Варвар. Одержимость (СИ)

Холодею изнутри.
— Подожди, — сглатываю. — Это... все ты?
  
Глава 39
 
— На хер мне этот уебок? — резко бросает Варвар.
Морщусь от его грубости.
А он будто чувствует. Мрачнеет, глядя на меня. И уже совсем другим тоном добавляет:
— Не трогал его, — говорит. — И трогать бы не стал.
Не сказать, что звучит мягче. Просто немного иначе.
  
Перевожу дыхание.
Верю ему. Байматов не лжет. Он тяжелый человек. Характер у него взрывной.
Натура звериная, дикая. Но я чувствую, что будь он хоть как-то замешан, то не скрывал бы этого.
Варвар действует прямо. Так привык.
— Телефон проверю, — выдает он.
Вижу, как кивает. Будто подзывает кого-то. И через секунду рядом действительно оказывается охранник.
Займись, — распоряжается Байматов, передавая ему мобильный Марка. — По срочной схеме. Пробить все. Сделаем, босс.
Охранник удаляется. Но наедине мы надолго не остаемся, потому что рядом возникает официант. Приносит заказ.
Нервно тереблю бумажную салфетку.
Тревожно за бывшего. Тот «Профессор» опасен. И как только Марк умудрился ввязаться в криминал? От него точно никогда не ожидала. Его тренер раньше работал в спецслужбах. Он так своих ребят натаскивает, чтобы те даже и не думали ввязываться в какие-то темные истории. А тут вдруг такое.
Просто не верится. В голове не укладывается.
Официант отходит, а я так и сижу, сжав салфетку, бездумно глядя перед собой.
— За своего...
Хриплый голос Варвара заставляет вздрогнуть и перевести взгляд.
— За него волнуешься? — спрашивает он хмуро.
— Да, — признаюсь честно. — Он же мой друг. И звонок его девушки меня напугал.
Никто не знает, куда пропал Марк
— Найду его, — отрезает. — Не дергайся.
— А есЛи...
— Что — если?
Осекаюсь, потому как опасаюсь свои эмоции показывать. Байматову не по вкусу, что я так насчет Марка переживаю.
Но у меня все равно вырывается.
— Если с ним что-то случилось, — роняю тихо.
Дальше думать боюсь. Без того страшно.
Не случилось, — уверенно заключает Варвар. Откуда ты знаешь? Потому что с такими, — кривится. — Ничего не случается.
Хочется верить он прав.
Замечаю, как напряженно пульсирует вена на виске Байматова. Как жестко сведены его челюсти. Решаю перевести разговор на другую тему.
— Как у тебя день прошел? — брякаю.
Наверное, стоило подобрать вопрос поумнее, но сейчас ничего умнее в голову не идет.
— Нормально, — выдает Варвар.
А чем ты вообще занимаешься? — спрашиваю. — Практику тогда оформляли на охранное агентство. Это твой... бизнес?
Чуть не прибавляю «легальный» бизнес. Вовремя успеваю исправиться.
— Зачем тебе это? — хрипло выдает Байматов.
Пристальный взгляд впивается в меня.
Просто, — невольно пожимаю плечами. — Разговор поддержатьТы ешь давай.
Он переводит внимание на содержимое моей тарелки. Так и не тронутое. Потом снова смотрит в глаза.
— Или не нравится?
Сначала кажется, он хочет, чтобы я замолчала. А после как будто даже ухаживает.
— Другое закажи, — предлагает.
Да, с разговорами получается не очень. Но наверное, не все сразу. Нужно время.
— Все нормально, -
замечаю. Я хотела поговорить.
Поговорили.
— Узнать тебя лучше.
Он молчит. Хмурится.
Пауза затягивается настолько, что я уже готова взяться за приборы и начать ковырять содержимое тарелки, хотя мне сейчас вообще кусок в горло не лезет от волнения.
— Бизнес у меня разный, — вдруг заявляет Байматов. — Не думаю, что тебе это надо.
Ну... хорошо.
Настаивать не буду.
— Хорошо, — прочищаю горло. — Надеюсь, ты ведешь свои дела осторожно. То есть….. надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Стоп. Что я несу? Пробую исправить ситуацию, а получается еще хуже.
Ну конечно, он знает, что делает. Побольше меня знает. И конечно, ему виднее, как свои дела вести.
«Лучше» было бы только выдать что-то вроде «надеюсь, ты не загремишь за решетку» или «надеюсь, тебя не пристрелят в одной из твоих криминальных разборок».
Извини, — выпаливаю, чувствуя себя полной идиоткой, тяжело вздыхаю. Настя, — он вдруг усмехается. — Мой бизнес по закону оформлен. Все четко. За меня тебе точно волноваться не надоУгу, — согласно киваю.
Краснею до корней волос.
А Байматова это похоже забавляет. Моя реакция. Мое смущение. Он жадно за мной наблюдает. И в какой-то момент ощущаю неловкость уже по другому поводу. Уж слишком его глаза горят. Интерес становится откровенным.
Однако все резко меняется.
Вижу, как он переключает внимание. Немного в сторону. Отводит взгляд от меня и смотрит куда-то за мою спину.
Выражение его лица меняется за считанные секунды.
Байматов будто каменеет. Еще секунду назад расслабленный, вальяжный. Сейчас он в момент становится собранным, напряженным.
Такое чувство, будто хищник застывает перед резким броском вперед.
На кого это он так смотрит...
Невольно оборачиваюсь. Вижу позади какого-то мужчину в костюме. Высокий Крупный. Под стать самому Байматову.
Он кажется смутно знакомым. Но не могу вспомнить, где могла его видеть.
Сейчас этот человек приближается к нам
Ощущение от него тяжелое, подавляющее. Поворачиваюсь и вижу, что Варвак встает. Шагает так, будто закрывает меня собой.
Незнакомец подходит к нему.
Они ни единого слова не говорят друг другу. Но просто от того, как держатся, как смотрят друг на друга, уже будто искрит.
Атмосфера в зале меняется. Резко. Ощущение будто надвигается гроза.
Наблюдаю, не шелохнувшись. Перевожу взгляд с одного на другого, и сердце дико колотится в груди. Кожей чувствую накал, исходящий от этих двоих.
А еще не могу не отметить очевидное.
Крепко сжатые кулаки. Плотно стиснутые челюсти.
Кажется, будто искры достаточно, чтобы здесь громыхнуло. По-настоящему.
Ледяные мурашки ползут у меня по спине.
Что происходит?
У меня полное впечатление, будто прямо сейчас здесь может разыграться драка.
Не важно, что мужчины одеты в элегантные костюмы. Похоже, весь этот призрачный налет цивилизации может слететь за секунду.
— Ты перешел черту, — вдруг заявляет незнакомец.
Голос у него низкий, хриплый. От ледяного тона пробирает до дрожи.
Знаешь, что бывает с теми, кто мою семью трогает, — чеканит он. — Словом или делом. Не важно. Я такого не прощаю.
В напряжении слушаю его.
Какая-то догадка вспыхивает на краю сознания, но сейчас не успеваю ухватить и раскрутить эту мысль, слишком сильно поглощена разворачивающейся передо мной сценой. Тревога зашкаливает.
— И я не прощаю, — резко выдает Варвар. — Когда мое трогают.
Повисает пауза.
Воздух становится до такой степени накаленным и плотным, что хоть ножом разрезай.
Твое? — оскаливается незнакомец, медленно качает головой. — Лихо ты это все провернул. Только я уехал.
Какая схема? — мрачно бросает Байматов. — Твой сын оборзел. Другого бы за такое...
Каждое слово будто выплевывает.
Повезло подонку, что у него фамилия Аверин, — припечатывает. — Сутки ему дам, чтобы из страны проваливал. Иначе никто ему не поможет. Даже ты.
Аверин.
Это Аверин.
Отец Сергея Аверина, того мерзавца, который хотел меня убить.
  
Глава 40
 
Охренел? — рявкает Аверин.
Наступает на Варвара.
И тот тоже шагает вперед.
— Ты у меня этот стейк сейчас вместе с тарелкой сожрешь, — сквозь зубы цедит Аверин, резко кивая на стол. — Я за своего сына на куски порву. Любого, блядь.
Только я решаю, что ему делать и куда ехать. Понял?
Не понял, — рыком отвечает Байматов. Ну так я объясню.
Не знаю как Аверину-старшему это удается, но последняя фраза звучит жестче и хлеще ругательства. Его тон в момент меняет смысл самых обычных слов. От отрывистого голоса холод прокатывается по спине.