Помощница по вызову
В удивительном доме – терраса. Или веранда… я не очень-то разбираюсь.
Потопталась на ней немного, чтобы снег стряхнуть. На ручку дверную нажала, как будто меня пригласили и ждут. Меня же ждут? Немно-ожечко так дверь приоткрыла…
– Заходи.
Его голос!
Мигом все мысли вылетели. Умных так точно не осталось. Сплошные пузырьки шампанского – и от них в голову ударяет дуростью. И дыхание спирает. Я делаю несколько шагов, иней с ресниц смахиваю и замираю. Как же красиво… Не передать, как. Как будто я все еще в лесу, в котором лесные эльфы объединились с суровыми колдунами и создали среди деревьев эту сказку.
Одно огромное пространство: сразу и холл, и гостинная с каким-то модным камином посередине, а не как положено, у стены. В нем огонь горит. Еще кухня позади, тоже большая, со столом и стойкой, лестница наверх. И окна – в пол. А вместо крыши будто бревна шалашом сложены.
И сам хозяин тоже здесь. Сидит на диване возле камина. Без дворецкого, один.
Точнее, вдвоем мы.
– Раздевайся, – звучит как то неправильно. Пошло даже…
Угомонись, женщина. Что за ураган чувств и эмоций на каждое его слово? Не будь дурой. Хоть это и сложно. Особенно когда смотришь на гения вживую, а не в телевизоре. Слишком остро – видеть его так. Лицо, как будто из камня, стальные глаза и волосы… Костюм серый. Вот кто носит костюмы дома, а? Поздняков только. Чтобы сильнее контрастировать с теплом своего жилища, да. Он может и купил этот дом, чтобы хоть как-то с живыми соприкасаться. Но от живого на всякий случай отгораживается формальной одеждой.
Только вряд ли кому-то в голову придет пожалеть его – не мне, так точно. Мне сейчас только Железный Человек вспоминается в одной из сцен, где его спросили язвительно, кто он вообще без своего бронированного костюма? А он и ответил: – “Гений, миллиардер, плейбой, филантроп”.
– Долго стоять там будешь?
Спохватываюсь. Суетливо оборачиваюсь, чтобы найти вешалку или гардероб – нет ничего у входа – пристраиваю пальто на спинку стула ближайшего, туда же ставлю ботильоны. Шапку стягиваю. Тороплюсь. Хотя голос не раздраженный, нет. Но холодный.
В дом эльфы тепло жизни вдохнули, а вот в него забыли.
Делаю несколько шагов вперед, прижав к себе папки.
Под физически ощутимым взглядом Позднякова дыхание опять спирает. И хочется вдохнуть и сказать что-то яркое, дерзкое, хочется невероятного диалога, который я буду потом смаковать в тишине и любоваться собой в нем. Хочется чтобы он теперь знал о моем существовании, может даже вспомнил когда-нибудь. Но вырывается только смущенное:
– К-куда мне идти?
Снова время как муха в янтаре застывает. Только он и может разбить этот янтарь своим острым:
– Ко мне подойди.
Иду аккуратно и бесшумно. Но, надеюсь, со стороны смотрится уверенно. И понятно, что я не просто так здесь. По делу. Важному. У меня задание от начальства, папочки… И пусть эта ситуация экстремально странная с самого начала, как будто снится мне… Я толкование этого сна потом прочитаю. Наверное, там даже будет что-то про самые глубокие желания. Или это не к соннику, а к Фрейду?
Иду по этому невероятному дому и смотрю куда угодно, только бы не на него.
На темноту за окном, в которой прячутся ели. И медведи, наверное. Есть там медведи? На светящийся справа дверной проем. Различаю внутри небольшой кусочек книжного шкафе и мысленно дорисовываю кабинет. Стол и компьютер на нем, с большим монитором. Залезть бы хоть на минутку туда, где творятся шедевры. Хотя, может он не там работает? А на ноутбуке за той стойкой кухонной? Или наверху – там спальня, наверное.
Может он лежит на огромной кровати, подоткнув под спину подушки, с блокнотом в руках, взъерошенный и сонный…
Мамочки! Хватит думать об этом!
Спотыкаюсь.
Сначала взглядом о его взгляд. Неразличимый. Потом просто спотыкаюсь… Уж слишком близко я оказываюсь. Так близко, что вижу, как бьется венка у него на виске. И запах его парфюма слышу…
– Ну? – снова нарушает тишину Поздняков.
Ну?
Ах да, я же должна рассказать, попросить, отдать документы.... Черт, что в той бумажке было написано?!!! Что говорить?!
– Меня прислали, чтобы....
Поперхиваюсь.
Потому что Поздняков вдруг хватает меня за свободную руку, в которой нет папок, и резко дергает вниз. Так что я падаю перед ним на колени. Еще и на плечи надавливает, чтобы я даже не пыталась встать.
А потом выдыхает морозцем мне в лицо:
– Переигрываешь с неопытностью, Искра
Я в таком шоке, что до меня из всей фразы доходит только мое имя. И то, как он произносит его с длинным змеиным “с-с-с” и хрипло-торжественным “р-ра” оглушает даже больше, чем сама ситуация. Но я стараюсь взять себя в руки. Делаю глубокий вдох и выдавливаю вопросительное:
– Ч-что…?
А он мне на губы палец положил. Затыкает. И ощущение на удивление грубой подушечки, клавиатурой может натертой, почти отключает сознание. Но в следующее мгновение оно вспыхивает сверхновой, потому что мужская ладонь обхватывает горло, а вторая его рука ловко вытаскивает шпильки из пучка, отчего волосы рассыпаются по плечам.
– Прекратите! Ч-что вы творите?! – то ли кричу, то ли сиплю я, глядя на него потрясенно.
– Говорю же, переигрываешь, – сообщает мне чертов Поздняков и резко дергает за волосы, так что моя голова откидывается беспомощно.
Красная Шапочка не того, похоже, боялась…
КРАСНАЯ ШАПОЧКА
Мои друзья – идиоты. Да.
Ничем иным я не могу объяснить утренний звонок и отвратительно – предвкушающий тон Павла Сергеевича, уважаемого в миру адвоката. Типа они решили, что я засиделся в своей глубинке. Один. Без отдыха. И девок. И друзья, как настоящие меценаты, отправят свой дар, который разожжет огонь в моем ледяном сердце.
Он сказал не “сердце”, нет. Назвал другой орган. Но и без того его высокопарное дерьмо, которое, вообще-то, должно оставаться моей прерогативой, выглядело фарсом.
У меня и так не было настроения из-за издательства. Там работали не меньшие идиоты, решившие, что могут заставить меня делать то, что я не хочу. А когда я им подробно и наглядно пояснил, как именно не хочу, намекнули на обязательства и разрыв контракта.
Они забыли, что я еще и юрист. И что мои книги не единственный и далеко на самый большой источник дохода. И дела с ними я веду ровно до того момента, как они меня устраивают. А если нет… При желании я могу и сам напечатать, продвинуть новую историю. И следующую. Мне просто не хочется налаживать механизм, который выглядел уже работоспособным.
Поэтому я взял паузу и перестал отвечать на их звонки.
На Пашин ответил… И он еще поплатится за попытку контролировать мою личную жизнь.
“Искру” они отправят, ага. Такую, как надо, чтобы “выдержала тебя и твои заморочки”.
Идиоты.
Псевдоним тоже идиотский. Но, надо отдать должное, мои предпочтения они уже изучили. Подробностями я не делился – не хватало еще, чтобы кто-то лез в мою постель – но догадались же как-то, заказали кого-то… идеального. Очень хорошую девочку. Я почти восхитился, насколько уместно её подобрали. И одели. Пиджачок дешевый, офисная юбочка, папки какие-то, которые она к груди прижимает…
Переигрывает, правда. Но может ей сказали в агентстве, чтобы играла во всю силу? Чтобы я не успел выгнать.
О нет, Красная Шапочка, я не буду тебя выгонять. Мне действительно надо расслабиться.
Семенит ко мне аккуратно. Смешно.
Послушная.
Боится вроде даже. Таращится по сторонам своими глазищами, пальчики стискивает, впивается короткими ноготочками в бумаги… Хороша.
Но будет выглядеть еще лучше, когда встанет передо мной на коленях.
Я немедля выполняю свое желание и любуюсь получившейся картиной. Почти идеально потрясенное выражение лица и хрупкие плечи под моими руками. И взгялд снизу…
– Ис-скр-ра…
Губы мягкие, пухлые, полуоткрытые и густые блестящие волосы, которые так приятно распустить и дернуть, открывая беззащитную шею с бьющейся венкой. Вот прям хоть вампиром становись… Ограничиваюсь пока тем, что наклоняюсь и втягиваю её запах. Незатейливый. Но вкусный. Не духи даже, а что-то совсем простое, может гель для душа.