Только моя принцесса (СИ)
Я вся превращаюсь в слух.
Брат слегка медлит, словно испытывая мое терпение на прочность, но я не шевелюсь и не тороплю, хотя нестерпимо хочется. Он выдерживает эффектную паузу, и продолжает.
- Ну, там, нанять частного детектива, подкупить кого надо, если надо.
О, вот это да!
- Поиски кого?
- Своих родителей. Ясно? Или их убийц. Одно из двух.
- Ничего не понимаю, - мотаю я головой.
Ожидала услышать что угодно, но точно не такое.
- Горр, мы ведь знаем, что они погибли в аварии давным-давно, - говорю я.
- Да, это так, но…Открылись некоторые обстоятельства…
- Какие? Какие обстоятельства?
Я придвигаюсь к Игорьку ближе, почти вплотную, с опаской косясь в сторону Игната, будто он может услышать все с такого расстояния. Мысленно задерживаю его возле парней еще на подольше.
- А вот такие. Летом мы…В общем, мы залезли в кабинет директора нашего лицея, -признается Игорек, и проводит рукой по волосам.
- О боже, зачем?
Мои глаза округляются, а рот непроизвольно приоткрывается.
- И как? Как вы вообще додумались до такого? Это же жуть как стремно. Там же камеры везде.
- В тот день как раз отключили, потому что меняли проводку. Мы знали, а остальные парни нет. Поспорили с ними на Харлей.
- У тебя что, своего нет?
Вот уж нечего делать.
- Есть, - кивает брат, - но так интереснее, согласись.
Я не уверена, что согласна, но киваю. Лишь затем, чтобы Игорь поскорее продолжал. Что он и делает.
- Так вот, - говорит он, - как доказательство нам нужно было сфоткать одно из личных дел. Ну, мы и полезли в них, как только попали в кабинет, и…
- И? – выдыхаю, задерживая дыхание от любопытства, потому что брат снова замолкает.
- Случайно мы наткнулись на личное дело Игната. И как думаешь, Лиса, что мы обнаружили, внимательно его изучив?
- Что?
- А то, что никакая благотворительная организация не платит за обучение Шахова Игната. Такие организации вообще не платят за обучение учеников, мы все проверили. Это лажа, полный бред, который нам навешивали на уши. Мы все документы перерыли.
- Нет!
Мой вскрик относится к нем сложностям, что повлечет за собой это открытие, а не к самому факту.
- Да-да. И…Ты понимаешь, что это означает, Лиса?
Игорь задает вопрос, но тут же сам на него отвечает.
- Это означает, что за его обучение платит кто-то другой. Но кто? Кому нужно отваливать такие деньги на парня из приюта? Вообще хоть какие-то деньги?
Я сглатываю, потому что ответ вертится на языке, но я обещала дяде Демьяну держать все в тайне. И ведь ни разу, за все года я не нарушила слово и не проболталась.
Однако, и разговоров об этом до сих пор не заходило.
- Платить может только тот, кто заинтересован в этом, кому это нужно, понимаешь? – между тем продолжает Игорек, пока я пытаюсь собрать в кучку мечущиеся в разные стороны мысли.
- Это означает, Лиса, что либо кто-то из родителей Игната остался жив после той аварии, либо…не знаю, убийцу начала вдруг мучить совесть, и он решил хоть как-то поучаствовать в судьбе ребенка.
Эээ, нет Игорек, нет, твой отец и мой любимый дядя просто не может быть убийцей!
Но тут же перед глазами проносится картина того, как ловко и метко всегда стрелял по мишеням дядя Демьян. Вообще, он с оружием на ты, и меня научил, и сына, и его друзей.
Но это совсем не означает, что он…нет, нет и нет. Я категорически отказываюсь верить в это! Нет, и точка. Дядя Демьян не может быть убийцей родителей Игната.
- Я думала всегда, что это был несчастный случай. Ну, та автомобильная авария.
- Да, но почему она произошла? Машину вначале расстреляли, и только после этого отец Игната потерял управление.
- Что?
- Мы не распространяемся об этом, Лиса. Если что.
- Дда, хорошо…
- Игната тоже задело, у него есть даже шрам, под ребром. Прежде, чем попасть в детский дом, он пролежал в больнице целых три недели.
- Я…не знала.
- Конечно, мало кто знает. Понимаешь, из-за того, что он лежал в больнице, он не смог присутствовать на похоронах. Ну и теперь…не может со сто процентной уверенностью утверждать, что…ну, ты понимаешь…
- Что они умерли, - на одном дыхании выпаливаю я.
- Да, именно. Так что, вполне допустимо, - продолжает брат без перехода, - что…в общем…вдруг, кто-то из его родителей все же остался жив, но скрывается? То есть, официально считается мертвым, но между тем, переводит деньги за обучение?
Одно другого не легче.
Первая версия была ужасной, но вторая совсем уж никуда не годится.
Я уверена, что дядя Демьян никак не может быть отцом Игната, никак не может. Его настоящий отец тот, кто погиб в машине. Или не погиб, но, в общем…несомненно не дядя Демьян.
А дядя Демьян, он…Он…при всей своей харизме и успехе среди женщин он…никогда не интересовался кем-то, кроме тети Ви. То есть, я так думаю. Он любит тетю Ви, даже спустя годы, тем более выглядит она, к слову, на все сто.
Достаточно увидеть, как они смотрят друг на друга. Только мама с папой могут с ними посоревноваться, а больше никто из знакомых мне взрослых.
Так что, он…не мог, никак не мог стать тайным отцом Игната, вместо того, которого расстреляли, а Игнат уж точно не может приходиться мне кровным братом.
Нет, и еще раз нет! Я отказываюсь!
- Ну, Лиса, что думаешь? – спрашивает Игорь, а я не знаю, слишком шокирующая информация.
Да и Игнат, наконец, к нам приближается. Ну и слава богу, потому что все равно ничего вразумительного я сейчас не выдам.
Прежде мне нужно поговорить с дядей, серьезно так поговорить, без его обычных шуточек и подколок. Я повзрослела, много чего узнала, и его байка о том, что он платит за обучение чужого ребенка просто так, на этот раз точно не прокатит.
- О чем вы так активно перешептывались? – спрашивает Игнат, отрывая от веточки сразу несколько виноградин, и закидывая их в рот.
Пока шел к нам, он стащил с раскладного столика блюдо, на котором уместилась целая гроздь.
Теперь он жует, а блюдо оказывается перед моим носом.
- Угощайся, Принцесса, - предлагает он мне.
- Спасибо, - благодарю я Игната.
Машинально отрываю от веточки сочную ягоду, и кладу в рот. Сама же невольно сравниваю черты парня с чертами Горра.
Ну и, нет, нет, и нет…Ничего общего.
То есть, оба привлекательные и опасные для девичьих сердец, как я неоднократно отмечала, но по-разному.
Ведь если братец - это адреналин, чистый кайф и позитив, то Игнат – это нечто темное и демоническое. Мощное. Побежала бы прочь без оглядки, если бы мы не были теми, кто мы есть.
Если уж на то пошло, парень скорее похож на моего папу, чем на дядю Демьяна. Темноволосый, с четко очерченными скулами, и правильными мужественными чертами.
Без рисовки в манерах, но будто наделенный внутренним стержнем и достоинством, с каким он держится, даже если не произносит при этом ни слова.
Если не знать, то и не скажешь, что он в компании богатых мажоров белая ворона. Его…уважают. То есть…скорее опасаются, и обходят стороной, предпочитая не связываться, так как это может оказаться себе дороже.
Тут неприятная мысль неожиданно поражает сознание.
А вроде как раз говорят, что дети часто оказываются похожими не на родителей, а на их братьев и сестер? Или нет?
Что-то я совсем запуталась. Но…еще раз тысячу раз нет!
А в его родителей оказывается стреляли. И в него…Остался даже шрам…А я невнимательная, даже не замечала. Вот бы глянуть хоть одним глазком.
Мне кажется, я еще долго буду обдумывать и переваривать эту информацию.
Она…шоковая. Почему ее скрывали от меня раньше?
- Так о чем говорили? – дергает снова Игнат, а я, чтобы не отвечать, поскорее заполняю рот новой порцией винограда, кое-как пробормотав невнятное «ни о чем таком».
Игнат оставляет блюдо мне, а сам усаживается на поваленное бревно рядом с нами.
Я в серединке, а парни с двух сторон от меня. Я чувствую тепло, исходящее от Игната всей правой половиной туловища. И от этого мои внутренности вибрируют.