Поцелуй убийцы (ЛП)
Её слова заглушил звук тяжелого грузовика, который задним ходом заезжал в улочку, пролегавшую у окна кухни Кристофера, и его громкий писк сигнализировал, чтобы все убирались с его чёртовой дороги. Я выглянула в окно. Колкахун тоже. Она нахмурилась, затем выражение её лица резко изменилось.
— Проверьте мусорку, — сказала она.
Я внезапно сообразила, о чём она думает, и открыла мусорную корзину, нажав на педальку для поднятия крышки.
— Пусто, — сказала я. — И новый чёрный мешок для мусора.
— Звучит как голливудское клише, но такое случается. Я потеряла счёт количеству дел, где мусор жертвы помог в расследовании. Нам надо остановить тот мусоровоз.
Лукас уже скрылся за дверью. Колкахун и я последовали за ним.
Два мусорщика в оранжевых светоотражающих комбинезонах волокли первый мусорный контейнер к задней части мусоровоза. Лукас направился к ним, Колкахун уже доставала своё удостоверение.
Я держалась поодаль и стала проверять оставшиеся мусорные контейнеры, чтобы определить, который из них принадлежал Кристоферу. На некоторых виднелись номера, небрежно написанные краской, но ни один не совпадал с адресом Кристофера.
Я двинулась к первому контейнеру без номера, открыла крышку, заглянула внутрь и вытащила первый чёрный пакет. Низ практически сразу порвался, отчего на дорогу посыпались использованные бумажные полотенца, сигаретные окурки и остатки индийской еды на вынос. Я ругнулась и наклонилась, чтобы собрать всё обратно. Затем остановилась.
— Эй! — позвала я. Пристальнее присмотрелась к мусору на земле, затем позвала снова, ещё нетерпеливее. — Эй! Идите сюда!
Лукас и Колкахун мгновенно оказались возле меня.
— Что такое? — спросила Колкахун.
Я показала на тёмное пятно.
— Лукас?
Он втянул вдох.
— Это кровь, — он опустился на колени и принюхался. — Вампирская кровь.
— Его? — в вопросе Колкахун звучала спешка. — Кристофера?
Лукас покачал головой.
— Не могу сказать. Не имея образца его крови для сравнения, нельзя узнать точно.
Я выпрямилась.
— Прогоните этих мусорщиков отсюда, — сказала я Колкахун. — Я начну стучать в двери.
Колкахун показала на красную дверь напротив.
— Начните оттуда, — сказала она. — Там есть камера на двери.
Мы втроём переглянулись, затем бросились действовать.
***
Пикси средних лет, которая открыла красную дверь, отчаянно стремилась помочь.
— Камера записывает, когда засекает движение, — сказала она нам. — Мой муж думает, что это глупо и нарушение тайны частной жизни, но я всё равно её купила. Теперь рада, что так сделала.
Она повела нас через небольшой кабинет, забитый книгами и бумагами. Затем потянулась к пыльному компьютеру, стоящему на узком столике, и включила.
— Я могу показать вам записи.
— Мы очень благодарны, мэм, — сказала ей Колкахун.
— Никаких проблем! Вообще никаких проблем!
Мы уставились на компьютер, повелевая тому ожить. Он издал несколько постанывающих звуков, но, похоже, вовсе не спешил.
— Боюсь, это старый аппарат, — извиняющимся тоном сказала пикси.
Я подавила порыв треснуть его по экрану, чтобы придать ускорения.
— Вы также работаете над делом Рози? — спросила пикси.
— Этим занимается остальной Отряд Сверхов, — сказала я.
— Бедная Рози. Я немного знала её. Никогда не думала, что она уйдёт вот так, знаете? Её реально убили?
— Мы занимаемся этим.
Пикси цыкнула.
— Ужасные дела. И теперь этот вампир, так скоро после гоблина. Кристофер — хороший сосед. У него всегда найдётся улыбка и доброе словцо. Все здесь любят его. Я не знаю, куда катится этот мир.
Я тоже иногда не знала. Экран компьютера наконец-то ожил.
— Наконец-то, — пропела пикси и нажала несколько кнопок, открывая приложение камеры. — Ооо. Она среагировала сегодня в 06:34.
Меня пронзил разряд предвкушения. Это время идеально совпадало с возвращением Кристофера с его смены в «Сердце». Я подалась вперёд, Лукас и Колкахун тоже.
Вид камеры не запечатлевал заднюю дверь дома Кристофера. И всё же мы задержали дыхание… пока в кадре не появилась вальяжно вышагивающая кошка. У Лукаса вырвалось ругательство.
— Всё хорошо, — сказала пикси. — Тут есть что-то ещё, — она кликнула мышкой. — Вот, 06:58 утра.
Мы снова уставились на экран. Колкахун втянула вдох.
— Вот, — сказала она. — Вот он.
Она оказалась права. Кристофер вышел, неся чёрный пакет. Должно быть, он вошёл через парадную дверь, собрал дома мусор и вышел через чёрный ход, чтобы положить мусор в контейнер, откуда его позже забрал бы мусоровоз.
— Он пришёл домой, — сказала я. — Он не отправился на утренний визит в паб или к кому-то домой после смены. И это всего за пять часов до того, как на другом конце города убили Сэмюэля Брансвика.
Пикси моргнула.
— О божечки.
Я покосилась на неё.
— Возможно, вам лучше подождать в другой комнате, пока мы просматриваем остаток записи.
Пикси заламывала руки.
— Эээ…
Колкахун одарила её ободряющей улыбкой.
— Это хорошая идея. На этих записях могли запечатлеться вещи, которые вы не захотите видеть, — её тон оставался мягким, но посыл был ясен.
Пикси побелела, кивнула и спешно покинула кабинет, закрыв за собой дверь.
Лукас почти не заметил её ухода; его внимание было сосредоточено на видео. Подъехал фургон, заслонивший обзор камеры. В дальней части экрана что-то промелькнуло, когда водитель выскочил наружу. К сожалению, он пошёл в противоположную от камеры сторону, так что мы видели только его ноги. Менее трёх минут спустя фургон уехал, снова оставив улицу пустой. Кристофера уже не было видно.
— Думаете…? — Колкахун не договорила.
— Перемотай видео.
Лукас сделал так, как я просила. Он не смотрел на меня и ничего не говорил — его муки ранили слишком глубоко, и он не хотел заверения или утешения, даже от меня. Он хотел ответов. Я посмотрела вниз, заметив его напрягшиеся до побеления костяшки пальцев, затем взглянула обратно на экран.
Мы пересмотрели видео. Лукас на мгновение поставил на паузу, за пол-секунды до появления фургона. Дорога была неприметной, но после отъезда фургона на ней что-то появилось. Слабое, но заметное. Пятно крови.
— Это он, — сказала я едва слышным шёпотом. — Это наш убийца.
— Один из наших убийц, — поправила Колкахун.
— И всё, что мы можем видеть, — продолжил Лукас вибрирующим от ярости голосом, — это то, что он носит обычные джинсы, дешёвые чёрные кроссовки и водит грязный белый фургон, — он шарахнул кулаком по стене, отчего гипс и краска полетели во все стороны. Затем он развернулся и вышел, обойдя побледневшую пикси.
Она посмотрела на нас.
— Всё в порядке?
Я подняла голову и посмотрела ей в глаза.
— Всё хорошо, — соврала я и покосилась на вмятину в стене. — Но мы теперь должны вам денег.
Глава 16
К тому времени, когда мы с Колкахун извинились перед пикси и пообещали, что нанесённый её дому урон будет возмещён как можно скорее, Лукас исчез.
— Вы понимаете, что теперь он не может участвовать в расследовании, — сказала мне Колкахун. — Он слишком близок и эмоционально вовлечён.
Я тоже была эмоционально вовлечена, но лучше это скрывала.
— Он всё равно может помочь, — сказала я.
— Как? — она посмотрела влево и вправо по улице. — Куда он делся?
Я свернула направо.
— Сюда — фургон поехал в том направлении, — я побежала трусцой. Я знала, где будет Лукас.
«Продукты Прауда», маленький магазинчик в конце улицы, на которой жил Кристофер, был известен в сообществе сверхов. Внешне он выглядел как любой лондонский магазинчик на углу, но внутри имелось колоссальное количество странных предметов и ещё более странной еды.
Формально это была часть Сохо, так что магазин предлагал ассортимент «вкусняшек» со вкусом крови, которые обожали многие вампиры Лукаса. Я не могла сказать, что мне по вкусу леденцы с ароматом первой отрицательной и халапеньо, но я и не была целевой аудиторией.