По эту сторону. Дом с секретом и дверь в мечту. Часть вторая

– И как тебе не стыдно-то, а? Уши-то надо обрабатывать! Или отит себе устроишь или кровоизлияние в ухо! Распухнет ужасно, лечить потом придётся, воротник носить…
На каждое её слово у скандалиста и хулигана было несколько кошачьих ответов, развёрнутых и всеобъемлющих!
Шушана, которая выглянула из-за шкафа и попыталась уговорить кота вести себя прилично, только лапками развела.
  
– Это просто грубиян какой-то! Ничего-то он не хочет слушать!
В коридоре послышался шум, голос Насти, которая у кого-то что-то уточняла, а потом быстро затихла, дверь Таниного кабинета распахнулась и на пороге во всём блеске и красоте возникла Сшевил.
– Таня, ну что они у вас тут все такие… необучаемые! Всё время пытаются помешать делать то, что мне надо!
– Эээ… – Таня покосилась на коридор, где молча и неподвижно стояла Настя.
– Да ничего с ней не будет! Сейчас оклемается и пойдёт работать! Причём работать, а не в интернете сплетни про меня читать, – отмахнулась Сшевил, закрывая за собой дверь. – Мне Сокол сказал, что ты сегодня должна была договориться с этим своим знакомым по поводу моего змея.
– Да, я Артёму с утра позвонила. Он сегодня же готов приехать за изумрудным полозом.
– Вот и хорошо! А то мне срочно надо ехать – хочу Шшосу по дороге на гастроли немного показать эти земли. Так что вот мой полоз. А я перед тем, как ОКОНЧАТЕЛЬНО уезжать, – Сшевил выделила голосом слово «окончательно», – Его обязательно навещу, посмотрю, как за ним ссмотрят. Да не пугайся ты, я просто посмотрю, ничего такого делать не буду – должна же я быть уверена, что моему котику будет тут хорошо! – она нежно погладила изящную изумрудную голову полоза, передавая его Татьяне. – Его террариум в машине. Водитель ссейчасс занессёт.
И тут включился Тайсон… в течение двух минут он изощрённо, громко, отчётливо и очень грубо высказывал своё мнение о собравшихся, особенно проехавшись по новоприбывшей.
Шушана очень человеческим жестом приложила лапку к мордочке, Таня, которая дословно мявлик не понимала, конечно, но оскорбительно-угрожающие нотки узнала, взялась за лоб, а Сшевил очень-преочень душевно улыбнулась, блеснув золотой радужкой:
– Да что ты такое говоришь? Правда? Вот такая я и этакая? И мой полоссс – это червяк, которого ты разорвал бы на сто куссочков? Ну хорошо же, тогда ссслушай сссюда! – она стремительно шагнула к переноске, заглянув в кошачьи глаза, и Тайсон заткнулся, словно его выключили.
– Сшевил! Он – пациент! – заторопилась Таня. – Мне его хозяину вернуть надо!
– Уверена, что хозяин этому обрадуетссся? – Сшевил решительно открыла дверцу и Тайсон повис в её руках бессильной полосатой тушкой.
– Да, он… понимаешь, он его любит.
– Дикий человек! – констатировала змеица. – Ладно, раз ДАЖЕ таких любят, ссделаю ему подарок! Сслушшшай! – очень тихо прошипела она Тайсону. – Ссслушай и запоминай!
Костик и ответственный капитан полиции, выйдя из кабинета, машинально прислушались к происходящему у Тани…
– Тихо как-то! – пробормотал капитан.
– Да… может, она ухитрилась ему снотворное уколоть? – с превеликим сомнением предположил Костя. – Пойду посмотрю!
– Я с вами! – капитану приятная девушка, которая так ловко высвободила его из хватки припадочного кота, показалась вполне симпатичной, правда, было что-то тревожащее в том, что он никак не мог вспомнить, снимает она квартиру или нет? Как-то не фокусировалась на этом моменте память.
Костя покосился на клиентку и алабая, приехавших по записи, – в дверь клиники уверенно входила миниатюрная девушка, а за ней стеснительно проходила здоровенная собачища, постучался к Тане и открыл дверь.
Шок, это по-нашему! Именно это явление и настигло Константина с капитаном Филимоновым – Таня бестрепетно чистила уши коту, послушно сидящему на смотровом столе.
– Тань… ты его что, заколдовала? – cлабым голосом уточнил Костик, нервно переглядываясь с Филимоновым.
– Нет… он просто, оказывается, терпеть не может, когда к нему обращаются неуважительно, слабость у Тая такая – требует, чтобы его не унижали всякими ласкательными эпитетами.
Кот был вручён совершенно обалдевшему от счастья хозяину, только что не кланявшемуся в попытке выразить благодарность. Капитан добрался до заведующего и вдумчиво осматривал с ним клинику, стараясь найти, куда мог бы пробраться гипотетический злоумышленник. Костик напропалую кокетничал с чудесным алабаем, обнаруживая собачью лапищу в своей, стоило только чуть отвлечься.
А через два часа после обеда прибыл Артём Коростелёв, стремившийся к полозу, как на свидание к любимой!
– Какой прекрасный! Красавец просто. Тань, я лучшего не видел! – ворковал он над змеем. – Ты точно не хочешь его себе оставить?
– Точно, Тём, абсолютно!
– Я тебя не понимаю, конечно, но очень тебе благодарен! С каким, ты говорила, условием он отдаётся?
– Тебя навестит его хозяйка и посмотрит условия проживания полоза! – напомнила Таня в третий раз, сдерживая улыбку – что поделать с таким увлечённым типом!
– Да пусть хоть каждый день в гости ходит, – отмахнулся Артём, – Ну пошли к папочке, красавец ты мой!
Он не видел, как в тени за шкафом крупная, очень красивая и ухоженная – шерстинка к шерстинке, мышь, снова выразительным жестом приложила лапку к мордочке.
– Фуууух… – Таня едва выпроводила Артёма со змеем, капитана полиции с осторожным интересом к тому, снимает она квартиру или нет, и Костю с его изумлением и восхищением. Причём капитан, получив ответ на свой вопрос, щурился, морщился и явно тут же забыл, что именно ему ответили, а Костик был весь в собачьей шерсти, которую флегматично отряхивал.
– Хорошо же Крылана на беднягу капитана подействовала! – думала Татьяна, вручая коллеге липкую щётку для шерсти и выпроваживая его из кабинета.
Дальше всё было более-менее стабильно, приём, как приём.
– Ну, что? На сегодня странное общение закончилось? – оптимистично уточнила у пространства Таня, а выходя из клиники, получила ответ на свой вопрос:
– Таня! Танечка, это ты? – окликнул её высокий, безусловно привлекательный человек.
Она повернулась к абсолютно незнакомому мужчине, который с жадным интересом всматривался в её лицо.
– Да, я – Татьяна, – удивлённо откликнулась она.
– Доченька, здравствуй! Ты меня не узнаешь? Ну конечно… ты же была совсем маленькой, когда… мы расстались с твоей мамой, – выдал незнакомец.
Глава 40. Опрометчивость молодости и не только… 
Дмитрий Константинович Серебрянов первый раз женился опрометчиво… Ну, да, иллюзии молодости, романтическая влюблённость, стремительно переросшая в брак, короче, глупость несусветная!
Романтика из их отношений с первой женой испарилась быстро – как только та забеременела и начала увеличиваться в объёмах.
– И почему у женщин это всё так… неэстетично? – думал Димочка, приглядываясь к молодой жене, которая отчего-то уже ничем не напоминала хрупкую красавицу, пленившую его воображение.
Нет, упрекнуть Ирину в том, что она решила самолично завести ребёнка, он, как честный человек, никак не мог – он сам мечтал о детях и неоднократно говорил об этом жене. Так как признавать ошибки он умел, то уже к седьмому месяцу беременности Ирины сам себя ругал – вот куда он так торопился, а?
– Но кто ж знал, что это всё так… некрасиво? – тайком переживал Дмитрий.
К счастью, у него хватало выдержки Ире этого не демонстрировать, хотя эта выдержка объяснялась очень просто – он был железно уверен, что, выйдя из роддома, Ирина будет как новенькая – вот точно такая же, как когда он на ней женился.
– Потерпеть-то можно, это ж временно! – уверял он себя.
  
Узрев жену после родов, он расстроился – выглядела она как-то не очень… но, поспрашивав коллег, немного утешился, когда ему объяснили, что это бывает, ничего, оклемается.
Но Ирина и не думала оклёмываться и радовать супруга прежней красотой и изяществом, напротив, она словно специально начала набирать вес, оправдываясь тем, что кормит маленькую Таню грудью.