Лекарь моего сердца (СИ)

— Кто я такой, чтобы злиться на герцога? — пожал плечами Роберт. — И нет, наверное, не злюсь. Чуть разочарован... — он печально вздохнул, как вздыхают любящие отцы, переживавшие за своих детей, — но ты здесь ни при чем.
Все-таки он ушел, оставив меня одного, наедине со спящей красавицей.
Саммер сильно побледнела, на белой коже выступало множество царапин, синяков. Я метался, страдал, потому что знал, что в этом виноват я. Каким надо было быть недоумком, чтобы не распознать в ней попаданку? И каким надо было быть глупцом, чтобы свободно отпускать ее в госпиталь, когда на нее нападали. Теперь она валяется среди подушек и одеял, очень тихо и редко дышит.
  
Одно радует, ни Джайлс, ни Елена не смогли сбежать, хотя пытались. Я убил бы их на месте, да Майкл остановил. Объяснил, что могут быть и другие пленники. Сейчас эта парочка в городской темнице, скоро прибудут люди короля, чтобы забрать Граемов под суд и провести дознание. Джайлса насильно лишили магической силы. Обычно это делается после решения суда, но брат, как и я, решили, что мужчина таким образом избежит наказание, никакие оковы его не остановят.
— Я не помешал? Роберт ушел? — тихонько вошел в спальню Майкл. — Как Саммер?
— Роберт заверяет, что ничего серьезного, — отвернулся от брата, чтобы не выдавать собственных эмоций. — Завтра она должна проснуться.
— Хм, — замолк второй по старшинству Бриленд, — и что потом? Я хотел предупредить, что я и Энтони отбудем в Уоркворт до появления дознавателей, туда же перевезем преступников.
— Это еще зачем? — ощетинился я. — Нет, будь так добр, оставайся, пока Саммер окончательно не оправится и не сможет совершить переход.
— Переход? — растерялся брат. — Я полагал, что все будет наоборот, что я уеду, чтобы хоть как-то замедлить ее решение. Алекс, — он прошел вперед, чтобы взглянуть мне в глаза, — ты понимаешь, что, точнее, кого теряешь? Это ведь Саммер, не просто какая-то девушка, попавшая в беду.
— Я в курсе, не начинай.
— Тогда не глупи, попроси ее остаться. Я уверен...
— Уверен в чем? — выпалил я, но понизил голос, вспомнив о спящем свидетеле нашей беседы. — В том, что она останется? С чего бы? Ты забрал ее из дома, нарушив закон. Лишил семьи и друзей. В Лавенхейме ее не принимали, а я палец о палец не ударил, чтобы что-то изменить. Ее похитили, и я очень поздно ее нашел. Зачем ей оставаться? Ради чего?
— Ты прекрасно осведомлен, как работает моя магия, — бросил Майкл. — Да, вытащил без спроса, да, это было ради корыстных целей, но если бы ее что-то держало, если бы в том мире оставалось что-то значимое для нее, она бы не попала в Терралию.
— Если бы... Может быть... — бешено отвечал я, — это домыслы. Саммер просила тебя о знакомстве с портальщиком? Просила. Значит, она стремится вернуться. А кто я такой, чтобы ее останавливать?
— Ты идиот, Александр. Жаль, что об этом не многие тебе смеют сказать.
Майкл тоже вылетел из комнаты, словно на него вылили ушат кипятка. Жутко на меня разозлился. В любовных вопросах он считал себя знатоком, потому что был женат, и знал, как тягостно расставаться с любимыми. А я знал, как сложно, невыносимо расставаться с привычным миром. Это не одно и то же, но не менее болезненно.
Тебя будто лишают всех красок, вкусов, ощущений. А ты ведешь себя, как загнанный зверь. Звереешь день ото дня, психуешь, срываешься...
Как после своей болезни, когда я буквально потерял все, я могу принудить Саммер остаться?
Я несколько часов от нее не отходил, следил за каждым вздохом, и все равно упустил момент, когда она проснулась. Преступно задремал, откинувшись на спинке кресла. И первое, что я услышал, было:
— Это не моя спальня!
Спящий, утомленный мозг медленно собирал информацию. Саммер что-то сказала, мне захотелось ей ответить с присущим сарказмом. Но прежде чем слова вышли из моего рта, я окончательно пришел в себя, сообразил, что меня разбудило.
— Саммер!
— Ваша Светлость!
Целительница спряталась под одеялом.
Я подошел поближе, удерживая внутренние порывы. Мне очень хотелось заключить ее в объятия, прижать к себе, но мы не были родственниками или возлюбленными.
Роберт предсказывал, что целительница очнется на рассвете. Его прогноз не славился точностью. Она распахнула глаза, едва стрелки часов перевалили за три часа глубокой ночи. Но она провалялась весь день, минули почти сутки.
— Саммер, — я уселся на край кровати, — я же теперь знаю, что вы не спите.
— Да, — отозвался глухой голос, — но меня-то никто не предупреждал, что вы несете охрану. Боги, я ведь не одета, — обнаружила она.
— Вы чуть не погибли в пожаре. Вас реально занимает ваш туалет?
Раздалось фырканье.
— Не занимает, — выбралась Саммер и прикусила нижнюю губу. — Ваша Светлость, умоляю, скажите, что не меня одну вытащили из дома? Других не нашлось?
— Если вы про бородача, — торопливо сообщил ей, — то спешу развеять сомнения. Он под наблюдением Роберта, впрочем, — вдохнул, — как и вы. Не беспокойтесь, о нем позаботятся.
— Хорошо, — расслабилась девушка. — Он перенес много невзгод. Попаданец...
С каждым слогом ее интонация словно терялась в пространстве. Она приходила в себя, начиная осознавать, что несет.
Чтобы наша беседа стала более явной и честной, я не отказал себе в удовольствии.
— Я знаю, кто вы, Саммер, — припечатал ее. — Не выдумывайте отговорки, о магии Джайлса, о роли Елены стало известно. Мне очень стыдно перед вами.
— Вам стыдно? — изумилась она.
— А почему нет? Я оставил вас в опасности...
— А я вам не призналась...
— Я бы удивился больше, если бы вы признались. Кто знает, как бы я отреагировал...
Догадывался, что не обрадовался бы, наверняка всучил ее в руки Майклу, уж он-то знает, что делать с новоприбывшими.
Она приподнялась, смешно поморщила нос и оглядела собственные руки. Господин Уоррен в этом случае оказался прав. Сломанное запястье он вправил, зафиксировал, а потом за дело взялись ее собственные магические способности.
— Не болит? — поинтересовался я...
Ощутил себя полным идиотом. Конечно, болит. Зачем такое спрашивать?
— Кисть? — она медленно ей покрутила, и на лицо упала легкая тень, добрая улыбка исказилась. — Нет, не особенно. Можно терпеть. Гораздо сильнее меня мучает... похмелье? — она с испугом подняла глаза.
— Эфир, после него есть откат. Разве вы не в курсе?
— А да, — опустила Саммер подбородок. — И зачем он понадобился? Я бы себя прекрасно залечила. Мне стоило чуть-чуть отдохнуть...
— И ваш резерв окончательно обнулится, Саммер, — осторожно подхватил ее за пальцы, развеивая волшебные искры, которые она успела выпустить. — Не геройствуйте, с вас достаточно. Восстановитесь.
Блондинка неловко заерзала. Вздохнула и, кажется, забыла выдохнуть. Во взгляде читалось удивление и смущение. Да, мы ведь очень близко к друг другу, я едва к ней в постель не забрался.
Я буквально слышал, как гулко переливается в ее грудной клетке кровь, как учащается пульс, слышал и то, как рвано дышу я.
— Извините, — отстранился дальше, выпуская ладони девушки. — Я забылся. Но на своей просьбе настаиваю: слушайтесь назначений господина Уоррена.
— Хорошо, пусть будет по-вашему, — складывалось впечатление, что леди Мэтисон пропустила мои наставления мимо ушей и вознамерилась побыстрее вскочить с кровати. — Мне о многом следует вам рассказать. Кир, то есть бородач, — поймала она мое недоумение, — он из другого мира, из моего. Эти проходимцы...
Когда она упомянула про свой мир, да еще так беспечно, радость от ее пробуждения мгновенно сошла на нет. Она счастлива, вся светится, оттого что нашла соотечественника. Она мечтает как можно скорее уйти. Проклятый Майкл.
Не приведи он ее сюда, я бы не мучался совестью и чувством, что теряю часть души. Я бы ни о чем не знал. С другой стороны, его можно и поблагодарить, не возьмись он колдовать направо и налево, наплевав на закон, я бы не познакомился с лекаршей. Не понял бы, что такое, когда сердце замирает, а разум отказывается рационально думать, когда ради одного человека готов перевернуть целый мир.