Между добром и злом. Том 5

— Насколько мне известно, вам сообщили о произошедшем буквально через полторы минуты, как было обнаружено тело, верно? Каковы были ваши действия? — спросил Кондрат.
Мужчина напротив не уступал по габаритам самому Кондрату. Крепкий, статный, с седеющей бородой, которая доходила до шеи. И смотрел на Кондрата он скорее снисходительно, считая его не более чем гражданским, который ничего не смыслит в военном деле. Может быть он и прав, однако речь шла об убийстве, а не о боевых действиях.
  
— Мы тут же бросились к дому, чтобы схватить убийцу, — произнёс он.
— А охрана стен? Периметра? — уточнил Кондрат.
— Убийца был внутри, в доме. Мы окружили дом и начали очень быстро прочёсывать его по этажам. Заглядывали даже под кровати и в сундуки. Но мы бы и так никого не нашли, ведь убийца была служанкой.
— То есть периметр вокруг поместья никто не держал, я верно понимаю? ­ уточнил Кондрат.
— Охрана всегда есть. У ворот, по двое около каждой стены. Парочка у конюшни…
Иначе говоря, через такую охрану даже хромой сможет проскочить. Учитывая размеры поместья, двое человек на стену, где не изобрели ещё камер, было катастрофически мало.
— Вокруг дома была охрана? Или все бросились внутрь? — спросил Кондрат.
— Вокруг дома была, — кивнул тот. — Мы его окружили, чтобы никто не смог выйти. Мы же не в первый раз этим занимаемся.
Но первый раз ловят убийцу.
Когда Шейна вышла из комнаты, убийцы уже не было. Когда поднялся слуга, то граф успел умереть, а девушка попытаться наложить повязку. То есть до того момента, как подняли тревогу, прошло время. Достаточно времени, чтобы убийца успел покинуть само здание, спрятаться где-то на территории, а потом, когда все бросились в дом, просто прошмыгнуть через забор мимо редкой охраны.
Но вновь никаких доказательств. Дело всё больше походило на то, где всё уже решено, и даже при всех нюансах, картина складывалась не самой привлекательной. И Кондрата за это время в первый раз посетила мысль — а не убил ли графа кто-то из находящихся в доме?
  
Глава 9
 
Кондрат ещё раз вернулся на чердак и внимательно его осмотрел. Что он искал? Кондрат и сам не мог ответить на этот вопрос, но был уверен, что если увидит это, то сразу поймёт. За ним, не отставая, шла Зей, не отставая ни на шаг и внимательно наблюдая за каждым его движением.
— Значит… убийца прятался здесь? — тихо спросила она.
— Предположительно.
— А что мы ищем?
— Не знаю, — пробормотал Кондрат, оглядываясь.
— Но как мы можем искать то, чего не знаем? — удивилась она.
Он вздохнул, обернувшись к девушке. А если быть точнее, то уже к своей жене.
— Представь на мгновение, что тебе… надо что-то отрезать, а ножниц под рукой нет, — предложил он.
— Это тонкое или толстое? —­ спросила сразу она.
— Пусть будет тонкое…
— Перекушу, — тут же последовал ответ.
— Оно твёрдое. Его так просто не перекусишь, — добавил Кондрат.
— Ну… А его можно перепилить? — задумчиво спросила Зей.
­— Да.
— А перерезать?
— Да.
— Я перетру его зубами, — сразу определилась она с решением.
Да что её так тянет что-то засунуть в рот?
— Нет, зубами нельзя, — добавил он.
— Почему?
— Пусть… пусть у тебя их не будет.
— Но мне шестнадцать. У меня хорошие крепкие зубы.
Контраргумент был, конечно, от бога, тут даже и не поспоришь. Он хотел привести пример, что пока она не бросит взгляд на нож или что-то острое, то не додумается, как это сделать, но у девушки был свой ответ на все вопросы — вцепись в это зубами. А ведь есть такой слегка раздражающий тип людей, который может испортить любой твой пример. И, судя по всему, Зей если не относилась к ним, то была очень близка…
А может он просто очень хреновый наставник, который даже объяснить нормальное не может.
— Ладно, — сдался он. — Давай иначе. Ты видишь верёвку…
— Которую перегрызли?
— Нет. Зубы ни причём. Ничего не перегрызено, — уже жёстче произнёс Кондрат, заставив ту как-то слегка сжаться. — Ты видишь перерезанную верёвку. Ты не знаешь, как её перерезали. Но рядом видишь осколок стекла. Что ты подумаешь первым делам.
«Только не говори, что её перегрызли», — взмолился он про себя. И девушка будто услышала его, а может просто была не настолько глупой, как начала ему уже казаться.
— Её перерезали осколком стекла.
— Именно, — щёлкнул пальцем Кондрат. — Не увидь ты стекло, ты бы не догадалась, как это сделали. Не поняла бы. Однако едва ты поймала взглядом стекло, как сразу поняла что к чему. И сейчас мы занимаешься тем же. Едва на глаза попадётся улика, ты сразу поймёшь, что это именно то, что ты искала — ответы на все вопросы.
— Понятно… — протянула она.
Но как бы Кондрат не обыскивал это место, ответа на свой вопрос он так и не нашёл. Здесь было чуть ли не стерильно чисто — Кондрат провёл пальцем по ящикам и не нашёл на них пыли. Здесь недавно убирались, это точно.
Отсюда можно сделать следующие варианты развития событий:
Первый — убийца перемахнул через забор вечером, добежал до дома, убил и ушёл, что несколько сложно, и он точно должен был знать, когда и где поджидать графа.
Второй — убийца залез в дом заранее и начал выжидать нужный момент. А сподручнее всего было прятаться именно на чердаке, чтобы иметь быстрый выход к кабинету графа и наблюдать, когда тот выходит. А потом быстро ушёл, пока поместье просыпалось на тревогу.
Третий — убийца кто-то из находящихся в доме. И он знал и дом, и расписание графа, а после убийства быстро ушёл и сделал вид, что был у себя.
Это три самых очевидных варианта. А теперь, какой из них самый вероятный?
Первый — самый рискованный. Это надо быстро пролезть, быстро добраться до места, точно зная, где искать графа и так же быстро уйти. Поймать прямо-таки нужное время и в нужном месте, чтобы напасть, а потом так же скрыться. Это возможно, вполне себе возможно, Кондрат не отрицал, однако всё равно рискованно и сложно.
Со вторым всё было тоже непросто. Он несколько сложнее, однако позволит затаиться и поймать тот самый момент. Но если убийца залез на чердак заранее, то ему надо было в туалет тот же ходить. Даже если допустить, что он забрался в утро того же дня и выжидал, следя за графом, следы так или иначе бы остались, а значит их бы обнаружила охрана при осмотре дома или слуги при уборке. Если только кто-то из них не в деле.
И третий вариант — кто-то в доме сам убил графа. Просто взял, убил, после чего просто ушёл к себе и сделал вид, что только проснулся, попутно уничтожая улики. Это самый просто и очевидный.
Пока Кондрат раздумывал, Зей тихо спросила:
— Я… я не хочу отвлекать, но… почему на графа напали именно около кабинета, а не в нём?
— Потому что убийца знал, что в кабинете незаметно напасть будет сложно. И если он вломится, то пока пересечёт кабинет, тот успеет поднять тревогу. Подловить его в коридоре было более безопасно, как бы это не звучало.
Значит так, если бы были какие-то следы на втором, их бы нашли, а значит его, как бы он красиво не выглядел, можно вычёркивать. Остаётся первый и третий. Охрана уверяет, что никто не покидал территории поместья, но они могли пропустить его. И третий — кто-то из дома и есть убийца. Нужно как-то подтвердить одну из версий. А это надо вновь возвращаться к слугам и внимательно опрашивать каждого, да только…
— Кондрат, если мы закончили, может ещё прокатимся? — робко спросила Зей.
Он бы здесь, конечно, сидел и сидел, однако девушка требовала внимания. Всё-таки пригласить, а потом заставить сидеть с ним и слушать показания — это вряд ли именно то, на что она рассчитывала. Так что пришлось покинуть поместье не солоно нахлебавшись.
  
И тем не менее кое-что стало понятно. Убийца был или внутри поместья изначально или прибежал, убил и убежал. И если откинуть первый вариант, как самый сложный, то можно было предположить, что убийца всё же среди тех, кто был в поместье.