Испорченная кровь (ЛП)

- Звучит заманчиво, - говорит он, возвращаясь ко мне. - Учитывая, что завтра, возможно, мой последний день на этой земле, чашка некачественного кофе с фильтром - идеальный способ отпраздновать.
Первые пятьдесят футов - это урок неловкости. Даже светская беседа кажется неловкой в нашей компании.
- Как там Лола? - Спрашиваю я, когда мы доходим до угла квартала.
- В состоянии постоянной тошноты. Его телефон подает звуковой сигнал, и он смотрит на сообщение. - Ее новый лучший друг - унитаз, за которым следуют корень имбиря и ромашковый чай.
  
Я не могу удержаться от улыбки при этом. - Моя Máma сказала, что она была такой же, когда была беременна мной. Она клянется, что это наследственное, так что я в полной заднице.
Он снова замолкает. Я забредаю на поле, усеянное фугасами, а он готовится к попаданию шрапнели.
- Ты хочешь детей, Санти? Тихо спрашиваю я
- Я думал, что в какой-то момент они всегда будут частью моего будущего, - говорит он, глядя прямо перед собой. - Например, эректильная дисфункция, плохое пищеварение и дома престарелых.
Я расхохотался.
- Ты? - спрашивает он.
- Определенно, - говорю я, удивляя саму себя.
По правде говоря, я никогда по-настоящему не задумывался об этом раньше, но в этой ясной теплой ночи есть что-то особенное. Даже огни Нью-Йорка не могут помешать сиянию звезд, и это вызывает у меня желание нарушить все правила и выболтать секреты.
Закусочная маленькая и многолюдная, но мы находим синюю кожаную кабинку в конце ряда.
Я наблюдаю, как он садится и вытягивает руку вдоль спинки своего сиденья, одновременно завладевая пространством и моим вниманием.
Официантка вручает нам два липких меню и исчезает.
Санти ставит свой на стол и оглядывает закусочную, постоянно проверяя и оценивая, пока не входят ЭрДжей и Рокко. Они занимают позицию у стойки, под телевизором, по которому показывают повтор классического бейсбольного матча. Когда я перевожу взгляд обратно на Санти, он смотрит прямо на меня.
Я краснею и опускаю глаза в меню, понимая, что во всей этой истории с разговорами в отношениях есть сбой. Мы больше не занимаемся "светской" беседой, но, по моему ощущению, мы и близко не подошли к грязным разговорам. Мы застряли посередине, в местечке под названием фамильярность, на дорогах которого огромные черные выбоины.
- Ты голоден? - спросила я
- Не совсем.
- Тогда два дерьмовых кофе.
Я смотрю, как он поднимает руку, приветствуя нашу официантку. Мы сидим прямо под прожектором, и я вижу темные круги у него под глазами, когда он поворачивается, чтобы передать ей наш заказ.
- Как Legado? - Спрашиваю я, как только она исчезает.
- Идет ко дну, как корабль в шторм. Он проводит рукой по волосам и морщится. - Любой, кто говорит вам, что не существует такой вещи, как плохая реклама, гребаный лжец. У них явно никогда не было двух массовых расстрелов и похищения на их территории… Но хватит о моем бизнесе, я хочу услышать о твоем. Расскажи мне о IFDF. Я поискал аббревиатуру в Интернете и оказался на порносайте.
Я снова не могу удержаться от смеха. - Это расшифровывается как Международная федерация свободы и достоинства. Это частная неправительственная организация с проектами по всему миру. Их главный офис находится здесь, в Нью-Йорке.
- Как они действуют?
- Ты действительно хочешь знать или просто ведешь вежливую беседу?
- Я босс картеля, Талия, - говорит он, приподнимая бровь. - Для меня разговоры - это не вежливость, это неизбежное зло. Но с моей женой они необходимы, а иногда и доставляют удовольствие. Пожалуйста, продолжай.
- Они получают финансирование от доноров, таких как USAID, агентства ООН и другие частные фонды с высокой прибылью.
- С какими делами ты справляешься? Кому ты помогаешь?
- В основном жертвы торговли людьми против секса и сексуальной эксплуатации, торговли людьми и современного рабства. Проект, который мы только что представили, направлен на спасение и реабилитацию детей и молодых девушек в Западной Африке ... Я замолкаю, когда понимаю, что он снова смотрит на меня. - Черт, я тебе надоела?
- Ни в малейшей степени. Мне нравится слушать о том, чем ты занимаешься. Мне нравится слушать, как ты говоришь о чем угодно, кроме гребаной погоды, если честно. Это один из законных побочных бизнесов сенатора? Если да, то мило с его стороны выручить дочь своего босса .
- Сенатор Сандерс - один из членов-основателей, да, но я просила только переступить порог, - выдавливаю я, задетая его намеком. - Мне все еще нужно было пройти весь процесс собеседования, и я начинаю как координатор проекта ...
Именно тогда я понимаю, что он ухмыляется мне.
Ублюдок. 
- Прекрати заводить меня, Каррера! Я кричу.
- Но это так легко сделать, Каррера, - растягивает слова он в ответ.
Я собираюсь ударить его по руке, но каким-то образом наши пальцы переплетаются, и мы падаем обратно на стол вместе, как одно целое. В это же время появляется официантка с нашими чашками кофе. Она ставит их рядом с нашими руками и как бы подмигивает мне.
- Я не собираюсь говорить: ‘Я скучаю по тебе", потому что это против правил, - говорит он, пододвигая к себе кофейную чашку и выливая половину содержимого на блюдце.
- Я тоже по тебе скучаю, - тихо говорю я, все равно делая это, потому что меня сбивает с толку тепло его кожи, проникающее в мою.
Он подносит кофе ко рту и делает глоток, заставляя меня ждать как на иголках.
- Плохая девочка, - говорит он в конце концов, его темные глаза блестят. - Видишь, как я тебя развратил?
- Развращенная развращенным богом, - задумчиво размышляю я. - Как ты думаешь, осталась ли у меня хоть какая-то надежда?
- Вся надежда на свете, muñequita.
Проникновенный. Вот как звучит его голос. Как будто его душа полна мной и моими новыми амбициями, так же как и его собственными, и из-за этого она готова взорваться.
Его телефон снова пищит, освещая стол. Я наблюдаю, как он смотрит на него, а затем на ЭрДжей, которая слезает со своего барного стула и направляется к выходу.
- Все в порядке?
- Все в порядке, - успокаивает он.
- Не лги мне, Санти. Это Заккария?
Произнесение его имени вслух заставляет мой желудок сжаться. Днем я хорошо выздоравливаю, но по ночам меня по-прежнему терроризирует Il Re Nero. Неважно, сколько викодина я принимаю… Черный Король все еще умудряется бить кувалдой по моим напичканным лекарствами стенам.
Пальцы Санти сжимаются вокруг моих. - Мы раскрыли сеть Вильфора по торговле людьми в Восточной Европе, которая привела нас аж в США. Твой отец и его команда закрыли его.
- Но это же хорошо, правда?
- Да.
У меня замирает сердце. - Судя по выражению твоего лица, это было просто неудачное блюдо.
Он тяжело вздыхает. - Заккария потерял значительную сумму денег, когда мы разрушили его крепость в Италии. Грейсон убежден, что он использует другое из своих европейских поместий, чтобы возродить его.
Я в ужасе смотрю на него. - Dios mío. Санти, мы должны остановить его.
- И мы это сделаем. К сожалению, эта пизда последние десять лет скупала недвижимость по всему миру, используя разные псевдонимы и оффшорные счета. Поиск займет некоторое время ... Эй ... Скользя пальцем по моему подбородку, он приподнимает мою голову, чтобы встретить его яростное заверение. - Он не приблизится ни на тысячу футов ни к тебе, ни к Лоле, muñequita… Пока в моем теле еще есть дыхание. Ты меня слышишь?
- Я слышу тебя, - шепчу я. - Итак, что за дерьмовый десерт во всем этом?
  
- Ты уверена, что у тебя еще нет полной информации?
Я качаю головой.
- Он зол из-за перемирия, - говорит он, отпуская мой подбородок. - Зол на итальянцев, или на то, что от них осталось. Такой человек не может тушиться молча. Он устраивает шоу, заставляя Одессу наводнять наши улицы героином .
- Одесса? - Спрашиваю я, хмурясь.