Наследник пепла. Книга IX (СИ)

Затем Светозаров глянул в окно и увидел за ним огромную кучу горелых трупов.
— А вы все эти горы собираетесь сжечь? — поинтересовался он, глядя на Креслава.
Но ответил вместо него я:
— Нет. Вы же говорите, что у нас нет никаких доказательств. Ну вот это всё посыплется им дождём на голову. Это и будут наши доказательства, наши улики. Даже если на них нет ментального следа, то просто так подобный объём тварей в наших краях взять неоткуда, особенно посреди зимы.
  
— Но в этом я вам перечить, конечно, не стану, — покачал головой Светозаров и глянул на меня; и тут я понял, насколько он измотан и держится уже на последних волевых усилиях. — Попросил бы обойтись без кровопролития. Нельзя сейчас начинать гражданскую войну.
— Ну, Болотовы-то как-то не думали насчёт кровопролития, — ответила на это Ада.
— Не буду обещать, — кивнул я, — но мы постараемся обойтись минимальными жертвами.
— И, кстати, да, — сказала Иосиф Дмитриевич, — частично соглашусь с вашим дедом. Фактически, хоть вы являетесь одним из сильнейших огневиков нынче у нас в стране, судя по вашему рангу. Но к Рароговым вы имеете очень посредственное отношение. Если решите отправляться к Болотовым, то не вздумайте ехать один. Нужен кто-то из официальных членов Рароговых. Ваша роль там уместна в виде силовой поддержки.
— Я полечу, — мгновенно отреагировала Ада. — Я готова. Я теперь официальный представитель клана Рароговых. Я — проводник капища. Я вполне имею право это сделать.
Светозар прикрыл глаза и лишь качнул головой. Затем взглянул на Креслава с вопросом во взгляде.
— Они — мои внуки, — тот пожал плечами. — Они имеют полное право выступать от моего имени.
— Ну, значит, так тому и быть, — проговорил Иосиф Дмитриевич.
* * *
Ликомора сидела в своём кабинете и внимательно изучала информацию по капищам, которые можно было бы выпить самостоятельно, то есть, впитать всю энергию от них в собственный запас.
Она хотела заняться этим самостоятельно, потому что ей был необходим козырь на случай непредвиденных обстоятельств. Свой личный козырь. А полученный до этого она уже использовала, организовав групповое нападение на Очагово, резиденцию Рароговых.
Она надеялась, что в этот момент ублюдок императрицы уже мёртв. В том, что он ублюдок, она вообще не сомневалась, иных вариантов даже не рассматривала: иначе была бы помпезная свадьба и весь остальной положенный по статусу церемониал. Накопитель нужен был особенно в той обстановке, где главы двух кланов показали себя ненадёжными партнёрами. Опять же, никто не отменял использование конструкта последнего шанса, если вдруг понадобится.
А Ликомора осознавала, что надо будет драться. Ничего в этой жизни не даётся без боя. Ей ли не знать. И она была готова воевать, невзирая ни на какие жертвы и цену в человеческих жизнях. Поэтому на её столе сейчас лежала копия карты со стены, с отметками ближайших к столице капищ. Одно из них идеально вписывалась в план Ликоморы. Оно находилось возле самых Уральских гор, недалеко от столицы. Проходимость там минимальная, но при этом добираться достаточно просто. То есть, близко, но места глухие. И это главное.
Она решила наведаться туда в самое ближайшее время. Параллельно с этим она отслеживала работу ментального поводка, с помощью которого вела в атаку тварей на резиденцию Рароговых и ублюдка императрицы в первую очередь.
Ведьма чувствовала, как часть поводков обрывается. Это означало, что её подопечных на том конце уничтожают. Понятно, Рароговы боролись, и боролись достаточно долго. Но она-то была спокойна, потому что знала: твари будут призываться ровно столько, сколько будет работать накопитель, на который она закрепила данный призыв.
Фактически, силы уже черпались не из неё, а из «капищенского» накопителя. И пусть он получился не особо мощный, потому что она впитала не крупное капище, а достаточно мелкое. Она на нём экспериментировала, да и, естественно, старалась, чтобы не поймали. Но его вполне должно было хватить на беспрерывную атаку длительностью как минимум в течение четырёх часов. За это время энергия должна была завершиться.
Вместе с этим должен был рассыпаться ментальный поводок, который сейчас работал на болотных тварях и гнусе. Любые следы её участия в этом процессе будут уничтожены. А четыре часа против такого количества отбиваться просто нереально, даже если это будут сверходарённые маги. Именно поэтому она считала себя в относительной безопасности.
И тут, в какой-то момент, совершенно внезапно она почувствовала, что связь с её болотной живностью оборвалась целиком и полностью. Она глянула на часы и поняла, что связь должна была проработать ещё как минимум полтора часа, если не два.
Ведьма подумала о том, что подобное возможно в нескольких вариантах: то ли её подопечные просто достигли своей цели и уничтожили ублюдка; то ли всех их убили какой-то ультимативной техникой полностью и выжгли там всё вместе с людьми; то ли просто разрядился накопитель. Такого варианта она тоже не исключала.
Но додумать ей не удалось, потому что к ней постучался командир родовой гвардии Болотовых, ответственный за защиту Ярослава:
— Мы потеряли Ярослава. То есть утром он как обычно отправился в академию. Но занятия там давно закончились. Найти его не получилось. Мы проверили, на занятиях его и не было.
Ликомора едва сдержалась, чтобы не схватить со стола тяжёлое пресс-папье и не запустить им в голову охранника.
— Да вы что там, все безголовые, что ли? Чем вы следили-то, мать вашу, олухи безрогие⁈ А вдруг его уже где-то прикопали? Вы что, совсем мух не ловите⁈ Охрана с ним должна ходить впритык! За ручку его вести на лекции, рядом с ним сидеть! Вы что, не понимаете, что это будущий император, который не всех устраивает⁈ Вы не охрана — вы охреневшее решето! Я лично сгною вас всех, если вы сейчас же не найдёте Ярослава! Вы потеряли будущего императора в центре столицы! Это не работа. Я вас в болоте утоплю, лешими сделаю! Вы у меня тиной все покроетесь! Я тебя пиявкам скормлю лично! Гадов на вас натравлю, гнусом у меня станете! Потом кормом для комарих, чтобы они в ваших телах яйца откладывали собственные!
И так далее, и тому подобное.
Разнос от Ликоморы длился около десяти минут.
И тут вдруг на пороге появился ещё один перепуганный человек с телеграфной лентой в руках, но при том со странной улыбкой.
— Что ощерил пасть свою⁈ — мгновенно накинулась на него ведьма. — Что за странное выражение лица⁈
— Прошу прощения, госпожа, — телеграфист немного заикался, видимо долго не решался зайти, и слышал большую часть угроз Ликоморы, — но у нас важная информация из академии. Ваш внук нашёлся.
— Живой?
— Живой! —подтвердил телеграфист.
— Где его чёрти носили⁈ — рявкнула Ликомора. — Где нашли?
— По донесению наружной охраны черти его носили не где-нибудь, а в комнате у Снежаны Морозовой. Как с утра туда отправился, так вот только и вышел, с абсолютно довольным выражением лица, словно кот, нажравшийся сметаны.
Ликомора втянула полные лёгкие воздуха, чтобы что-то ответить, но выпустила его.
— И чего я от него хотела? — пробормотала она себе под нос.
Сделала знак, чтобы телеграфист вышел из кабинета.
«Парню восемнадцать лет, — думала она. — А что хотят все мужики восемнадцати лет? Жрать, трахаться да бухать. И какой с него, к чертовой матери, император? Подвернулась ему юбка, готовая раздвинуть ноги, и он тут же воспользовался этим. Другой вопрос: если он умный мальчик, то следов после себя не оставит. С другой стороны, Морозову тоже нельзя ни в чём обвинять, потому что у нас как раз таки был договор с Ледобором, что кто-то из его внучек станет женой Ярослава. Только сосульку им теперь вместо хрена! Теперь я никого из Морозовых к трону не подпущу. А трахать направо и налево разных потаскух, так это всегда, пожалуйста. Если что, я позабочусь, и вытравлю из чрева этих ледяных сучек любую поросль Ярослава…»