Только моя принцесса (СИ)

Ту, что он натянул поверх футболки. А во время драки он был обнажен по пояс. При каждом движении его мышцы сокращались. Это было так…завораживающе и красиво. Лучше мне совсем не вспоминать.
- Как ты нашла это место?
Вот вопрос, которого я боялась, как огня. Но врать не смею. Не сейчас и не ему.
- Проследила за тобой. Очень любопытно было знать…Поподробнее. Ну и…
Вздыхаю.
- Несколько часов проторчала в такси перед интернатом. Очень переживала, что заметишь, когда станешь выезжать. Хорошо, что тебя отвлек какой-то паренек.
Игнат быстро, и не глядя по сторонам, заскочил на мотоцикл, нахлобучил шлем и улетел.
Таксист, с трудом оторвавшись от полудремы, чуть не проворонил.
Сейчас мотоцикл, должно быть, так и стоит у клуба.
- Понятно.
Игнат закрывает глаза, и дальше едем молча.
Мои пальцы, неловко зацепившиеся за пояс его спортивных штанов, горят и чуть подрагивают. И, может быть, ему так некомфортно. Но не сдвигаюсь, и не убираю руку.
Он…будто бы немного задремал.
Когда по очертаниям местности за окном я узнаю знакомые места, мне даже как-то жаль. Одновременно тороплю время, и хочу его замедлить.
Все же отклоняюсь, скрещиваю руки на груди.
И думаю.
О том, что не могу вот так его отпустить. В неизвестность. Куда он поедет? К себе домой, точнее в интернат? И что? Кто позаботится о нем? Окажет первую помощь, проследит.
Нееет. Так не пойдет. Совсем-совсем так не пойдет, вообще не дело.
- Игнат, мне надо маме написать, а телефона нет, - прошу тихонько.
Не хочу его будить.
Но он не спит, а может очень чутко.
- В карманах поищи. Достань сама.
Он говорит, не открывая глаз.
И я ищу. Снова обмирая, напрочь позабыв о такой функции, как дыхание. А только лишь телефон попадает в руки, отворачиваюсь. Судорожно глотаю воздух. Разблокирую.
«Мам, это я, пишу с телефона Игната, так как свой потеряла. Мы сейчас приедем, но Игната побили и ему нужен врач. Можно, он побудет у нас? Он против, но…Можно?».
Кошусь на Игната, вздыхаю, отправляю. Едва только въезжаем в наш коттеджный поселок.
Прочитано практически сразу, и мы как раз останавливаемся перед воротами. Водитель негромко сигналит, сообщает, что приехали.
- Игнат, - тихонько зову я.
Ресницы чуть подрагивают.
Я тянусь к его щеке.
- Да у тебя жар, - восклицаю.
Кожа слишком сухая и горячая.
- Все в порядке.
Игнат открывает глаза, чуть морщится, приподнимает голову.
- Приехали, - повторяю я.
Но продолжаю сидеть.
- Тогда вылезай, Принцесса, и скорей беги домой.
Но я сижу и жду.
И в этот же момент на крыльцо вылетает мама, не подводит. В небрежно наброшенном на плечи кардигане, она несется к нам на всех парах.
Ее лицо нахмурено, встревожено.
- Алиса…
- Мам, привет. Со мной все хорошо, - выдаю скороговоркой, - но вот Игнат…
- Сейчас мы вызовем врача. Игнат!
- Здравствуйте, Арина Станиславовна. Извините, но я только подвез Алису. Я домой.
- Никакого домой, - восклицает мама. - Ну-ка, выбирайся из машины.
- Я не…
- Не желаю ничего слушать, - перебивает мама. – Или думаешь, у нас не найдется ни одной свободной комнаты? Ну-ка, из машины и марш, скорее, в дом!
Сейчас обычно мягкая и женственная мама напоминает больше тетю Ви. Такая же решительная и упрямая.
- Да, мамочка, и вызовем ему скорей врача, - довольная, поддакиваю я. – Он очень головой ударился. У него, наверное, сотрясение. А значит, надо поскорее уложить его в постель.
- А вы, - обращается мама к таксисту, - давайте. Уезжайте поскорее. Вот, возьмите.
- Я сам заплачу, - говорит Игнат, и некоторое время они спорят. В итоге он отдает все, что есть в его карманах. А мама снова требует от таксиста уезжать.
- Идем, - говорю я.
Беру Игната за руку, тяну. Его шатает.
- Только не свались в обморок прямо на ступеньках. А то и правда тебя в больницу увезут.
А мне так сильно хочется теперь, чтобы остался. Пусть врач осмотрит, даст рекомендации, мы купим все-все-все. И сами позаботимся. Я лично.
- Вот, сюда. Осторожнее, - командую.
 
Поверить не могу. Игнат останется у нас. У нас!
И как бы плохо день не начался, заканчивается так, как я хочу!
Я снова дома, в безопасности, и он со мной. Так близко, так волнительно. Как круто, как же круто!
- Мне нужно в душ.
- Конечно, все организуем, не волнуйся.
У нас, у нас!
Невероятно, как же мне теперь уснуть. Нет, не уснуть, и окончательно сойти с ума…
  
Глава 22
 
Алиса 
- Только, пожалуйста, не надо никому звонить, - просит Игнат мою маму, когда видит, что она разблокирует экран. - Я в порядке. А Алиса…все преувеличила.
- А вот и нет, - сейчас же восклицаю я. - Он…
- Мне, если можно, чашку чая, - перебивает Игнат довольно грубо и бесцеремонно.
Я с гневом на него смотрю, но он уводит взгляд, как будто бы не обнимал меня в машине.
А я решила было, между нами потеплело.
- Да-да, конечно, - поспешно произносит мама.
Кивает, закусив губу.
Я вижу, как она колеблется, но все же слушает, не спорит больше. Вздыхает, убирает телефон.
- Конечно, - произносит снова и идет по направлению к столовой. - Я распоряжусь.
- Где мелкие? – спрашивает неожиданно Игнат, когда она скрывается за дверью.
Я запинаюсь, но лишь на секунду.
- Папа повез их на День рождения одного из Машуниных друзей, - припоминаю обсуждение за завтраком.
Оно буквально утром состоялось, но кажется, что сотню лет назад.
- Папа не сильно обрадуется, когда узнает, чем ты занимаешься по вечерам, - давит Игнат на больное.
- Мы ему не скажем, - выпаливаю я, не задумываясь. – И вообще, проходи скорее.
Хватаю его за рукав, тяну через порог.
- Также и тому, с кем ты общаешься.
- Брось, он отлично относится к тебе.
Ведь так и есть. Папа ни разу мне не говорил, чтобы мы с Игнатом не общались. Хоть и, по правде говоря, мы не особо и много проводили времени, будучи наедине. Обычно все втроем.
И в чем-то это было даже лучше.
Не так с ума сходила.
Подскакиваю к шкафу, открываю.
- Так, сейчас выдам тебе полотенце.
Всем видом я транслирую дружелюбие.
Достаю верхнее, и снова подхожу к Игнату.
- Вот.
Протягиваю.
- Спасибо.
Берет из моих рук, а губах проскальзывает мимолетная улыбка. Лишь уголками, но и такому рада.
- А тебе, Принцесса? Не стоит ли переодеться?
- Да, конечно. Я…сейчас поднимусь к себе, - киваю.
Но продолжаю топтаться на месте, и буравить его взглядом.
Зря отказался от врача. А вдруг…лишь я ретируюсь, какему станет хуже?
- Или пойдешь в душ со мной?
- Что?
Игнат ухмыляется.
Вроде бы через силу, вот только сразу ясно, что он надо мной подшучивает. И все же, едва до меня доходит смысл, я покрываюсь россыпью мурашек.
Вся. С головы до ног. В одно мгновение. От одного намека. Взгляда.
Или от ухмылки, толком и не разобрать.
- Будь аккуратнее, - произношу отрывисто, и развернувшись, пулей вылетаю.
Несусь по лестнице, и сердце колотится.
Ведь стоит лишь подумать…
Зачем он так со мной!
…
Я не спускаюсь долго специально.
Ну как, наверное, где-то с полчаса.
Скидываю с себя одежду, и действительно, включаю душ. Встаю под теплые струи.
Надеюсь, Игнат знает, что делает, и когда я спущусь, мы с мамой не найдем его бездыханное тело на плиточном полу ванной комнаты.
Но мозг уже рисует картины, одна страшнее другой.
Черт знает, что такое.
Вначале отказался от врача, затем эти слова про душ. А ведь я точно знаю, что в машине ему было крайне плохо.
И тем не менее, под теплыми струями я немного расслабляюсь.
Намыливаюсь тщательнее, чем обычно, стараясь смыть с себя все впечатления. Они тяжелые, гнетущие. Навряд ли я забуду слишком быстро.