Кровь Геркулеса

 
Жасмин Мас
 
Кровь Геркулеса
 
Роман
 
Jasmine Mas. Blood of Hercules
 
© Jasmine Mas 2024
 
© Старостина Анастасия, перевод, 2025
 
© ООО «Издательство АСТ», 2025
 
 
Предупреждение
 
Это история о темной романтике и одержимости.
   
Пожалуйста, обратите внимание, что книга содержит темы, которые могут вызвать отторжение у некоторых читателей. В книге встречаются сцены насилия, убийства, преследования, суицидальные мысли, буллинг и предательство. Полный список можно найти на сайте автора: jasminemasbooks.com. История развивается медленно и включает в себя откровенные эпизоды. Пожалуйста, берегите себя.
 
Иногда становиться героем больно – невообразимо больно.
 
Будьте осторожнее.
 
Посвящаю свою книгу всем девушкам, которым нравятся неоднозначные персонажи, и кто визжал от восторга, впервые услышав фразу «Кто посмел сотворить с тобой такое?».
 
Эта книга для вас.
 
 
12 домов Спарты
 
ОЛИМПИЙСКИЕ ДОМА
ДОМ ЗЕВСА.
ДОМ ГЕРЫ.
ДОМ АФИНЫ.
ДОМ ГЕРМЕСА.
ДОМ ПОСЕЙДОНА.
ДОМ ДЕМЕТРЫ.
ДОМ АПОЛЛОНА.
ДОМ ДИОНИСА.
ХТОНИЧЕСКИЕ ДОМА
ДОМ АРЕСА.
ДОМ АИДА.
ДОМ АРТЕМИДЫ.
ДОМ АФРОДИТЫ.
 
Всезнающая
 
Fides est periculosa ludum.
 
Вера – опасная игра.
 
Она до самого конца не знала,
 
кто причиняет ей боль.
 
Судьба
Облаченная в длинную тогу, я неподвижно сидела в позе лотоса посреди поля. Вокруг лежали камни из Дельф.
Я начала коллекционировать их еще в детстве. Тысячи лет назад.
Мои ладони раскрыты и расслаблены.
Голова запрокинута.
Трубка зажата в зубах.
Я вдохнула дым благовоний, и боль распространилась по телу пульсацией, стоило активировать свой дар.
Мысли заполнили узоры, числа и вероятности – слишком многочисленные, чтобы в них разобраться.
Путь существования был лишь случайностью, а случайность – круговоротом событий.
Жгучие ощущения сливались в агонию, но я продолжала вдыхать дым, сдерживая натиск.
Бессмысленные образы сплетались в таинственные слова.
Они говорили со мной:
Пропавшее дитя изменит то, что было,
Цепью судьбы связав себя с бойцами смерти;
Или Титанов род захватит землю,
И мир погрязнет в пламени войны.
Я распахнула глаза.
Мрачные предзнаменования отзывались горечью на языке, и пути вероятностей разбегались по костному мозгу во всем моем древнем теле.
Спартанский дар в моей крови требовал действий, а я никогда не избегала неприятного выбора. Поэтому я выжила, а мои соплеменники погибли.
Будущее балансировало передо мной на острой грани: апокалипсис и мир были двумя сторонами одной медали.
И выпасть могла любая из них.
Нужно было действовать. В конце концов, nullum magnum ingenium sine mixtura dementiae fuit.
Не бывало великого ума без примеси безумия.
Тяжело вдыхая дым и превозмогая боль в суставах, я поднялась на ноги и спотыкаясь побежала через поле, во дворец, где меня встретил длинный устланный белым мрамором холл.
Фиолетовые глаза и белые волосы отражались в висящих на стенах зеркалах, когда я проходила мимо.
Добравшись до двери из оникса, ведущей во внутренние комнаты, я толкнула ее, даже не постучавшись. Створки распахнулись.
Члены Федерации стояли на большой арене за золотыми трибунами и спорили.
Все разом повернулись ко мне.
Громыхнуло.
Все пали на колени.
Вынув трубку изо рта, я взмахнула ею в воздухе.
– Закон о замужестве, от которого мы отказались, нужно принять. Сегодня же, – прохрипела я. – Утвердить двадцать шесть лет как возраст обязательного вступления в брак.
Комната заполнилась негодующими голосами.
– Но речь шла о столетии! – прокричал кто-то. – Двадцать шесть – слишком молодой возраст для выбора единственного супруга на всю бессмертную жизнь!
Я подняла руку в воздух. Все замолчали. Сразу же.
– Это еще не все, – продолжала я. – Харон и Август должны стать профессорами в Горниле этого года.
Все недоуменно потупились.
– Зачем? – спросил Зевс, прищурившись. Преклонив колено, он стоял у трибуны в центре комнаты. Молнии сновали по его коже.
Я посмотрела на него, изогнув бровь.
– Ты сомневаешься в моих способностях, мальчик?
– Конечно нет, – склонил голову он. – Прошу, простите мое неуважительное поведение. Я лишь поддался любопытству.
– Зря.
Повисла тишина.
Один за другим главы Домов склонялись в глубоком поклоне – их лбы прижимались к красному мраморному полу.
Медленным шагом я двинулась по длинным ведущим к центру арены ступеням, покрытым черным ковром.
Подойдя к трибуне, я взяла ножницы и потянулась к корзине, в которой хранились все непринятые законы, обвязанные красной лентой.
Щелкнула ножницами.
Лента соскользнула на пол.
Свиток раскрылся, являя миру заглавие, выведенное черными чернилами: «Закон о браке».
– Одобри его, – приказала я и, протягивая свиток, склонилась к Зевсу, все еще стоявшему на коленях. – Одобри его сейчас же. Измени возраст вступления в брак и назначь двух новых профессоров.
Молнии побежали по бумаге, стоило Зевсу прикоснуться к свитку, и он тут же снова склонил голову.
Я развернулась.
Медленно проковыляла вниз по ступеням мимо стоявших по двум сторонам бессмертных существ.
Я фыркнула, глядя, как они съеживаются одно за другим. Кронос, видел бы ты, во что превратилась твоя империя… Спартанцы стали слишком слабы.
В отличие от глав Домов, мое слово было непреложным.
Я была единственной, кто стоял между возвышением и падением Спарты.
Кронос, спаси всех нас.
 
Великая война
 
История слагалась неспешно.
Государство Спарта было образовано за бессчетное множество веков до рождения человечества, раскинувшись на тысячах островов архипелага, который занимал территорию современной Греции.
Населяла Спарту сотня бессмертных Спартанцев, их животные-покровители и местные существа. «Существами» Спартанцы называли все расы цивилизованных людей – не Спартанцев, – обладающих необычными способностями.
Тихую и размеренную жизнь вели бессмертные граждане Спарты, управляемые олигархией.
Не знали они ни конфликтов, ни жадности, ни зависти.
И жизнь их была мирной.
Затем появились люди.
Человечество сразу же прониклось благоговением к бессмертным.
  
Спарта научила их искусству, земледелию и управлению государством.
Поклоняться им начали люди.
И так стали Спартанцы богами человечества.
Шли столетия. Наслаждаясь богатством и статусом богов, Спартанцы вместе с людьми переселились на территорию современной Италии.
Зародилась Римская империя.
Но нельзя было недооценивать опасность человечества.
Численность смертных росла.
Спарта же не могла похвастаться схожей плодовитостью: их всегда оставалось около сотни.
Затем обнаружили люди, что и Спартанцам не было чуждо подобие смерти – нужно было лишь разрубить их тела на мелкие кусочки и разбросать по миру или довести Спартанца до комы голодом и пытками.