И пришел Лесник! 14 (СИ)

— Давай.
— Пацаны понять не могут, ваша знакомая Немезида… как она так смогла залезть на высотку и вообще? — к нам подошли ещё бойцы.
— Она киборг. Знаете, что это? От её родных органов осталось только туловище и голова. Но я вам этого не говорил. Руки и ноги у неё из спецсплава. Она может их трансформировать во что угодно. На выпускных «экзаменах», по её словам, она убила тридцать вооружённых муров. Вместе со станковым пулемётом. Так что не злите её, в остальном она просто душка. И дружит с папашей Кацем, — добавил я, покосившись на Лиану.
— Фига се. Мы как увидели, что она вытворяет, охренели! А стрелок ведь рассчитывал свалить.
— От Немезиды почти невозможно уйти. Она профессиональная убийца посланная внешниками за мной, но так получилось, что нам удалось перевербовать её.
— Это точно?
— Точно, можете не беспокоиться. Она с нами. Командир, пусть здесь всё осмотрят. Важна каждая мелочь. Возможно, найдёте неизвестные приборы, только соблюдайте максимальную осторожность.
— Постараемся, Лесник.
— Хорошо, тогда мы поехали на базу.
Через полчаса мы входили в пыточную, хотя знахарь просил называть её знахарской, но она точь-в-точь была похожа на пыточную. Прочно привязанный клиент уже расположился в кресле. Рядом стоял Немезида и молча смотрела на него сверля взглядом. Изя мыл руки в умывальнике.
— В сознании? — кивнул я на стрелка.
— Да, локоть я ему починил, — ответил папаша Кац и тут же строго добавил, поворачиваясь к стрелку, — но могу и заново сломать, если будешь баловаться. Он смирный. — Добавил знахарь.
— Отлично, тогда пропустим предварительные ласки. Как тебя зовут?
— Логопед, он шказал что вы не будете пытать меня, — ответил стрелок.
— Вы ему что и челюсть свернули заодно? Почему так странно говорит?
— Шепелявлю я, — пояснил стрелок.
— Ты обаяшка, решил поболтать с нами. Жень, можно я ему яйца отрежу? — Лиана взяла со столика большие ножницы наподобие садовых секаторов.
— Что толку? — буркнула Немезида. — К утру отрастут. Они быстрее всех вырастают, я уже пробовала. Лучше уж ногти дёргать, мелочь, а приятно.
— Слыхал? — я подошёл к стрелку. — Отдам тебя им на часок, а сам пойду поужинаю. Вернусь, продолжим. Пойдём, Изя хлебнём за упокой Штопора, этот гондон нашего друга укокошил.
— Штопора? — папаша Кац видел его один раз на пьянке, но они нашли общий язык. — За это я с него шкуру живьём сниму.
— Не надо! Я не могу терпеть боль! Я не знал, что это ваш Штопор! — воскликнул стрелок.
— Шо ви гаварите? Вы-таки попали по назначению. Здесь как раз любят причинять боль, — свирепо прорычал Изя Кац. Лиана еле сдержала смех.
— Стоп. Мы не будем тебя пытать, если ты ответишь на мои вопросы. Первый, когда о тебя ждут доклада по операции? — я подошёл к нему ближе. Мужчина в кресле был моей комплекции.
— До дешяти утра, — быстро ответил он.
— Как ты должен доложить?
— Позвонить куратору. Он штоит над тремя ячейками. Это он мне шказал убить Тату. Приказал!
— Каким образом? Ты же сидел наверху? — удивилась Лиана. — У тебя с собой была рация?
— Нет. Да. У меня ешть передатчик внешников, но работает ш телефонами, — в ужасе переводя взгляд с меня на Лиану с ножницами пробормотал стрелок.
— Немезида, что у него было с собой?
— Винтовка, по всей видимости с орбиты, — Немезида вытащила из-за тумбочки короткоствольную винтовку, по длине чуть короче ППШ. Внешне она копировала пустынный камуфляж и имела прицел по типу нашего оптического.
— Оппаньки! — Лиана быстро заграбастала оружие и стала его вертеть в руках. — Разблокированная?
— Блок шнят, — проводив печальным взглядом винтовку ответил Логопед. — Штреляет чем угодно, я шариками из подшипника. Элетричешкая.
— Я припоминаю нечто подобное, теперь понятно, из чего ты стрелял. Я повесила тряпку в районе их встречи и видела, как поднялся ветер над улицей. А этот, — она ткнула кулаком в бок стрелка, — тем не менее в сумерках при сильном боковом ветре попал в голову Штопора с трёхсот метров. В принципе ничего особенного, но наверху ветер был ещё сильнее, я видела, как сдувало цементную крошку с крыши.
 
— Не знал я что это ваш Штопор, а ветер ей нипочём, — быстро ответил Логопед.
— Вот ещё у него было, — Немезида протянула мне чёрную пластину размером с пачку сигарет.
— Это что?
— Передатчик и приёмник. Ш помощью него мы можем общатьшя с куратором и между шобой по телефону. Доштаточно положить рядом ш аппаратом.
— И всё?
— Вшё. Сигнал не отшлеживаетшя. Звонок шканирует шеть и шоединяется с таким же уштройштвом.
— Почему ты убил Тату и нашего сотрудника? — Лиана щёлкнула секаторами возле его паха.
— Тата позвонила и попрошила прикрыть её. Я шказал, что это ловушка. Но она шлушать ничего не захотела. Тот парень, что шидел у вас её жених.
— У Таты был жених? — глаза Лианы поползли на лоб. — Она же блядь конченная.
— Он знает, знал. Но вшё прощал ей.
— Дебил, понимаю случайную измену можно простить, но такое. А, Жень?
— Жуть, — согласился я. Похоже она Наташу вспомнила. — Систематическая лечится только оскоплением.
— Убил то зачем? — спросил папаша Кац.
— Перед тем как ехать на мешто мне позвонил куратор и шказал, что из той ячейки никого в живых уже нет. Так что тот, кто придёт на вштречу подштавной и его надо убить. И чтобы вы не шхватили Тату, то и её тоже.
— Так-так. Всё же ты знал, что человек от нас придёт, — я погрозил ему кулаком и задумался. Протекло и довольно быстро. Куратор сам мелкая сошка. Знали о том, что все мертвы только мои и несколько случайных людей. Оперативники? Кто имел доступ к телефону, кто выходил за ворота базы? Сорок рыл, пока их всех проверишь. Снайперши отпадают, они позже появились. Или ещё есть те, кто знал, что в тюрьме никого такого нет, что косвенно даёт понять в ячейке все мертвы. Например, Утюг или Терентий. — Кому ты звонил, после звонка Таты?
— Куратору. Он шказал подождать у телефона пять минут. Перезвонил и шказал, что никого в тюрьме нет. Я пыталшя дозвонитшья до бара, но, когда дозвонилшя она уже ушла. Перезвонил куратору, он шказал валить вшех.
— Как вы звоните с помощью этой штуки? — Лиана вертела в руках пластину.
— Обычный номер шесть цифр, а мы набираем шемь. Коробочка шама шоединяет наш по телефонным проводам.
— Говори все номера какие знаешь, — потребовал я. Он назвал четыре номера. Куратора, Таты, своего водителя и ещё один экстренный.
— Почему твой водитель тарг? — спросила его Лиана. — Что вас связывает. И только не ври, что любишь зверушек.
— Куратор приказал шотрудничать ш ними. Они любят работать водителями, — бесхитростно ответил Логопед. По-моему, он был недалёкого ума и так запросто всё рассказывал почти без принуждения, что я всё больше переставал верить ему.
— Любят работать? — по буквам повторил я. — Тарги? Они же заражённые, не припомню чтобы они спешили к девяти утра на работу.
— Они возят бензин, я больше ничего не знаю. Они хорошо водят автомобили. Работают двенадцать чашов через двое шуток, — прошипел стрелок.
— Почти все водители бензовозов работают по таком графику, — в комнату зашёл Бацилла. Я разрешил пропустить его часовому, когда она появится.
— Надо будет трясти доставщиков. Что-то неладное там творится. И нападения таргов происходит с южной стороны.
— Теперь, Логопед расскажи, как вы раньше снайперами работали.
— Я шамый молодой в ячейке. Я вшего три раза штрелял.
— Ври больше, товарищ знахарь, наверное, нам всё-таки понадобятся ваши услуги, — строго сказал я.
— Слушаюсь, товарищ полковник. С чего начнём-с? — с готовностью произнёс Изя, как будто ждал этого всю жизнь.
— Женя, разреши я ему яйца сперва отрежу? — начала ныть Лиана. А ведь какая мышка была серенькая пока над ней Изя не потрудился. Раскрыл называется чакры.
— Откуда такие садистские наклонности, дорогая?
— Очень хочется, — призналась она.