. Он хотел расправы — я по глазам видела.
— Прости, прости… Я все объясню, Ян. Я не знала, что все так далеко зайдет… Не знала, что они хотят убить тебя!
Хуже всего было тяжелое молчание.
Его не трогают мои слезы. Он ничего не спрашивает.
Ян стоит, опустив голову, пока я рыдаю на коленях и прошу прощения. А в душе жжет чудовищный страх последствий и боль за разбитую любовь. Я понимаю, что уже ничего не склеить. Не исправить. Я не знаю, что будет дальше.
Ян хватает меня за волосы на затылке и заставляет встать. Ладони лежат на его груди. Мышцы как железные. Он напряжен, как хищник перед атакой. Рот сжат. Глаза похожи на лезвие ножа, поднесенного к горлу…
Я его взгляд в ту минуту не забуду.
Умирать буду, вспомню глаза Яна. Глаза такого же обреченного человека, как и я.
Я думала, он убьет меня.
— Ты останешься здесь, чертова шлюха, — тихо говорит он, пока я глотаю горячие слезы. — А я поеду к своей секретарше, раз ты обломала мне первую брачную ночь. С тобой разберусь утром, уяснила?
Ян уходит, не оглянувшись. Самая паршивая ночь в моей жизни. Меня отпускает через час-другой. Когда страх становится терпимым, и я снова могу думать, понимаю, что произошло…
Он уехал спать с другой женщиной.
Прямо мне сказав об этом.
Наверное, Ян считал я не имею права оскорбиться.
Да, я виновата, что ввязалась в авантюру. Но я не понимала, насколько все было серьезно. И я не предавала его. Если бы он остался и меня выслушал, я бы все это рассказала!
Но Ян не захотел разбираться, а уехал зализывать раны к другой.
— Сволочь… — шепчу я, размазывая тушь.
И представляю, что пока я тут подыхаю, он трахает свою безотказную секретаршу.
Это оглушает меня.
Я его ранила, я была виновата. Но эта деталь показала, что не так уж он и ранен. Ян вышвырнул меня без сожалений и сразу утешился с другой. Не так уж ему и было больно. Не больнее, чем мне.
Я сидела на краю кровати, так и не сняв свадебного платья. С потеками туши на лице. Я ничего не ощущала и это пугало. Даже боли не было, только оцепенение. В таком виде меня и застал Ян утром: пьяный, уставший и злой.
Он бросает расстегнутый пиджак на кровать. Воротник рубашки расстегнут и от нее пахнет выветрившимся «Шансом». На шее что-то вроде царапины или засоса. Секретарша на славу постаралась.
Это было похоже на мгновенный наркоз. Заморозку. Я перестала чувствовать вообще что-либо, когда увидела, что этой ночью у него все было всерьез с другой…
Я слежу за ним и не верю.
Он расслабленный, и я его злю. Ян расстегивает браслет часов на руке, выкладывает на стол бумажник и мобильный. Он ведет себя так, словно меня нет в спальне.
Я пустое место.
Как мебель или даже надоедливое пятно на любимых обоях. Ошибка. Ненужная первая жена.
— Кто тебя нанял?
Голос низкий. Как чужой.
Слежу за ним заплаканными глазами, но не могу поймать его взгляд. После этого Ян почти никогда не смотрел мне в глаза, только в качестве угрозы.
— Ян?
Я больше не хочу умолять и просить прощения. Не после ночи, которую он провел с другой. Я просто хочу, чтобы он посмотрел на меня.