Легенды и сказания кельтов

«Нет, — ответил Том, — теперь ты можешь идти куда хочешь; и да благословит тебя Бог; и пусть удача сопутствует тебе, куда бы ты ни пошел».
«Ну, прощай, Том Фицпатрик, — сказал лепрекон, — пусть и тебе принесет много пользы твоя находка, когда она будет у тебя в руках».
Том побежал что было мочи домой, схватил лопату и со всех ног помчался обратно к полю амброзий. Но когда добрался туда — о чудо! — все кусты были обвязаны красными подвязками, точь-в-точь как его собственная. И понял тогда Том, что перекопать все поле ему не под силу, ведь простиралось оно больше чем на сорок добрых ирландских акров. И побрел Том домой со своей лопатой на плече, не переставая осыпать того лепрекона множеством проклятий.
    
Глава 3. Рогатые женщины
 
Источник. Леди Уайлд «Древние легенды».
Параллели. Похожую версию опубликовал Д. Фицджеральд в журнале «Кельтское обозрение», но у него женщины были без каких-либо отчетливо выраженных и впечатляющих рогов. Он ссылается на февральский выпуск журнала «Корнхилл» (Cornhill Magazine) за 1877 год и на сказку про жену пастуха с острова Санда (Sauntraigh), опубликованную в сборнике Кэмпбелла «Народные сказки Западного нагорья» (Popular Tales of the West Highlands, 1860–1862). В этой истории описывается, как «женщина мира» (фея) одалживает у одной крестьянки чайник и возвращает его с мясом внутри. Но та отказывается взять его обратно и подвергается преследованиям со стороны феи. Лично я не усматриваю тут особой аналогии. Гораздо более близкая версия есть у Кэмпбелла, где от домогательств фей избавляются криком: «Данвил горит!» (Dunveilg is on fire!) Англичанам это должно напомнить детскую приговорку: «Божья коровка, божья коровка, улетай домой, твой домик горит, а твои детки дома». Еще с одной версией этой истории можно встретиться в «Легендарных и мифических историях ирландских кельтов» Кеннеди, а именно в сказке «Черная лестница в огне» (Black Stairs on Fire).
Комментарии. На горе Сливенамон находился знаменитый сказочный дворец фей в графстве Типперэри [24]. По словам доктора Джойса, именно на этом холме стоял Финн, когда предложил себя в качестве приза той ирландской девушке, которая первой взбежит на вершину. Грайне (Grainne) выиграла в этом соревновании с ужасными последствиями, о чем знает или должен знать весь мир (сказка «Как Финн выбирал жену» (How Fion selected a Wife) в книге П. Кеннеди «Легендарные и мифические истории ирландских кельтов»).
Как-то ночью одна богатая женщина допоздна засиделась, расчесывая шерсть, в то время как вся семья и слуги спали. Внезапно в дверь постучали, и раздался возглас:
«Откройте! Откройте!»
«Кто там?» — спросила хозяйка дома.
«Я — Ведьма с Одним Рогом», — таков был ответ.
Хозяйка подумала, что кто-то из соседей пришел попросить о помощи. Она открыла дверь, и внутрь ступила женщина с парой чесалок для шерсти в руках. Из ее лба торчал рог — будто вырос прямо из головы. Она молча устроилась у камина и начала яростно вычесывать шерсть. Потом так же внезапно она остановилась и сказала:
«А где остальные? Они сильно опаздывают».
Иллюстрация Джона Д. Бэттена из «Книги сказок Европы» Джозефа Джекобса, 1916 г.
Jacobs, Joseph; Batten, John D. (illustrations). Europa’s fairy book. New York; London: G. P. Putnam’s sons, 1916
Затем в дверь постучали еще раз и похожий голос, как и ранее, позвал:
«Откройте! Откройте!»
Хозяйка почувствовала, что обязана опять откликнуться на этот зов, и открыла дверь. Тут же в дом вошла вторая ведьма с двумя рогами на лбу и прялкой в руках.
«Дайте мне место, где я смогу сесть, — сказала она. — Я — Ведьма о Двух Рогах».
И тут же принялась прясть со скоростью молнии.
И потом в дверь стучали и стучали, хозяйка все время гостеприимно откликалась, а ведьмы входили и входили в дом. Так шло до тех пор, пока не объявилась двенадцатая из них. Они все расселись вокруг камина, пришедшая первой была с одним рогом, а последняя — с двенадцатью рогами.
И вот они расчесывали нити, крутили свои прялки, мотали, ткали, все вместе распевая какую-то древнюю песенку, но при этом ни слова не сказали хозяйке дома. Ей было странно слышать и страшно смотреть на двенадцать женщин с рогами и прялками; хозяйка ощутила близость своей погибели, но, когда попыталась встать, чтобы позвать на помощь, не смогла ни пошевелиться, ни произнести какое-нибудь слово, ни крикнуть, так как пребывала под властью чар этих ведьм.
Затем одна из них обратилась к хозяйке по-ирландски:
«Встань, женщина, и испеки нам пирог».
Хозяйка стала искать, в чем же ей принести воды из колодца, чтобы замесить тесто и испечь пирог, но не нашла ничего подходящего.
Тогда ведьмы сказали ей: «Возьми сито и набери воды».
Она послушно взяла сито и пошла к колодцу, но вода все время вытекала, и ей не удалось набрать даже столько, сколько нужно было для пирога. Тогда села она у колодца и расплакалась.
И тут где-то рядом с ней раздался голос, который сказал:
«Возьми желтую глину и мох, смешай их вместе и обклей ими сито так, чтобы вода в нем держалась».
Она так и сделала и набрала в сито воду для пирога; и тот же голос далее сказал:
«Возвращайся к себе и, когда подойдешь к северному углу дома, прокричи три раза: “Гора женщин фениев [25] и небо над ней — всё в огне”».
Она так и сделала.
Когда же те находившиеся внутри дома ведьмы услышали это, из их уст вырвался великий и ужасный крик и они с дикими причитаниями и воплями ринулись прочь и укрылись на горе Сливенамон [26] — там, где было их главное обиталище. Далее дух колодца повелел хозяйке дома подготовить свой дом к защите от чар тех ведьм на тот случай, если они вернутся.
И чтобы разрушить их чары, она в первую очередь за дверью на пороге дома разбрызгала воду, в которой мыла ноги своего ребенка. Затем она взяла лепешку, которую ведьмы испекли в ее отсутствие, — из муки, смешанной с кровью, высосанной из спавших все это время членов семьи. Она разломила эту лепешку и положила по кусочку в рот каждому из них, и домочадцы тотчас же пришли в себя. Потом она взяла ткань, которую соткали те ведьмы, и положила ее в сундук, запиравшийся на висячий замок, так, чтобы одна ее половина была внутри, а вторая — снаружи. И наконец, она подперла входную дверь большой поперечной балкой, закрепленной на дверных косяках, так, чтобы ведьмы не могли через нее войти в дом. И, сделав все это, она стала ждать.
Вскоре ведьмы вернулись, они были в ярости и жаждали отмщения.
«Открывай! Открывай! — кричали они. — Открывай, водица!»
«Я не могу, — отвечала водица. — Я разбрызгана по земле, и мой путь лежит к озеру».
«Открывайте! Открывайте, деревянные косяки!» — кричали они, обращаясь к двери.
«Я не могу, — отвечала дверь, — ведь на моих косяках закреплена балка, и у меня нет сил даже пошевелиться».
  
«Открывай! Открывай, лепешка, которую мы замешали на крови и испекли!» — снова закричали они.
«Я не могу, — отвечала лепешка, — ведь меня сломали и раскрошили, а та кровь теперь на губах спящих детей».
Тогда ведьмы с громкими воплями взвились в воздух и помчались обратно к горе Сливенамон, изрыгая страшные проклятия в адрес духа колодца, который желал их погубить. Ну а ту женщину и ее дом они оставили в покое, а хозяйка сохранила у себя мантию-накидку, оброненную одной из ведьм во время бегства, — в память о той ночи; и эта мантия передавалась в этой семье из поколения в поколение в течение пятисот лет после того происшествия.