Невыносим. Осколки правды (СИ)

— Почему так долго? — прошипел Давыдыч и, казалось, насупился ещё сильней.
— Извините, но ведь я отпрашивалась на два с половиной часа, — не поняла девушка, глянула на телефон и поджала губы. Она не знала про наплыв клиентов, кто в этом мог быть виноват? — Вроде бы в положенное время уложилась. Да и в зале Таня.
— Таня плохо справляется с обязанностями, — перешёл на недовольный шёпот мужчина и наклонился к Полине, так как в зале царила суета и шум. — Видишь же, что она медленная, почему тогда оставила её?
— Когда я уходила, тут сидело только две парочки, — пожала плечами девушка, всё ещё не понимая, что же требует от нее хозяин.
Давидыч ещё проворчал что-то несуразное и разочарованно покачал головой, но Поля не смогла услышать его, поэтому молча прошмыгнула в раздевалку, скинула верхнюю одежду, быстро надела фартук и отправилась помогать бедной Татьяне, которая к тому моменту едва не выла от объема работы и полного непонимания.
Когда Самойлова вышла в зал, жутко злой мужчина под руку с эффектной спутницей покинули заведение, громко прокомментировав некомпетентность персонала. Как позже выяснилось, тем посетителем был какой-то известный поэт, а ушёл он, потому что за полчаса к нему так и не подошла официантка.
Вечером, перед самым закрытием, Поля поинтересовалась у Ксюши, почему та не помогала Татьяне. Администратор скривилась, глянула на спину вытирающей стол второй официантки и строго отчеканила, что это — не её обязанность, и что она тоже не сидела без дела. Вот только когда Ксения скрылась за стеклянной дверью кафе, уставшая Таня ожила:
— Врёт она всё, — выдавила девушка, бросила тряпку на стол и сложила руки на груди. — Я к ней по-человечески, попросила помочь. А она — ни в какую. Пока Артурчик не пришел — и пальцем не пошевелила. Зато потом сразу забегала, только вот уже поздно было.
Полина уставилась на свою коллегу не в силах понять мотивы и поверить. Зачем ей говорить такие вещи? Тем более про Ксюшу, которая всегда была на хорошем счету в кафе. Но с другой стороны — зачем говорить неправду? Да и реакция администратора казалась Поле совсем уж странной — обычно приветливая и открытая, иногда строгая, но грубая…
— Артурчик минут за десять до твоего возвращения пришёл, — продолжила Таня. — Правду говорят, что возможно нас закроют?
— Да, — бесцветным голосом ответила Самойлова. Она старалась выкинуть из головы этот факт, хотела перестать гонять в мыслях одно и то же. Не получалось. — Есть вероятность, что просто хозяин сменится. Вообще Давыдыч говорил, что решение под вопросом, правда, после сегодняшнего я думаю, что он с лёгкостью нас продаст вместе с заведением.
Таня мечтательно закатила глаза и улыбнулась.
— Вот если бы новый хозяин был молодым, симпатичным и свободным, — с придыханием мечтала официантка.
Полина лишь тихо хмыкнула, покачала головой, высвободила волосы из высокого хвоста и взяла подготовленные вещи.
— А ты богатому и симпатичному зачем? — ухмыльнулась Самойлова и, видя покрасневшее от злости лицо Лошади, махнула рукой. — До воскресенья.
Впереди её ждал выходной, который она собиралась провести с пользой для всех — съездить в собачий приют.
2.5
С самого утра небо затянуло серыми тучами, всё вокруг казалось унылым и бесцветным, изредка моросил дождь. Прогноз погоды обещал солнце на все выходные, но суббота выдалась не слишком радужной. К обеду ко всему прочему разбушевался ветер: свистел, гнул ветки деревьев, подкидывал в воздух песок. Полина не любила сырость, однако оставаться в комнате, стены который давили с каждой минутой всё сильнее, тоже не могла. Девушка быстро надела старый свитер, растянутые треники и грязную куртку, собрала несколько банок корма, пару упаковок с крупами и небольшую сумму наличными, а потом выбежала на улицу. Она неслась в сторону автовокзала, откуда на общественном транспорте планировала добраться до небольшого приюта, который она посещала на протяжении последнего года хотя бы раз в месяц.
Самойлова, трясясь от холода, села в самый конец салона, достала наушники из кармана и приготовилась к отдыху. Ловкие тонкие пальцы живо размотали паутину проводов, и Поля наконец смогла расслабиться. Всю дорогу до поселка она думала о странном парне, приходившим в кафе. Его смутно знакомое лицо не желало выходить из головы, заняло все мысли, отобрало покой. Она размышляла, каково было бы сходить на настоящее нормальное свидание с таким, как он.
 
Слишком глупо.
Наконец на горизонте появились знакомые зелёные крыши первых домов. Полина неловко встала и направилась к двери. Дождь на улице шёл уже с удвоенной силой, поэтому девушка натянула капюшон почти до самых глаз и побежала по лужам к маленькому огороженному высоким забором зданию. Железный сетчатый забор наклонился в сторону разъезженной глиняной дороги, один столбик — деревянный — уже болтался в воздухе, цепляясь гвоздями за рабицу. Как только Самойлова подошла к участку, раздался целый хор собачьих голосов. Лай заглушил скрип калитки и чавканье ботинок по грязи. Девушка неловко прошла вдоль дома, залезла на сгнившие мостки, отряхнула ноги и более уверенно двинулась вперёд.
— Джерри, хватит уже! — раздался недовольный женский голос. Через пару секунд на крыльце перед домом образовалась чуть полная женщина средних лет. Темные длинные волосы были убраны в тугую косу, раскосые глаза внимательно обследовали вольер с собаками, а пухлые губы сразу же растянулись в улыбке, стоило лишь ей заметить Полину.
— Привет, — поздоровалась радостно женщина. Лёгкий акцент придавал ей только шарм.
— Фируза! — воскликнула Поля и кинулась с объятиями на шею женщины. Она жадно чмокнула растерявшуюся знакомую в щеку и весело отпрыгнула. — Как у вас дела? Где Тотошка?
Улыбка Фирузы стала ещё ярче и светлее от одного только упоминания любимица Полины. Она начала ездить в приют только из-за одного несуразного черно-белого щенка, похожего на лайку. Когда-то Самойлова наткнулась на пост помощи в социальной сети и не смогла оторвать взгляд — настолько ей запал в душу щенок.
Они вдвоём двинулись дальше по мосткам к длинному ряду вольеров и остановились почти сразу. За решеткой сидел и счастливо вилял хвостом невысокий пёс с черным хвостом и спиной.
— А где Пират? — удивлённо окинула взглядом соседнее «койко-место» Полина.
— Забрали, — вздохнула женщина. — Хотели взять твоего красавца, но я не позволила. Правда, потом Роман Михайлович узнал, так что больше выгораживать его вряд ли смогу. Когда ты его уже заберёшь?
— Пока что не могу, — Поля поджала губы и со слезами на глазах глянула на собеседницу. — Фируза, миленькая, ещё ж немного осталось! И я обязательно его заберу! Ну, придумай что-нибудь!
Женщина грустно улыбнулась и махнула рукой. Она знала, что если кто-то из заинтересованных людей попадет в приют через их владельца или предложит хоть копейку за пса, то его тут же отдадут. Так обещал Роман Михайлович. Но она не стала рассказывать об этом Полине — не хотела заставлять её постоянно думать о собаке.
— Ладно, постараюсь, — согласилась Фируза, уже размышляя, что бы могла сделать для того, чтоб Тотошку оставили в покое на пару месяцев.
Они вместе обошли остальных постояльцев приюта, взяли поводки, пару собак и отправились на прогулку.
Ни одна из них не заметила дорогой внедорожник, притаившийся около соседнего дома. Мужчина, что сидел внутри, удовлетворённо потянулся, спрятал всю вспомогательную технику в большую сумку и медленно двинулся в сторону города. На сегодня его работа закончилась.
  
3.1
 
В огромной ванной комнате шумела вода. Леша сидел на краю джакузи и с задумчивым видом водил рукой по вздымающийся пене. Он пытался понять, что же за приз ждал его в конце квеста. Какой могла быть награда? Могла ли она покрыть его долги? А, может, сумма была настолько велика, до неприличия, что ушлый юрист не стал говорить ничего?
— Вот же шельма, — по-доброму ругнулся Лёша, резким движением плеснул воду в стену и рассмеялся. Он был рад возможности вылезти из долговой ямы.