Пыль на губах (СИ)

- Ваши достижения несомненны, господин, - Фемия склонила голову.
- Да, - Мардегор улыбнулся. - Да. Я организовал поставки фиолетовой пыли. Я обучил тысячи волшебников для Астарии. Я даже придумал это название - сайрон! Как же несправедливо! Я давно должен возглавлять величайшее государство людей.
- Рыцари Единого мешали вам, мой господин. Теперь, когда астартор не способен управлять, ни что не мешает вам прийти к власти.
- Я тебе не говорил, но род астартора происходит от рыцарей Единого, хоть ни одна из династийных книг и не упоминает этого. Но кровь рыцарей дает им защиту от моей силы. Это так противно! Почему сайроновая магия не действует на рыцарей! Почему Создатель так защищает их?
- Род астартора никогда не служил Единому и не владеет их магией. Защиту от сайроновой магии они воспринимают всего лишь как доказательство своей власти. Настоящих рыцарей больше нет, мой господин.
Мардегор поморщился. - Один уцелел.
- Один кто? - Фемия следила за лицом лорда, опасаясь вспышки гнева за её недогадливость.
- Рыцарь Единого. Последний из их поганого рода. Спрятали его от меня!
Фемия вздрогнула. Она с детства слышала множество ужасных историй о бесчинствах рыцарей над теми, кто вкушал сайрон. Она была уверена, что Мардегор истребил последних много лет назад. - Он может помешать вашим планам, господин?
Мардегор расхохотался. - Нет! Это просто мальчишка. Его сила велика, но он не обучен. Я избавлюсь от него. В ближайшее время.
- А что делать мне, господин?
- Я устал ждать, Фемия. Вдруг опять из ниоткуда вылезет какой рыцарь Единого и бросит мне вызов. Пришла пора брать власть в Астарии в свои руки.
- Но не все еще готово, мой господин! - вскрикнула Фемия и сжалась. Она надеялась, что лорд не сможет прочитать пронесшуюся у нее в голове мысль: "Я не успела еще спрятать Ланту куда-нибудь подальше!"
- Да. И это раздражает! Слушай мой новый приказ. Из-за попытки убийства астартора, его дочь должна находиться в своей комнате. Ей запрещено покидать дворец без твоего разрешения.
- Но для чего это? - спросила Фемия. "Неужели он все-таки прочел мои мысли? Ужасный сайрон! Где пределы его возможностей?"
Мардегор не ответил на вопрос. Плохо скрываемый гнев исказил его брови. - Я надеюсь, что ты не подведешь своего отца?
- Нет, - поспешила заверить лорда астартесса.
- Я горжусь тобой, доченька. - Лорд улыбнулся и подошел к ней. Губы Мардегора, покрытые сайроном, коснулись её лба. Фемия с тоской подумала, что теперь придется прятать пятна на лбу под челкой. - Ты можешь идти.
Фемия молча поклонилась.
- Опять?!
Сердце забилось чаще, щеки начали гореть от прилившей крови. Ланта вскочила со своего места в тронном зале и выбежала на середину, встав перед тронами матери и отца.
Большинство присутствующих тут же начали перешептываться. В основном на совет пришли сантарии различных ведомств и родня Ланты. Присутствовала здесь и Лахесия - Великая сантария, второй человек в государстве и жена минтала Иолара. Эта строгая худощавая женщина с сухой кожей и острым подбородком вскинула брови, наблюдая за Лантой.
Ланта сглотнула комок в горле и сжала кулаки. Нужно было оставаться решительной до конца. Ланта вздохнула и выпалила: - Мама... Астартесса. Мне всегда запрещали свободно ходить по дворцу в детстве. Я согласна, ребенок беззащитен. Но почему вы продолжаете делать это сейчас? Тем более для чего запирать меня в комнате?! Позвольте мне хотя бы ходить в лабораторию и в обсерваторию.
- Где ты останешься одна? - Фемия наклонилась вперед и уперлась руками в подлокотники трона. - Мы все делаем ради твоей безопасности, доченька. Не нужно из-за этого срывать заседание Совета.
Ланта поджала губы, вскинула голову и твердым чеканным шагом вернулась к своему месту.
Присутствующий на совете Мардегор улыбнулся в кулак. Он наблюдал за каждым движением Ланты. Рыжие волнистые волосы были собраны в несколько кос, перевитых между собой, а боковые пряди девушка опустила себе на плечи. Её огненные волосы и бледная кожа прекрасно гармонировали с темно-сливовым платьем со скромным треугольным вырезом, отороченным желтой вышивкой и узкими рукавами. Платье Ланта дополнила поясом из золоченных пластин и тонкими бархатными перчатками в цвет платья. Мардегор причмокнул и откинулся на спинку кресла.
 
Ланта сидела с подчеркнуто ровной спиной и старалась не обращать внимания на перешептывания вокруг.
Со своего места встал плотный низкорослый мужчина с короткими рыжими волосами. Он обратился к астартору. - Я считаю, ты не прав, брат. Нет нужды запирать мою племянницу в клетку. На тебя совершали десятки покушений. Лантарии же еще ни разу никто не угрожал.
Лахесия покачала головой. - Разговаривать в таком тоне с астартором просто преступно, - её скрипучий голос заставил минтала замолчать. - Если бы не самочувствие астартора, Кетомедон, тебя бы выгнали с заседания совета.
Астартесса кивнула. - Давайте не будем разводить здесь полемику, минтал, - Фемия сдвинула брови. - Таково желание моего царственного супруга. Так? - она повернула голову в сторону мужа.
Астартор медленно закрыл и открыл глаза. Это можно было толковать любым способом.
Кетомедон пожал плечами и сел на место.
- Мы и так уделили этому малозначительному вопросу слишком много внимания, - подала голос Лахесия. - Давайте перейдем к обсуждению расследования покушения.
Лантарию провожали в комнату двое вооруженных слуг, когда дорогу им преградил Мардегор. Его крупная широкоплечая фигура, хищно изогнутые вверх брови и черные всклоченные волосы придавали лорду вид древнего демона.
Ланта замерла, а потом сделала шаг назад. Лорд Мардегор был редким гостем во дворце, но каждый его визит Ланта старалась быть где-нибудь подальше. От него веяло какой-то силой, странной и пугающей.
- Примите мои соболезнования в связи с произошедшей ситуацией, ваше высочество, - Мардегор чуть склонил голову набок.
Ланта подняла подбородок выше и быстро кивнула, прикрыв глаза.
- Ей не нужны твои соболезнования, старый хрыч, - раздался голос Кетомедона из-за спины минталенты. - Иди куда шел.
- Ваш дядя обладает потрясающей способностью грубить людям, - Мардегор улыбнулся Ланте.
Мурашки побежали по спине девушки. Лорд улыбался, но при этом его холодные голубые глаза потемнели, словно он только что принял сайрон. Ланта выдавила из себя ответную улыбку. - Я тороплюсь в свою комнату по приказу матери. Простите, лорд.
Мардегор кивнул, уголок его верхней губы приподнялся, обнажая потрескавшиеся зубы с черным нутром. Он кивнул Ланте и Кетомедону, а затем степенно удалился в свою комнату.
Ланта передернула плечами и обернулась к Кетомедону. Тот что-то прошептал вслед Мардегору и взял племянницу за руку.
- Ну зачем мама поступила так со мной, дядя Кето?
- Она любит тебя, Ланточка. Пойми, после того как твой отец стал таким...
- Покушения тут не при чем! Отец просто заболел.
- Боюсь, что нет, солнышко. - Кето часто называл своих племянниц солнышками. - Ты умная девочка, должна понять, что раз ни один лекарь не смог ему помочь, значит, тут замешано колдовство.
- Но наш род не подвластен магии сайрона.
- Род то наш защищен, но от всего ли? Какое колдовство есть в нашем мире, помимо силы сайрона? И каковы пределы возможностей самой фиолетовой пыли?
- Мне просто нужен доступ к лаборатории. Вдруг я смогу найти лекарство. - Ланта не смогла скрыть улыбки. Она не умела врать. Уже было столько попыток создать лекарство, и девушка понимала, что вряд ли преуспеет в этом.
- Прости, солнышко. Я не могу ослушаться приказа твой матери. Но я постараюсь доставить в твою комнату часть алхимических инструментов.
Ланта опустила голову и кивнула. - Мне стоило попытаться.
- Не грусти, Ланточка, - Кето потрепал её по плечу. - Несколько дней, а потом сердце твоей матери успокоиться, и она выпустит тебя.