Дикая река (ЛП)

Я был рад, что она согласилась. Когда Катлер об этом заговорил, я по ее глазам понял — ей тоже хочется поехать.
— Так что у вас там вообще происходит? — спросил Нэш, разглядывая меня.
— Ничего у нас не происходит. Она — дочь Лайонела. Половину времени терпеть меня не может. И она здесь только до тех пор, пока Лайонел не выйдет из больницы, — пожал я плечами. Вроде как правда… если не считать лучших двух чертовых минут в моей жизни. Нужно было срочно сменить тему, пока они не поняли, что к чему. Я не собирался рассказывать, что случилось, потому что если Руби узнает, что я проболтался, она мне, не раздумывая, отрежет хрен. — Как там Сейлор? Она надолго вернулась?
  
Сейлор Вудсон была младшей сестрой Хэйса. Она только что закончила колледж и вернулась домой прошлым вечером, и он уже начинал волноваться, чем она займется. Он всегда был чересчур опекающим по отношению к ней, и я это понимал. Мы все были такими, когда дело касалось тех, кого мы любили.
— Да. Сейчас живет у меня, и на неделе обедает с Деми — будут обсуждать бизнес-идеи, — Хэйс провел рукой по волосам — явный признак того, что он волнуется.
— Хорошо, что она с тобой. Ты давно не говорил о своей матери, и я ее не видел. Все в порядке? — спросил Ромео.
— Она снова с Барри. Так что я держусь подальше. И, к черту, не хочу, чтобы Сейлор снова влезала в это дерьмо.
— Ты знаешь, что мы рядом. Если Сейлор понадобится место или помощь — всегда поможем, — сказал Кингстон. Этот парень редко бывал серьезным, но мы все знали, через что прошли Хэйс и Сейлор, и над этим шутить не стоило.
— Я знаю. Часть меня надеялась, что она не вернется, хоть я и безумно скучал. Просто хочу, чтобы она была умной, понимаешь?
— Она умная, брат. Все будет нормально. Мы все за ней приглядим, — сказал Нэш, и Ромео с Кингстоном кивнули. Я тоже.
— До конца. Братья навсегда. Верность превыше всего. Мой друг навсегда, — произнес я. Это был наш девиз. Слова, которыми мы жили с детства.
— Всегда, — сказал Кингстон, скомкал обертку от сэндвича и с легкостью метнул ее в мусорку на другом конце комнаты. — Рад, что Сейлор вернулась. Соскучился по ней.
— Ага? Ну так она уже совсем взрослая, так что держи свои грязные лапы при себе, — приподнял бровь Хэйс, и мы все рассмеялись.
Сестры были под строгим запретом. Неписаное правило. Но особых проблем с этим не было, потому что только у Ромео и Хэйса были сестры. Сестра Ромео, Тиа, была слишком молода — она только в этом году уехала в колледж. А Сейлор была ровесницей Ромео, то есть ненамного младше нас, но она всегда была тихой, и мы все воспринимали ее как младшую сестру. Не говоря уже о том, что она жила у нас, когда у нее в семье начался полный бардак. Я тогда был в Fresh Start, но она с Кингстоном сильно сблизились за то время. И я был благодарен, что они были друг у друга, когда проходили через все это дерьмо.
— Эй, ну не смотри так на меня. Я вообще не из тех, кто заводит серьезные отношения, — сказал Кингстон, игриво двигая бровями.
— Вот именно. Она встречалась с каким-то мудаком в колледже, которого я терпеть не мог, и единственный плюс ее возвращения — что она, наконец, вырвалась из того говна. Так что, если будешь присматривать за ней — то только присматривать. Без всяких там взглядов, понял? — Хэйс снова прищурился и уставился прямо на Кингстона.
Мой младший брат был самым заядлым бабником из всей нашей компании. Он обожал женщин, а они — его. Но уровень концентрации у него был как у ребенка, наевшегося сахара, так что когда он говорил, что не из тех, кто оседает, он определённо не врал.
И с Сейлор у него была особая связь — он бы никогда не рискнул разрушить это, переступив черту.
— Мужик, ты же знаешь меня, — сказал Кингстон, положив руку себе на грудь. — Я бы никогда не полез туда.
— Знаю, — кивнул Хэйс. — Я просто прикалываюсь. Что еще нового?
— Ты все еще собираешься взять на работу брата Деми, когда он вернется в город? — спросил Нэш, глядя на Ромео.
— Ага. Слэйд каждый день выходит на связь и показывает, что настроен серьезно. Я готов дать ему шанс, но все зависит от него — сможет ли он держаться чистым.
Брат Деми, Слэйд, раньше был нашим врагом. Он позволил Ромео и мне взять на себя вину за то, что на самом деле сделал он. То, что тогда случилось, изменило нашу жизнь. Но у жизни своя ирония — все со временем разворачивается по кругу. И теперь семья Кроуфордов больше не враги. Между отцом Деми и Ромео по-прежнему не было особой любви, но все остальные члены ее семьи приняли его как своего.
Черт, они приняли всех нас.
— Ради Деми надеюсь, что у него все получится, — сказал я. — Она его любит, и я знаю, ей было бы важно увидеть, что он берется за ум.
И тут все на меня вытаращились.
— Охренеть. Никогда бы не подумал, что доживу до момента, когда Ривер станет мягким, — усмехнулся Ромео.
— Мягкости тут ни грамма, брат, — фыркнул я со смехом. — Я больше не могу его ненавидеть, раз уж ты с Деми.
— Просто признай, что под всей твоей мрачностью прячется доброе сердечко, — подмигнул Кингстон, поднимаясь на ноги. — Ладно, мы с Нэшем обратно на стройку. Вам, придурки, тоже пора работать.
— А мне нужно проверить, не сидит ли Кэсси до сих пор в углу и не плачет, — простонал я, направляясь к выходу.
— Она плакала в углу, когда ты ушел? — Нэш покачал головой.
— Брат, она вообще причина всей этой херни. Впускает всех подряд, а потом ревет, когда Джимбо-мудак устраивает сцену. Я тебе не терапевт. У меня нет времени на это дерьмо.
— Напомни себе, что ее мама — причина, по которой у Грэмми вид на сад, — напомнил Кингстон, будто я сам себе это уже не твердил десять раз за день. Именно по этой причине Кэсси все еще работала у меня.
— Спасибо, Гений. Я в курсе. Все равно считаю, что тебе стоит взять ее в RoD Construction. Мое время с ней давно вышло, — скрестил я руки на груди. Кингстон с Нэшем владели Ride or Die Construction — названием, которое мы придумали еще в детстве, и которое теперь стало реальной компанией.
— Ни в коем случае, — перебил Нэш, указав пальцем на Кингстона. — Этот идиот постоянно нанимает кого ни попадя, у нас людей больше, чем нужно. Это уже перебор.
— Извини, что миссис Пинкертон попросила о работе. Глэдис — подруга Грэмми, и, по-моему, справляется отлично, — начал оправдываться Кингстон.
— Ей, мать твою, восемьдесят пять лет, и ты нанял ее в прорабы, — Нэш покачал головой, как будто не мог поверить в происходящее, а я с трудом сдерживал смех.
— У нее хороший глаз, — не сдавался Кингстон.
— Она практически слепа, придурок. Я повез ее на стройку к Смитам, и она смотрела в другую сторону, когда сказала, что все выглядит — он сделал воздушные кавычки — «отлично».
— Ах, Глэдис — моя девочка. Золотое сердце. И лучший персиковый кобблер на свете, — похлопал Кингстон Нэша по плечу.
Нэш перевел взгляд на меня и ткнул в мою сторону пальцем:
— Кэсси остается у тебя. Больше никаких «пристроенных» от твоего брата.
Мы рассмеялись, и я дал кулачки каждому, прежде чем отправиться обратно в офис.
Мне нужно было выдохнуть. Я все еще был зол, но немного остыл.
Когда я открыл дверь, внутри было тихо и за это я был безмерно благодарен. Кэсси сидела за своим столом и, подняв взгляд, тут же поморщилась.
Не к добру.
— Что еще? — прошипел я.
— Только не злись, босс. Но Руби Роуз сейчас у тебя в кабинете. Я ей сказала, что никого не впущу без записи, — гордо заявила она, выпрямившись и подняв подбородок.
— И все же ты ее впустила?
— Она сказала, что ей нужно всего шестьдесят секунд. Одну минуту. Сказала, ты поймешь. Очень четко сформулировала, — она пожала плечами.
  
Теперь уже засмеялся я.
Блядь.
Я бы взбесился, если бы Кэсси ее не впустила.
Я поднял руку, чтобы она больше не говорила ни слова, и направился в свой кабинет. Открыл дверь — и вот она, сидит за моим столом, настоящая королева. Длинные загорелые ноги закинуты на стол, военные ботинки покоятся прямо рядом с моими бумагами. На ней белое летнее платье, подчеркивающее золотистую кожу.