Крылья для двоих. Развод (СИ)

– Нет, хоть он и настаивал поначалу… Не нужна я ему, Лид, – с колючей обидой в голосе произносит Дарина. – Пусть общается с ребенком и… хватит ему.
– Может, все еще наладится?
– Если мужик не хочет расставаться, он не отпускает. Держит при себе крепко. И всеми поступками доказывает, что ты для него – все… Весь мир, вселенная. Все, блин. А Павлик позволяет своей маме меня обижать.
  
– Ты только не плачь, Дари. Пожалуйста. Ты говорила с ним?
– Ох, Лидочка… Кажется, Тимур нас заждался. Давай потом поболтаем? Но я до смерти устала от всей этой нервотрепки. А рыжуха ждет, когда я устану и сдамся…
– Хорошо. Я приеду к тебе в гости, и поговорим. Дарин, а ты не знаешь женщину по имени Таисия Волошина? Она работала в родильном отделении, только это было очень давно.
– Нет, не знаю, – немного успокоившись, отвечает она.
Мы подходим к Тимуру. Он отрывается от экрана смартфона и окидывает нас задумчивым взглядом.
– Вадим Семенович ответил. Таисия числится пропавшей без вести с тех пор, как продала квартиру. Он своего товарища из органов попросил помочь, тот влез в полицейскую базу. Она ничего не покупала и нигде не прописывалась.
– Кошмар просто… Может, она отдала деньги Волгиной? Только за что? Нет… Что-то тут неладно.
– Идемте в архив. Вдруг найдете какую-то зацепку? – предлагает Дарина.
  
Глава 55
 
Лидия.
В архиве пахнет пылью и бумагой. Сюда долгие годы стекались документы из фельдшерско-акушерских пунктов, поселковых больниц и мобильных станций скорой помощи. Помню, как нас – школьников младших классов – водили сюда учителя истории. Рассказывали о самой старой и большой городской больнице.
– Здесь во времена войны госпиталь был. Прямо во-он в том крыле, – протягивает неповоротливая старушка.
– А архив… Его ликвидировали? – интересуется Тимур.
– Больницу построили в тысяче девятьсот пятнадцатом году. С тех пор, конечно, кое от чего избавлялись. Но документы последнего пятидесятилетия… Вон они, целехонькие все, – стучит она сухенькими пальцами по стеллажам.
– Нас интересует Таисия Волошина. Вот ее данные, – протягивает Тимур листок.
– Волошина. Посмотрим. Сейчас же все на компьютере. Дайте-ка мне глянуть…
Она ловко вбивает данные в поисковую строку архивной базы. Тимур берет мою ладошку и слегка ее сжимает… По венам расползается его тепло и покой…
Я готова до ночи ходить и искать ответы на вопросы. Лишь бы он был рядом…
– Есть такая. Посмотрите, она? Я и дело могу найти, если вам оно нужно…
– Лида, Дарина, посмотрите, она родилась в поселке Аграрный. Работала не здесь, а в третьей клинической. А почему база той больницы находится здесь?
– Архив городской. Сюда много чего привозят, – прищуривается старушка.
– Там и родильное отделение имеется. Вот бы узнать, где родился Ростислав? Лида, Волгины тебя в воскресенье ждут?
– Да. Свекровь я о таком спрашивать не буду.
– Не вздумай. Спасибо вам большое. Можете распечатать все это? – просит ее Тимур.
Дарина возвращается на рабочее место, а мы с Тимом бредем к машине. Уже вечереет. Солнце рассыпает малиново-желтую пыль над городом, щедро сдабривает ею верхушки деревьев и ощетинившиеся антеннами крыши домов.
– Я могу уехать отсюда на такси. А мама сама доберется, – протягиваю, почувствовав усталость.
– Лид, я хочу, чтобы ты осталась у меня. Пожалуйста… Мне это сейчас так нужно, если бы знала.
В его голосе столько мольбы… Во взгляде – тепла и страсти, невысказанных слов… Мы как дети, ей-богу… Сомневаемся, боимся ошибиться. Оба раненые и осторожные…
– Ты уверен? Я тебе не надоела за весь день? – улыбаюсь я.
– Нет. Иначе не предлагал бы. Все эти поиски вытрясли из меня душу…
– Зачем ты помогаешь мне, Тим?
– Потому что, – улыбается он. – Я за справедливость, Лид. И потому что это касается тебя.
Мама даже не спрашивает, останусь ли я у Тима или поеду домой? Целует на прощание Маришу, гладит меня по голове и всматривается, пытаясь угадать эмоции, но… Я их научилась прятать.
– Пока, мамуль. Я утром приду.
– Как ваши поиски? Все получается? – интересуется она, обуваясь в прихожей.
– Не очень. Но мы стараемся. Поедем завтра и продолжим.
– Я плов с булгуром приготовила. Кушайте, мои хорошие. Завтра приду.
Тимур накрывает на стол. Нарезает помидоры и огурцы для салата, сдабривает его ароматным маслом. Обнимаю притихшую Маришку, наблюдая за этой картиной. Слабачка ты, Лида… Ведь готова была согласиться выйти замуж «из-за Мариши»… Ухватиться за любую возможность быть с ним рядом.
– Садись, Лидочка. А я Маришу подержу. Иди к папе, малышка?
– А она с нами посидит. Ты тоже садись, Тим.
Ну, прямо настоящая семья – дружная и счастливая. Маришка шумно тянет сладкий чай из блюдечка, а мы с Тимуром ужинаем, украдкой друг на друга поглядывая…
– Лидусь, тебе звонит… свекровь, – касается моего плеча Тим, когда я складываю посуду в раковину.
– Боже… Может, она что-то знает? Ответить?
– Да. И ничего не бойся.
– Слушаю, Елена Васильевна, – отвечаю, вкладывая в голос твердость и спокойствие.
– Добрый вечер, Лида. Можешь завтра явиться к нам.
– А как же…
– Нам удобно завтра. В воскресенье мы семье планируем поехать в область.
– И… И Ванечка поедет? Я могла бы посидеть с ним, пока вы будете в отъезде.
– Обсудим завтра. Ждем тебя к девяти.
Сердце в пляс пускается от радости… Я визжу и крепко обнимаю Тимура.
– Интересно, они не в поселок Аграрный собрались? Как бы узнать, Лидочка? – целует он меня в щеку. – Я рад, что ты увидишь сына.
– Узнаю. Я прямо спрошу, вот и все.
  
Глава 56
 
Лидия.
Сердце от счастья того гляди из груди выскочит… Сегодня я увижу сына. Интересно, он меня не забыл? Вспомнит маму или… Даже думать не хочу об этом. Как с ним обращаются? Хорошо ли кормят? С кем он спит? Господи, вот как не засыпать Елену Васильевну вопросами?
Я ведь просто не смогу… Молчать и проглатывать все. Делать вид, что не замечаю… А, вдруг он похудел? Или покрылся сыпью? Или…
Вопросы теснят грудь. Стараюсь успокоиться, отдышаться… Тимур уехал на работу с рассветом. Мама возится с Маришей, стараясь меня не дергать. Кручусь пред зеркалом, мысленно подгоняя время… Только разве это что-то решит?
– Дочка, садись завтракать. Не надо идти голодной. Да и мало ли чем они тебя накормят? Не доверяю я Волгиным.
– Мам, они не будут меня травить, – отвечаю, в сотый раз расчесывая волосы.
– Кто их знает? Как бы узнать при их поездку? Если это Аграрный, значит, едут к Волошиной. Нечисто там все… Ох…
– Мам, постараюсь расположить Елену Васильевну. Прикинусь белой и пушистой. Она утратит бдительность и начнет мне доверять.
– Не такая она и глупая, чтобы на такое вестись. Будь осторожна, дочка.
Вызываю такси и лечу к Ванюшке будто на крыльях. Сердце трепещет, на глаза слезы наворачиваются. Только бы в обморок не грохнуться…
Водитель странно на меня косится, когда я выпрыгиваю из машины… Дрожащими пальцами жму на кнопку домофона и хриплю в динамик:
– Это я, Лида.
Никто не отвечает. Лишь калитка клацает и со скрипом распахивается. Во дворе все по-прежнему. Опавшие листья разноцветным ковром укрывают дорожку, в песочнице валяются пластмассовые формочки, покачиваются от порывов ветра качели. Пахнет переспевшими сливами и виноградом. Все такое знакомое, но уже чужое…
  
Открываю дверь, встречаясь взглядом с сыном… Ванечка удивленно распахивает глазки и застывает… Не узнал все-таки? Боже, только не это…
– Ванечка, родной. Ваня, – всхлипываю, присаживаясь на колени и распахивая объятия.