Убить демона, спасти короля

– Снова поднять налог? – подал возмущенный голос мэтр Вокр. – Тогда нам уже не демонов нужно будет опасаться, а своих же взбунтовавшихся крестьян!
Райли заметил Эвелину и, пока мэтры ругались между собой, закатил глаза: «Выручай!»
– Мэтр Вокр!
Эви протиснулась между мэтром Вокром и мэтром Лэром, которые напирали друг на друга: еще немного – и столкнутся лбами.
– Мэтр Вокр, я нашла для вас амулет!
  
– А? Что?
Тот наконец обратил внимание на королевского артефактора. Эви протягивала советнику коробочку и улыбалась.
– Амулет Ясноглаз, носите на груди, и за две недели зрение заметно улучшится!
– Благодарю, мейджи, – буркнул тот не слишком приветливо.
Во взгляде ясно читалось обычное: «Кто впустил сюда этого ребенка?»
– Наши разногласия обсудим завтра, – сдался мэтр Лэр.
Советники склонили головы перед его величеством и разошлись. Райли шумно выдохнул, на лицо вернулась добродушная улыбка. Он схватил Эви за руку и потянул за собой, ни слова не объясняя.
– Рай… Ой… Ты куда? Мы куда?
– Ко мне!
Коридоры были пусты, поэтому молодой король и еще более юный артефактор, позабыв о своем высоком статусе, побежали, взявшись за руки, как когда-то в детстве.
С грохотом захлопнув за собой дверь кабинета, они смеясь повалились на софу, которая была намеренно жесткой: никто не должен заподозрить правителя в праздности, когда королевство в состоянии войны. Некогда его величеству отдыхать, так, разве что присядет на секундочку.
Эви посмотрела на довольную физиономию друга. Как бы она ни любила Райли, следовало признать, что Карнаэлю не слишком повезло с правителем. Нет, он не был тираном или самодуром. Раулар был добрейшим парнем, но лучше бы он родился сыном горожанина, тогда бы оказался на своем месте.
Став королем в пятнадцать лет, Райли испугался и растерялся. Но все вокруг кинулись ему на помощь, оберегая юную неокрепшую душу. Совет Четырех готовил указы, где Райли всего и надо было, что поставить свою подпись. Адриан Соль приносил мальчику, в одночасье потерявшему родителей, успокаивающие капли. Марта Соль пекла для Райли свои необыкновенные булочки с кремом.
Пока Эвелина постигала в Академии премудрости магической науки, его величество вырос в красивого, умного, но легкомысленного человека. Свой титул он воспринимал как нечто несерьезное. Да и к чему напрягаться, когда есть мэтры? Они всегда подскажут и направят. Гвардейцы защитят от бунта. Королевский артефактор спасет от любой напасти. Где-то там, на границе с Ашхатаром, кипят сражения, и Райли честно собирался посетить линию фронта, поднять боевой дух воинов, но… дела отвлекли. Да и зачем соваться туда, где он ровным счетом ничего не смыслит?
Эвелина отвела темную прядь со лба Райли, а потом не удержалась и взлохматила ему жесткие волосы, которые и так растрепались от бега. Райли поймал ее руку и прижал ладонь к губам… За что и получил локтем в живот. Эви зашипела, потирая ушибленный локоть: еще неизвестно, кому больнее! Это раньше у пухлика Райли было мягкое пузо, а теперь его точно сталью залили. Тренировки с капитаном гвардейцев явно пошли на пользу!
– О-о, – притворно застонал Раулар, прикрыв глаза. – За что такая жестокость!
– Сам знаешь! – огрызнулась Эвелина. – Сколько можно! Эти слюнявые нежности, эти поцелуйчики! Фу, прекрати! А теперь я о тебя руку отбила!
Райли расплылся в удовлетворенной улыбке и, нимало не смущаясь, задрал рубашку, демонстрируя Эви кубики мышц.
– Неплохо, а? Потрогай, ну-ка!
– Не буду, вот еще!
– Ну давай, зря я, что ли, по три часа гоняю старика Бэрри по полосе препятствий!
– Ты гоняешь? – хихикнула Эви, которая однажды наблюдала, как капитан гнался за Рауларом и лупил его по спине жердью.
Но все же благосклонно ткнула кулаком в каменный живот.
– Силен! А зачем ты меня позвал в кабинет? Ведь не для того, чтобы пальцы мне облизывать?
– Эви, когда ты уже повзрослеешь! Ладно, я хотел показать тебе артефакт…
– Артефакт? – вскинулась мейджи. – И ты только сейчас мне об этом говоришь? Где ты его взял? Что тебе о нем известно?
– Тихо-тихо, морковка, разошлась…
Райли бодро вскочил на ноги и направился к столу, где среди разбросанных бумаг, поломанных перьев и крошек печенья лежал черный кожаный футляр.
– Когда я вернулся после казни той рогатой твари, меня уже поджидал вестник. Представился посланником короля Верикии – Сигизмунда Большеротого. Так, где-то здесь завалялось письмо…
Райли принялся рыться в смятых листах, но найти что-либо в этом хаосе оказалось непосильной задачей.
– Ладно, так скажу. Старикан Гиз созрел для того, чтобы начать подыскивать достойного жениха для своей дочери, в этом году ей исполнилось восемнадцать.
Эвелина отлично помнила Сигизмунда Большеротого, который частенько наведывался с визитами в Карнаэль. Помнила и капризную тощую принцессу Гизеллу, которая висла на Райли, требуя, чтобы он поочередно изображал то принца, то коня, то дракона. «Так нечестно, – пыхтел Раулар, ползая на четвереньках по мраморным плитам гостиной. – Почему всегда я должен быть конем? Или драконом? Побудь и ты для разнообразия конем!» На что Гизелла невозмутимо отвечала, что она, мол, девица в опасности, ее следует спасать. Потом пришла Эви, сообщила, что она черный маг, и испепелила всех смертельным огнем. «Все, он убит! – сказала она принцессе, обиженно надувшей губы. – Вот так бывает в жизни!» И утащила счастливого Райли за собой.
– О, отлично! Давно пора задуматься о женитьбе, – притворно обрадовалась Эви, а про себя подумала: «Бедный Райли!»
Райли скривился так, будто отведал прокисшего молока.
– Но при чем здесь артефакт?
– А при том, что это подарок – приглашение на смотрины.
Да, такой обычай существовал в некоторых королевских семьях. Эви не удивилась. Все выглядит вполне невинно. И все же она как королевский артефактор должна первой взять в руки магический предмет, исследовать его на темные и тайные заклятия, удостовериться, что опасности нет, и лишь потом отдать правителю.
Она подошла к Райли и встала по правую руку. Как же вытянулся этот пухляш! Бывший пухляш… Макушка Эви с трудом достигала его плеча.
– Давай, посмотрю!
Раулар должен был отдать ей футляр, но любопытство взяло вверх, он нажал на неприметную защелку, крышка откинулась, явив взгляду великолепный алый рубин в мужском перстне. Эви как завороженная уставилась на камень. А Райли, не успела она и глазом моргнуть, вынул перстень и надел его на палец.
Потом она не раз прокручивала в памяти этот момент и думала над тем, был ли у нее хоть один малюсенький шанс все изменить. Ясно, что артефакт зачаровали так, чтобы отвлечь внимание, лишить воли, пусть даже на несколько секунд. Но нельзя было позволять Райли открывать коробку! Эх, Эви-Эви, как же ты могла так опростоволоситься!
Рубин вспыхнул алым, сияние потекло по руке короля, впиталось в кожу. И все так быстро – между двумя биениями сердца!
– Райли! Ты как? Все хорошо? Что ты чувствуешь? – Эвелина начала тормошить замершего на месте друга. – Райли, не пугай меня!
– Я… не собираюсь тебя пугать… – прозвучало глухо, незнакомо, тяжело, будто Раулар ворочал во рту камни. – Я…
Он повернул голову и посмотрел на Эви в упор. С лица Райли глядели темные глаза демона с вертикальными щелями зрачков.
– Я… собираюсь… тебя… убить…
И в следующую секунду сильные руки короля сомкнулись на тонкой шее Эвелины.
Ноги Эвелины оторвались от пола, она забила ими в воздухе. Одна туфелька сорвалась и отлетела в сторону. В висках пульсировала кровь. Эви не могла поверить, что это происходит с ней на самом деле.
– Райли… – беззвучно прошептали губы.
Это был не Райли. Темные глаза смотрели с холодной ненавистью. Счет шел на мгновения, а испуг уже украл у королевского артефактора несколько бесценных секунд. Вместо того чтобы вспомнить, чему ее учили на практикуме по боевым магическим искусствам, Эви повела себя как обычная перепуганная девчонка: пыталась разжать пальцы, схватившие ее за горло. Пальцы словно были сделаны из металлических прутьев.