Бывшие. Верну тебя (СИ)

Марья глубоко гражданский человек, ей чуждо многое из того, что для меня считается нормой. Если сестра будет вникать в особенности моей работы, то будет лишь хуже. Она изведется сама, накрутит Демьяна, и моей спокойной службе придет конец.
Такие, как я, должны оставаться в тени и это непреложный факт. В конце концов, приказы руководства не обсуждаются.
— Поздно, — заявляет, хихикая. — Ты уже звезда!
  
Звездец…
Делаю глубокий вдох и ме-е-едленно выдыхаю.
— Пришли мне местные паблики, где опубликовали видео, — прошу, понимая, что у меня нет иного варианта.
Придется связываться с владельцем каждого из каналов и просить убрать пост, иначе утром я получу по шапке. Вместо публичной славы и признания меня будет ждать публичная порка и дежурство вне графика.
Спасибо, но такого счастья мне не нужно.
— Хочешь почитать комментарии? — снова интересуется.
— Ага, — отвечаю, решая не разрушать легенду. Марья беременна, ей не нужно ни волноваться, ни переживать. — Так пришлешь?
— Конечно! — заверяет. — Лови.
Попрощавшись с сестрой, завершаю вызов и захожу в переписку, а затем…
Я тихо охреневаю от присланных Марьей постов, от подачи, от комментариев и от реакции людей на спасение. Почему-то бОльшая часть пишет, что Ева сама виновата в падении.
Ни один не написал про сломанный мост.
Хмыкая, качаю головой и начинаю искать возможности связи с администратором каждого из каналов, где размещен пост.
С головой уйдя в работу, не сразу понимаю, сколько у меня занимает переписка и подчищение контента. Когда добираюсь до последней из присланных Марьей ссылок, то ненароком бросаю взгляд на время и охреневаю.
Два пятнадцать ночи. Спать осталось четыре часа.
Твою ж мать!
Доделав дело, ложусь на кровать и мгновенно отключаюсь. Мне снятся странные, тревожные сны, но я к утру ни одного из них не помню.
Просыпаюсь вместе с будильником. Открываю глаза, вырубаю настойчиво играющую трель и понимаю, что у меня паршивое настроение. Как ни стараюсь, ничего не могу с собой поделать.
Такое впечатление, будто надвигается нечто плохое. Оно неотвратимо и мне останется его лишь принять.
Собравшись на работу, заскакиваю за Марьей. Везу ее домой и, завернув во двор, едва не врезаюсь в припаркованную тачку.
— Ты чего? — удивленно ахает Марья. Она не ожидала от меня подобной реакции.
Да что она! Я сам от себя такого не ожидал.
— Задумался, — отмахиваюсь. Останавливаю авто прямо напротив подъезда, выпускаю сестру и, сдав чуть назад, блокирую выезд Петрову.
Выхожу из машины, подхожу к тачке друга и что есть мочи ударяю ногой по колесу.
Тишину двора разрезает звук сработавшей сигнализации.
  
Глава 12
 
Ева
 
— Сереж, ты долго ещё? Твоя машина орёт на весь двор, — сообщает Карина, стуча в дверь ванной комнаты, где моется Петров.
Уже начало восьмого, нам выезжать на работу через час, но, поскольку, Каринке нужно в общагу, придется стартовать через тридцать минут. Никому из нас нельзя опаздывать.
— Что случилось? — до моего слуха доносится приглушенный голос друга.
— Не знаю, — признается девушка. — Ничего не видно.
— Понял, — прилетает короткое. Слышу, как меняется шум воды. — Выйду через минуту. Сама не суйся.
— Не суюсь, — недовольно бурчит Каринка и возвращается ко мне. — Что там? — интересуясь, выглядывает во двор, но за кустами ничего разглядеть не может.
— Сейчас посмотрим, — говорю ей. — Слушай, ты не могла бы принести мой телефон? Будильник звонит уже минуты две, а я никак не могу отойти от плиты.
— Без проблем, — соглашается девушка и выскакивает из кухни.
В отличие от Карины, я знаю, куда и как смотреть, чтобы был хороший обзор. Поэтому подхожу к окну, выглядываю и вижу машину со сработанной сигнализацией.
Присматриваюсь.
Повреждений не видно, на первый взгляд все в порядке. Даже движения рядом с авто нет. Может быть кошка прыгнула на капот, а у Петрова слишком чувствительная сигнализация, вот и сработала. Я слышала про подобные случаи.
Убедившись, что рядом действительно никого, беру лежащие на столешнице ключи от авто, подношу к стеклу и выключаю сигнализацию. Еще раз присматриваюсь.
Никого и ничего.
Возвращаюсь к плите, помешиваю готовящиеся на сковороде овощи и разбиваю сверху на них яйца.
— Держи, — протягивает мой смартфон. — Будильник, конечно, у тебя убойный, — хихикает.
— А это чтобы наверняка, — подмигиваю своей гостье.
Она первым делом лезет к окну и проверяет как там авто. Не дает оно ей покоя.
— Карин, пусть Сережа спокойно моется. Я выключила сигнализацию, — говорю девушке.
— Опять орёт, — сообщает, спрыгивая с подоконника. — Ее какой-то мужик пнул.
— Странно, — задумчиво выдыхаю, но не спешу отходить от плиты. Мне нужно доготовить еду.
Сколько раз Коновалов ставил свое авто туда, и ему ничего не было. Насколько мне известно, у нас во дворе нет «застолбленных» мест.
— Я дома! Привет! — из коридора раздается бодрый голос Марьи, слышится хлопок при закрытии входной двери. Я тут же забываю обо всех своих домыслах и спешу к подруге. Это редкость, когда она заезжает ко мне.
Последнее время Марьюша живёт у Демьяна, он приставил к ней охрану и никуда не желает отпускать. Демидов помешался на безопасности своей будущей жены, а она ему в этом покатает.
— Какие люди, — произношу, добродушно раскрывая объятия. — Не ожидала тебя так рано увидеть, — признаюсь и тут же киваю в сторону кухни. — Будешь чай?
— Не успеваю, — взглянув на часы, признается подруга. — Я ж не одна, мне нужно быстро переодеться и спешить в офис. Сегодня у Аверченко важные гости, мне нужно их встретить, — тараторит, собираясь. — Если задержусь, то Петя на куски порвёт.
При звуке имени её брата сердце на миг останавливается, и мне приходится силой заставить его биться снова.
— Кстати, — упирая руки в бока, Марья вдруг останавливается и с прищуром смотрит на меня. — А ты почему до сих пор дома? Неужели думаешь, что тебе разрешат опоздать в первый рабочий день?
— Она не опоздает, — сообщает Петров. Он как раз вышел из душа и подошел к нам.
— Сергей? — удивленно смотрит на него. Затем переводит ошалевший взгляд на меня, и на ее лице застывает нечитаемое выражение.
Обнаженный торс Петрова вводит меня в ступор. Кубики на животе так и манят, требуют, чтобы я внимательно изучила каждый из них.
Все-таки тела у парней из отряда просто вау! Сплошной секс и тестостерон.
— Что я здесь делаю? — спрашивает с игривой ухмылкой, наблюдая за реакцией Марьи и вопросительно выгибает бровь.
Она шумно сглатывает и отводит в сторону глаза. Все-таки смотреть на накачанное спортивное мужское тело не так уж легко. А когда по нему еще катятся капельки воды после душа…
Просто нет слов.
— Мы ночевали у Евы! — заскакивая со спины на брата, воодушевленно заявляет Каринка. Она треплет Сергея по мокрым волосам, запуская тысячи брызг. — Блин, Серег, тебя вытирать голову не учили? — отряхивает мокрую руку.
Смеемся.
Во дворе нещадно орет сигнализация машины Петрова. Он косит в сторону окна недовольный взгляд.
— Пойду, проверю, — сообщает, удаляясь в ванную комнату с вещами. Все-таки выходить на улицу полуобнаженным не лучший вариант.
— Сережа, я тоже уже иду, — сообщает Марья. — Тебе лифт подержать?
— Да! — доносится приглушенное из-за закрытой двери.
— Давай я тебе хоть с собой чай налью, — предлагаю подруге, мне не терпится ее накормить.
Марья в положении, у нее срок не больший и может снова начаться тошнота. Врачи рекомендовали кушать часто и небольшими порциями, тогда легче перенести токсикоз.
  
— Не нужно, — заверяет. — Я уже поела. Демьян накормил.
— Ох, уж этот Демьян, — хихикаю.
Марья краснеет и отводит в сторону взгляд.
— Ладно, мне пора, — берется за ручку двери. — Петя ругаться будет, если задержусь еще хоть на минуту.