Наследник (СИ)

— Неужто за вечер всё сладишь? — недоверчиво глянул на давно холодный агрегат старшина.
— Видно, придётся и чуток ночи прихватить, — бросив взгляд на запылённый автохлам, решил слегка набить себе цену кудесник, а затем глянул на потолок. — В гараже электролампы рабочие?
— Светом обеспечим, ещё и переноску притащим, не сомневайся, только работай. А для отдыха я тебе в караулке кровать застелю и горячий чай с сухарями обеспечу.
Когда поутру старшина пришёл принимать работу, то был поражён искусством мастера: Матвей не только отремонтировал старый кабриолет, но и натёр авто до блеска, чудесным способом убрав всю ржавчину и облупившуюся краску.
— Сияет, аки начищенный медный самовар! — не мог налюбоваться на оживший раритет старшина. — Теперь только краску хорошую добыть, и командиру можно на «железном коне» перед строем на параде раскатывать.
— Без замены слабых деталей, долго автомобильчик не прослужит, — покачал головой мастер.
— В понедельник съездим в город, краску раздобудем и на завод заглянем. Айда сейчас в столовую, а после завтрака подкатим новенькую тачанку к штабу, пусть комбат оценит работу.
Взводы новобранцев пешим строем и с песней отправились на стрельбище, а Матвей в качестве шофёра погнал автомобиль к крыльцу штаба. Довольный старшина бегом кинулся доложить командиру о чудесном воскрешении давно издохшего автораритета. Из здания вышла на крыльцо приёмная комиссия: майор Богданов и капитан НКВД из особого отдела полка Мухин.
— До полигона хоть доедем на ожившем «керогазе»? — прислушиваясь к работе чихающего мотора, с подозрением глянул на ободранные бока старой «железной клячи» комбат.
— Так точно, товарищ майор, — в струнку вытянулся возле дверей автомобиля рослый шофёр с идеальной воинской выправкой.
— А сообщали, что парагвайский доброволец умеет только морды классно бить, — обернувшись к особисту, усмехнулся комбат.
— Выяснить все скрытые таланты новобранца — наша задача, — буравя подозрительного иностранца острым взором, сурово изрёк капитан НКВД. — Сейчас проверим на стрельбище, как обучают южноамериканских кадетов обращению с винтовкой.
— Ну что, заморский боец, Матвей Ермолаев, хорошо умеешь из русской «Мосинки» стрелять? — спускаясь по ступенькам с крыльца, с дружеской улыбкой осведомился у новобранца комбат.
— А я, товарищи командиры, обучен из всего стрелять, — улыбнулся в ответ Матвей. — Разве что, из пушки пока палить не пробовал. Да и то, дайте только срок, — обучусь.
— От скромности ты, казак, не умрёшь, — рассмеялся комбат.
Уже у дверей автомобиля к особисту подбежал запыхавшийся боец из узла связи и вручил запечатанный конверт. Капитан торопливо вскрыл пакет и, прочитав расшифровку радиограммы, ещё больше посуровел. Отпустив посыльного, ледяным тоном обратился к комбату:
— Товарищ майор, прошу сократить время стрелковой подготовки новобранцев, с тем, чтобы в полдень построить батальон на парадном плацу. Ожидается важное правительственное сообщение по радио.
— Когда началось? — сразу всё поняв, согнал улыбку с губ комбат.
— В четыре часа по московскому времени, — сквозь сжатые зубы, тихо процедил особист и зло покосился на молодцеватого добровольца: — Парагвайцы верно угадали, жаль только поздно предупредили, союзнички.
— Значит, теперь можно доверять… — не договорив до конца, тоже искоса глянул на Матвея комбат.
— Используй специалиста по полной, — махнув ладонью, закончил какой–то давешний разговор особист. — Только приставь к нему лейтёху военкоматовского, мне самому теперь не досуг за парагвайским контриком приглядывать.
Капитан быстрым шагом отправился в штаб полка, а комбат взмахом руки подозвал к машине стоявшего в сторонке старшину.
— Елизаров, поедешь со мной на стрельбище, возьмёшь под команду третий взвод, — приказал подбежавшему старшине комбат. — Чую, что толку от Гусева в подготовке бойцов не будет никакого, а тебе в финскую компанию уже доводилось взводом покомандовать.
— Так ведь на мне всё батальонное хозяйство, — послушно забираясь на заднее сиденье кабриолета, безрадостно напомнил старшина.
  
— А вот с хозяйственными вопросами бумажный комвзвода поможет уже тебе, — усевшись на переднее сидение, отмёл робкие возражения новоявленного замкомвзвода комбат. — Ещё я вам в помощь толкового сержанта дам — справитесь хором.
— Мне бы ещё и башковитого кадета в помощники определить бы, — уже трясясь на дорожных ухабах, продолжал клянчить опытный старшина.
— Под рукой в твоём взводе будет, — обнадёжил капитан и с подозрением воззрился на парагвайского шпиона. — Елизаров, а ты нашему кадету разве дорогу к стрельбищу показывал?
— Нетрудно догадаться, товарищ майор, — повернув голову, улыбнулся иностранец. — Дорог немного, а на этой с утра сотни солдатских сапог пыль поднимали: отпечатков подошв полно, да и свежая пыль толстым слоем лежит на придорожной траве справа.
— Я так понимаю, что пыль, лежащая слева, тебя бы не устроила? — с прищуром разглядывал следопыта комбат.
— С утра дует устойчивый ветерок с юга, — глянул в зеркало заднего вида на шлейф пыли позади автомобиля шофёр.
Конечно, Матвею не требовалось разгадывать следы на дороге, он колдовским взором мог контролировать пространство до горизонта, а крупные гравитационные аномалии от скопления металла даже дальше. Живые объекты чародей тоже умел обнаруживать на большом расстоянии, но только, если они были в движении. Однако выказывать на людях свои возможности не хотелось бы, потому и следовало прибегать к правдоподобным объяснениям.
— Настоящий индеец, — похвалил парагвайца комбат. — Сколько лет военной подготовкой занимаешься?
— Казаки сизмальства к войне готовятся, — ответил Матвей.
— В кадетском училище командные должности занимал?
— Несколько лет командовал учебным взводом.
— Ну, на взвод я тебя не поставлю, а вот отделение под руку, пожалуй, дам, — разглядывая уверенного в себе казака, решил комбат. — Мастерством рукопашного боя ты НКВДшников уже удивил, поглядим теперь, как метко стреляют парагвайские шпионы. Если впечатлишь, то из рядового красноармейца сразу в ефрейторы произведу.
— Вообще–то, товарищ майор, стрелковым отделением в РККА положено командовать сержанту, — показал знание воинского устава парагваец.
— Кадет, ты сначала результат покажи — подготовь отделение, чтобы не хуже других было, — поставил задачу командир и сразу усложнил: — Я тебе самых негожих отберу, которые и в рукопашке слабаки, и в стрельбе мазилы.
— Я слышал, что в наш батальон мобилизованы исключительно одни молодые спортсмены, — проявил осведомлённость Матвей. — Все парни проходили подготовительные военные курсы, их даже на один день в неделю освобождали от учёбы или работы.
— Не всем, видно, впрок учёба пошла, — отмахнувшись, недовольно поморщился комбат. — Да и было–то тех занятий не больше семи. Поздно готовить молодёжь кинулись. Кто сам раньше курсы ОСОАВИАХИМа проходил, те ещё успели вершков нахвататься, только не у каждого такая возможность имелась, да и желание было не у всех.
— Товарищ майор, сколько у нас времени на подготовку до отправки на фронт?
— Железнодорожные составы с дальневосточными воинскими частями ещё неделю до мест новой дислокации будут добираться, — прикинул в уме дальний путь комбат. — Столько же времени уйдёт на обратный путь, а то и дольше, в условиях военного времени и с учётом загрузки отправляемого в тыл ценного имущества и эвакуируемого персонала. Так что на полтора десятка дней, кадет, можешь смело рассчитывать. Однако первые обнадёживающие результаты я от тебя буду ждать через первый десяток дней, чтобы, если дело завалишь, осталось время огрехи подготовки исправить.
— Чем сможете вооружить моё отделение? Сколько автоматов дадите? Ещё по штатному вооружения пулемёт положен, — сразу стал задирать планку Матвей.
— Автоматов нет, — отрезал комбат. — Хорошего пулемётчика за неделю из профанов не подготовишь, да и не на каждое отделение у нас пулемёты имеются. Так что могу дать лишь парагвайское противотанковое ружьё. Надеюсь, кадетов в училище учили стрельбе из этой убойной штуки?