Окаменевший солнечный свет в приданое

Стоило мне порезаться, как картинки будто бы стали темнее, побагровев. Как будто бы странным образом впитали мою кровь.
– Простите…
Переключилась с картинок на снова недовольное лицо княгини. Что она там говорила? Вершки? Корешки? Ох-х-х… Как же тут сложно!
Мы ползали по холмам, недалеко от особняка Радовых и наполняли цветами и травами, кореньями корзинки. Невольно Елизавета Константиновна напомнила мне мою родную бабушку, которая тоже увлекалась травами. Правда, самостоятельно на ничего не собирала, обычно все покупая в специализированных магазинах или заказывая на маркетплейсах.
  
– А вы чайный гриб случайно не выращиваете? – спросила я, вдруг вспомнив о таком бабушкином питомце в банке на кухне.
Она все время говорила о том, что он живой, а маленькая я даже придумала ему имя – Чай-Ватрушкович.
Радова удивленно приподняла бровь.
– Чайный гриб?
– Ну, в чайном растворе плавает такой жизнерадостный блин, который делает напиток похожий на квас, – пояснила я своими словами, невольно улыбаясь и почти тут же эту улыбку скрывая, Радовой моя вольность не пришлась по вкусу.
– Блинами не увлекаюсь! И вам не советую, душечка! – она выразительно окинула взглядом мою фигуру. – Аристократка должна быть изящной и бледной! А блины могут испортить облик юной барышни. Будет стыдно перед лордами и леди…
Если честно, я себя полной никогда не считала. Даже и близко. Я была низкого роста и довольно худенькая. Но все же до анорексии еще не дошла, слава Богу!
– Мне и так не стыдно, – фыркнула я.
“И даже если растолстею вдруг, то тоже стыдно не будет. Это моя жизнь и моя фигура, я не собираюсь подстраиваться под других и их вкусы”.
– Я подарю вам замечательных свинцовых белил. Ваша кожа будет казаться бледнее… – ответила на это строго княгиня.
Я поперхнулась.
– Спасибо, я как-нибудь другими средствами красоту наведу.
Не то поживу недолго, и бледность станет настолько естественной, что белила уже не понадобятся.
– Да как ты смеешь?! – вдруг подскочила женщина. – Хамка! Тебе что, не нанимали учителей?!
– Свинец крайне токсичен. Не рекомендую вам им пользоваться и кому-либо дарить, – я лишь пожала плечами.
После нашей размолвки мы как-то очень быстро свернули наш ботанический поход, и вернулись в поместье.
Радова понесла корзинки с собранным богатством куда-то в подвал, а я, не слишком горя желанием оставаться в холодной роскошной комнате, пошла к Фоме.
Тот в стойле меланхолично жевал предложенное ему сено. А у меня в кармане завалялся сухарик. Протянула ладонь, угощая питомца. Тот моментально повернулся ко мне, зафырчал, в один присест схрумкал лакомство и недовольно забил копытом. Еще хотел.
Я показала пустые карманы.
– Прости. Тут мы в гостях. У меня больше нет.
Ослик обиженно снова фыркнул. А я подумала о том, что с удовольствием бы прокатилась на нем вокруг поместья. А может и куда еще, лишь бы подольше не видеть княгиню.
– Кататься пойдешь?
– Фыр-р!
Решив, что это совершенно точно положительный ответ, я вывела ослика на улицу и, на этот раз проверив, прочно ли сидит седло, вскарабкалась на него.
– Н-но! – скомандовала я, чуть тряхнув поводьями.
Ослик мой посыл понял верно, и мы потихоньку тронулись в пусть.
Я специально выбирала маршрут, на котором бы не было никаких возвышенностей, и, похоже, у Фомы это вызвало некоторое разочарование. По крайней мере, он фыркал и издавал ужасающие ревущие звуки куда как чаще, чем обычно.
Куда-то далеко ехать я побоялась, мало ли чего! А вот вокруг поместья шла очень удобная тропка. С обеих сторон которой были засеянные рожью и пшеницей поля.
Подобная прогулка позволила мне немного успокоиться и привести мысли в порядок. Может, я зря обижаюсь на княгиню? Может, она и правда хотела завести с нами знакомство? У нее просто довольно сложный характер, а я, наверняка, кажусь ей странной.
Я, слушая размеренное цоканье Фомы и чуть поглаживая его по жесткому ворсу на шее, уже почти совсем успокоилась и хотела поворачивать назад, как вдруг услышала где-то в кустах, разделявших два разных поля:
– Ы-ы-ы-ы!
Мы с Фомой повернулись и замерли. Я – в шоке, а ослик явно заинтересовался сочным клевером у обочины.
Под кустом сидело нечто, отдаленно напоминающее существо женского пола: полная фигура, нос крючком с выразительной бородавкой, глазки маленькие и черненькие, волосы – дыбом, с повисшей на них травой, репьем и жуками. Из-под вывороченной передней губы торчали два зуба, как у кролика. Или бобра.
– Вы кто? – невольно вырвалось у меня.
– Я-то? – женщина захихикала, и от ее голоса Фома отскочил в сторону так резво, что я едва с него не слетела. – Кустовая ведьма! Слыхала о таких?
И снова ехидный смешок.
– Нет, ничего не слышала, – честно ответила я, и поняла, что попалась – мне стало до одури интересно. – А вы что, и колдовать умеете?
Ведьма взмахнула рукой, и рядом со мной, прямо посреди тропки, вдруг вырос стройный клен.
– Ого! – впечатлилась я. – Здорово!
– Да я тоже не жалуюсь! – она вдруг прищурилась. – Чужачка, да? А вроде и нет… Интерес-с-сная девочка… И такая одинокая… Впрочем, он тебя уже не отпус-с-стит… Раз слугу за тобой даже пустил.
– Слугу? – удивилась я, невольно вспоминая подслушанный ночью разговор за стеной.
Неужели речь про Радова?
– Вон… Смотри! – ведьма кивнула в сторону.
На дороге, метрах в трех от созданного ей дерева, сидел черный здоровый ворон.
Будто бы поняв, что его заметили, он вдруг с диким карканьем поднялся в воздух, и, описав пару кругов, был таков.
– Разве это не просто птица?
– Нет, не просто птица. Впрочем, ты скоро все сама поймешь!
Ведьма снова захихикала. А после вдруг вытащила один из репьев у себя из прически.
– Хочешь поменяемся? – она протянула мне колючку с несомненно лучшей, хоть и очень малой, толикой своей шевелюры.
Нервно икнула.
– Вообще-то нет. А на что вы хотели это обменять? – уточнила я больше из вежливости.
– А вот… На серьги твои диковинные. Очень мне приглянулись!
Невольно коснулась рукой сережек. Это были серебряные гвоздики с прикольными котиками. Все любят котиков. Кустовые ведьмы, очевидно, тоже.
– Я вам так подарю, – махнула я рукой.
Сняла сережки, протягивая их ведьме, и та, подскочив ко мне и Фоме, сцапала их из моей ладони так быстро, что я даже не успела испугаться, когда осел в очередной раз с диким ревом отпрянул в сторону.
Ведьма широко улыбнулась, вернувшись под куст.
– Вот что! За твой подарок я тебя тоже одарю! Репей не хочешь мой зачарованный, так я тебе что получше дам!
Я удивленно посмотрела на ведьму.
– Да мне не нужно ничего…
– Нужно! На! – она вдруг снова закопалась в своей эксцентричной прическе, а после швырнула в меня чем-то.
Я машинально поймала, поняв, что держу в руках довольно простой деревянный гребень.
– Это что? – удивленно спросила я.
– Силушка моя тебе поможет, за подарок твой. Гребнем по волосам проведи, и враз колдовство на твою защиту встанет!
– Ого, а как… – я не договорила, поняв, что ведьма пропала.
А у меня в руках остался ее подарок – странный гребень.
 
ГЛАВА 4
 
– Варя! – отец встретил меня у ворот. – Где ты была?! Мы все волновались!
Я пожала плечами.
– Поехала проветрить Фому. Ему нужно больше двигаться, чтобы оставаться в форме. Ну, чтобы там копыта, хвост, уши, все стройное и подтянутое было.
Папа покачал головой, явно не оценив моего порыва к развитию физической культуры у осла.
– Княгиня даже пила успокоительные капли! – шепнул он мне. – А Радов… Варя, мы поговорили с ними. И ты должна срочно явиться на ужин!
  
– Срочно? – удивилась я.
– Сначала пусть переоденется, – вдруг услышала я голос Елизаветы Константиновны, и настроение тут же рухнуло куда-то вниз.
Грымза собственной персоной выплыла мне навстречу.