Похитительница Снов (СИ)

Пока Лунар скидывала на обувник поношенные кроссовки и ставила чайник, гость успел сменить еще два или три обличья, прежде чем остановиться. И лучше бы он оставался стариком или чахоточной девицей из подземки.
— Ребенок? — Лунар скривилась, даже не пытаясь скрыть отвращение. — Подло.
Гость с ногами забрался на высокий стул, и теперь пальто целиком поглощало хрупкую детскую фигурку, только голова торчала. Он болтал ногами и беззаботно улыбался, но Лунар знала, что скрывается за маской безмятежности — хищник, выжидающий момент для атаки.
— Смертные утверждают, что невинный и беззащитный облик их отпрысков настраивает собеседника на доверительный лад. Помогает? Уже доверяешь мне?
— Ага, больше чем родной матери. Но тебе бы поработать над детализацией, — посоветовала Лунар, ежась. Голос у него остался все таким же старческим и скрипучим, точно звук гвоздя по стеклу, и отбивал всяческое расположение. Гостю же — очевидно — было совершенно наплевать, что о нем думает Лунар.
Он осматривался, без всякого интереса разглядывая валяющиеся повсюду банки из-под сладкой газировки и дюжину ярких плакатов на стенах. Один из них, впрочем, смог задержать его внимание дольше чем на секунду.
— Смазливые мальчишки, — он ткнул пальцем в плакат на стене, откуда с которого взирал популярный бойз-бэнд. — Прими я облик одного из них, была бы сговорчивее?
Терпение Лунар враз иссякло. Она уселась напротив, бахнув перед гостем традиционное подношение Темному Жителю — чашку слабо заваренного чая. Иногда, подумала Лунар про себя, соблюдение необходимых ритуалов — первый шаг к успешным переговорам.
— Ближе к делу. Кто ты?
Гость улыбнулся, и эта улыбка — лукавая и многозначительная — смотрелась жутко на невинном детском личике в обрамлении белокурых мягких локонов.
— А кем ты хочешь, чтобы я оказался? — прошептал он тихо. В животе у Лунар все сжалось от дурного предчувствия.
“Будь аккуратна с ним” — шепнул все тот же голос в голове. Как будто она и сама не знала, что с Темными жителями шутки плохи. Да, жить на Темной Стороне — это одно, но не стоило забывать, что там водились рыбки покрупнее, чем пожиратели снов или кофейные вампиры.
— И все же?
— Ну, — гость пожал плечами под темным пальто, вновь поднимая глаза на плакат, — ты можешь попробовать угадать.
На секунду Лунар задумалась. Ответ был совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, оставалось только нащупать нить, которая к нему вела. И потянуть за нее, разматывая клубок.
— Ты вошел в мой дом без приглашения, а значит, не гуль и не вампир. Те без “проходите, пожалуйста” и с места бы не сдвинулись. Тело плотное, чашку держишь уверенно — не морок и не призрак. Не маг — иначе давно бы связал немотой и неподвижностью, чтобы выслушала, не перебивая. Выбор небольшой. Ты либо человек, наделенный силой, либо Древний. Но о людях отзываешься пренебрежительно, следовательно,….
Глаза гостя засияли глубоким сапфировым светом, откликаясь на догадку. Древний, за столом в типовой кухне, выглядящий так безмятежно, будто это ничто иное как посиделки двух добрых приятелей.
Лунар облизнула пересохшие губы, стараясь не смотреть ему в лицо дольше, чем необходимо. Древние, если еще обладали силой, редко ее сдерживали — могли невольно очаровать, заставляя плясать весь день напролет, пока жертва не рухнет от смертельной усталости. Или того хуже — проклясть. Лунар представила свою белую кожу, покрытую гнойными струпьями и вздрогнула.
— Есть работа. — произнес Древний, когда ему надоело освещать кухню бирюзовыми всполохами. — Надо забрать у человека воспоминание и отдать мне. Плачу в тройном размере, дважды не предлагаю.
Лунар едва не расхохоталась, удивленная наивностью чужака.
— Вот так просто? Пойди и забери? Откуда мне знать, что это не ловушка? Откуда тебе знать, что я способна на это?
Древний безразлично пожал плечами, потянув к себе чашку с остывшим чаем. Пить, впрочем, не стал, с брезгливостью уставившись на бледно-желтую воду.
— Мне достоверно известно, что ты торгуешь человеческими воспоминаниями. О тебе ходит много слухов, знаешь? “Хочешь лучший товар — обратись к Лунар”, так они говорят.
 
“Они?” — Лунар облизала пересохшие губы. Кто же ее сдал с потрохами, выдав информацию, за которую можно было поплатиться головой?
Древний смотрел пристально, ожидая немедленного ответа, но пустой лести было недостаточно, чтобы соблазнить Лунар на преступление. Воровать воспоминания у беззащитных смертных в метро или автобусах, это одно. Совсем другое — целенаправленно охотиться за ними. Это гораздо меньше похоже на невинную шалость.
— Нет, — произнесла Лунар, откидываясь на спинку стула. — Исключено.
Древний прищурился недоверчиво, словно ослышался:
— Дважды я не предлагаю, сказал же. Или мне стоит найти кого-нибудь из твоих друзей, других пожирателей снов? Может быть они будут посговорчивее?
Лунар махнула рукой, отлично зная, что никто из ее друзей не станет сотрудничать с Древним. Пожиратели снов редко доверяли кому-то за пределами очень узкого круга. Такова жизнь — если тебя без конца шпыняют и проклинают, сложно довериться кому-то, а иногда и очень опасно.
— Валяй, — Лунар улыбнулась, отпивая из своей кружки. — Сообщи, если кто-то поведется на твои сладкие речи.
И тут же поняла, что совершила ошибку — недооценила Древнего. Совершенно забыла, что те всегда имеют козырь-другой в рукаве. И гость, наконец, достал свой.
Маленькая склянка, водруженная на стол, выглядела хрупкой. Лунар с недоумением уставилась на нее, пока не поняла, что сама склянка была только сосудом. То, что хотел предложить ей Древний, было внутри.
На дне плескалась капля янтарного цвета, круглая и юркая, будто ртуть. Она помимо воли притягивала взгляд, умоляла взять склянку в руки, чтобы рассмотреть поближе.
— Что это? — хмыкнула Лунар, но без былой уверенности. — Яд?
Древний тут же захлебнулся хохотом, булькающим и хриплым. По спине Лунар побежали мурашки — жуть какая!
— О, нет, милая. Это амброзия. Слышала о ней?
Лунар молча кивнула, не разжимая зубов. Об амброзии — настоящей, а не о медовом напитке, популярном среди Темных, — ходили легенды, ведь ее рецепт…
— Ее рецепт доступен только Древним, да и то — не всем, — вторил гость ее мыслям, глядя на склянку мечтательно и чуть жадно. — Люди многие тысячелетия мечтали заполучить амброзию, зная, что с ее помощью можно излечить любую хворь. Можно излечить даже смерть! Но для таких чудовищ, как ты, чья природа противоестественная и извращенная, она почти бесполезна. Почти.
Он впился в Лунар взглядом, ожидая ее следующего хода. Сама Лунар ощутила, как под ней трескается тонкий лед — следовало хорошенько продумать каждое слово и действие. С Древними шутки были плохи, а принцип “бесплатный сыр только в мышеловке” еще никогда не подводил. Потому она лишь стиснула зубы, процедив в ответ:
— Мой голод — не болезнь.
— Но причиняет тебе боль, верно? — вкрадчивый шепот ввинчивался в уши бархатом и шелком, подтачивал гранитный валун уверенности Лунар кусок за куском. — Я предлагаю тебе выход — поработай на меня и амброзия твоя. Тут и делать-то нечего! Разве для тебя красть воспоминания и сны не так же естественно, как дышать?
Злость обожгла горло, встала в нем острой рыбьей костью. Но что толку злиться? Лунар еще в раннем детстве поняла, что Темные Жители делятся на две категории: первые считают ее монстром, хуже падальщиков-гулей или кофейных вампиров; вторые же и вовсе предпочитают игнорировать ее существование. Первые ей нравились даже больше — они не лицемерили.
— Что будет, если я откажусь? — медленно, по слогам произнесла Лунар, утыкаясь взглядом в темное пальто гостя. Теперь, когда она смогла вглядеться пристальнее, стала видна его странная, дрожащая структура, и пуговицы в виде человеческих костей, от которых по рукам бежали мурашки. Лунар сглотнула, отводя взгляд — как бы сейчас хотелось оказаться где-нибудь подальше!