Охотник на богов. Том 2

Блондин обхлопал всю мою одежду, попросил снять ботинки и куртку.
В итоге он выложил на стол только одну вещь, которая у меня была – это второй мута-алмаз. Больше с собой всё равно ничего не имелось. Я даже сухпаёк оставил в лавке у Хартога, а денег у меня не было.
– Это всё, – констатировал Асуа. – Больше ничего.
В его голосе снова послышалось облегчение, теперь более заметное. Он явно не хотел, чтобы то, что он искал, всё-таки находилось у меня – а вдруг я бы бросился это защищать?
При этом мои мута-алмазы его не интересовали. Вообще. Это значило, что искал он что-то другое, но что именно? И снова я спросил об этом в лоб:
– Так что вы искали, коллекционер Асуа? Теперь вы можете мне сказать?
Он покосился на мужчину у весов и ответил негромко:
– Мы ничего у вас не нашли. Обыск в доме тоже ничего не дал.
– Вы и дом уже обыскали?.. – с претензией уставился я на него. – Без разрешения?
Он вскинул брови, будто я сказал что-то странное.
– Для осмотра любого имущества не-гражданина разрешений не требуется. Мы также обыскали место вашей работы. При этом мы проявили к вам уважение при личном досмотре. Об этом просила лично кириос Хан.
Ну вот. Час от часу не легче.
– А кириос Хан тут при чём?
– Она приказала найти амулет племени Катьяру.
Поворот был настолько неожиданный, что я чуть не выказал эмоцию, но всё же проявил выдержку, чтобы никак не срегировать. Только переспросил удивлённым тоном:
– Амулет?
Асуа сощурился и пристально посмотрел мне в глаза.
– Тот, который вы забрали у младшей наследницы вымирающего племени Катьяру.
Он хотел сказать что-то ещё, но не стал, чтобы не сболтнуть больше, чем позволено.
Внутри меня всё напряглось. Они и об амулете уже узнали. Хотя чему удивляться, ведь свидетель есть: Мария Даф, картограф из Ордена Тайн, видела всё собственными глазами. Это и подтвердил Асуа.
– Одна из картографов сказала, что вы забрали амулет с шеи Нари Катьяру. Нам нужно найти его.
И снова заговорил Годфред:
«Так и знал, что от этой дикой малышки будут проблемы. С другой стороны… хм… ты заценил, какие у неё соблазнительные формы?».
Вот сейчас идиотские замечания Годфреда мне только мешали, а никак не помогали выкрутиться без последствий.
– А-а, вы про ту безделушку? – якобы вспомнил я. – Сразу бы сказали. Ну да, забирал я у неё амулет. Так вышло, что я впервые столкнулся с представителем дикого племени, поэтому забрал у шаманки всё, что показалось мне странным и, возможно, опасным.
– И где тот амулет сейчас? – терпеливо уточнил Асуа, не сводя с меня глаз.
– Его у меня нет. Видимо, я случайно потерял его во время сражения с грувимами. Мне было немного не до шаманских побрякушек, уж извините. Так что ищите в пещерах. Где-то там и обронил.
Асуа внимательно меня выслушал и кивнул. По его лицу неясно было, поверил он мне или нет, но и предъявить ему было нечего.
– Мы обыскиваем сейчас и пещеры, – ответил он. – Возможно, младшая наследница племени вернулась за амулетом и спрятала его, а сейчас молчит. Пока от неё не добились ни слова.
Значит, они всё-таки схватили её.
Я напрягся, ожидая резонного вопроса, почему я отпустил шаманку, а не взял её в плен и не привёл в лагерь кириоса Хан, но Асуа ни о чём таком не спросил. Возможно, картограф Мария Даф не стала сообщать всего, что происходило с нами в пещерах. То ли из благодарности за спасённую жизнь, то ли ещё из-за чего. Этим она избавила меня от лишних проблем с Гильдией.
– Спасибо за сотрудничество, коллекционер ЛасГален, – сказал мне Асуа, затем кивнул коллегам, и они направились к выходу из зала.
Моё внутреннее напряжение спало, но не до конца.
А ведь амулет шаманки оказался не так прост, как мне подумалось раньше. Хорошо, что я оставил его при себе и догадался надёжно спрятать. Конечно же, у Жмота в сумке, так что при всём желании Гильдия бы ничего не нашла.
«Надо было присмотреться к той безделушке получше, – отозвался Годфред задумчиво. – Что-то я не обратил на неё внимания. Хотя когда рядом Богиня Смерти, как-то не до чего, знаешь ли».
 
Глядя им вслед и надевая накопитель на палец, я подумал о том, что надо бы всё равно быть аккуратнее. К тому же, неизвестно, сколько ещё продержится Нари Катьяру. Не думаю, что Гильдия будет с ней церемониться при допросе. Тогда шаманка сама может меня сдать и признаться, что я лично её отпустил. Вот тогда придётся объясняться уже серьёзно…
– Вы готовы продолжить сделку, господин ЛасГален? – Терпеливый голос мужчины за весами вернул меня к насущным делам.
Я повернулся к нему и глянул на правую чашу весов. Там всё так же лежал первый мута-алмаз, а второй находился на столе и явно привлекал внимание скупщика Корпорации. Вот уж кого интересовали камни больше всего.
– Да, давайте продолжим, – кивнул я.
– Возможно, вы бы хотели взвесить и второй мута-алмаз?
– Взвесьте, будьте добры.
Тут уже и скрывать его не было надобности, раз его всё равно вытащили из моего кармана на всеобщее обозрение.
Я забрал первый камень с чаши весов, и скупщик охотно приступил к новому взвешиванию. В итоге оказалось, что второй мута-алмаз весил три с половиной весовых меры.
– Корпорация готова выкупить ваш камень по актуальному курсу и выплатить вам шесть тысяч триста чеков. Итого за оба камня – одиннадцать тысяч семьсот чеков. Вы подтверждаете сделку?
– Подтверждаю.
Я перевёл дыхание. Вот это сумма! На неё можно купить даже какого-нибудь обычного морфи у жадюги Хартога.
– Сделка официально подтверждена, – кивнул скупщик.
Он достал из ящика стола миниатюрный свиток на стальном стержне, раскрыл его и быстро заполнил красивым почерком. Вписал моё имя, дату и место сделки, актуальный курс весовой меры, информацию по мута-алмазам, а также итоговую сумму. Затем шлёпнул печатью, оставляя на пергаменте огненный символ колеса со спицами, и протянул свиток мне.
– Ваш подтверждающий документ, господин.
После этого мужчина быстро сгрёб оба камня, положил в сейф под столом и достал пачку денег. Все купюры он пересчитал при мне трижды и ещё раз повторил:
– Одиннадцать тысяч семьсот чеков. Пожалуйста. Корпорация благодарит вас за сделку и желает приятного дня! Всего хорошего.
Я забрал деньги, попрощался и направился к выходу таким же неторопливым шагом, но когда был уже на пороге, скупщик вдруг негромко сказал мне вслед:
– К сожалению, не-граждане не имеют права хранить деньги в нашем банке, поэтому будьте аккуратнее с такой суммой, господин. За столь большие деньги на вас могут и напасть.
Я взялся за дверную ручку и обернулся.
– Ну пусть попробуют.
Не знаю, что услышал в моём голосе скупщик, но он удовлетворенно кивнул, будто убедился, что всё со мной будет в порядке.
На самом деле, он конечно был прав. Носить такие деньги при себе было опасно и не менее опасно хранить их дома. Это большой риск подвергнуть угрозе не только себя, но и всех домочадцев.
Лучше всего было их потратить.
Я отправился в магазин Хартога, и весь путь до рыночной площади крупная пачка денег приятно грела мне карман, будто говоря, что всё не так уж плохо в этом дерьмовом будущем.
«Если ты собрался покупать себе слугу, то выбирать модель буду я! Только я один! – вдруг требовательно объявил Годфред. – И не делай глупостей!».
Глупостей я делать не собирался.
Правда, как только вернулся на работу, Хартог заорал на меня в своей привычной манере:
– Ну и что ты натворил, негодяй?! А-а-а? Сюда из Гильдии приходили, устроили тут обыск, весь склад мне перевернули, всех морфи облапали, и прилавок, и даже половицы вскрывали и стены магическим фоном проверяли! А такого в моем магазине сроду не бывало! Когда-нибудь ты доведёшь меня до сердечного приступа! Говорила моя матушка, увольняй плохих работников, не держи возле себя проблему!
«Давай избавим его от проблем, а? – предложил Годфред. – Сожрём его душонку, чтоб не мучился. У него же не жизнь, а сплошная тревожность. Сделаем доброе дело, избавим человека от проблем».