Поцелуй убийцы (ЛП)
— Вы правда думаете, что мы можем быть замешаны в убийствах, да? И что если мы не убийцы, то можем стать жертвами?
Я выдержала её взгляд.
— На данном этапе я не готова исключать какие-либо варианты.
Симпсон сунул руки в карманы и посмотрел мне в глаза.
— Мы пропустили по несколько стаканчиков, сделали несколько ставок и пошли по домам, — похоже, он говорил правду; даже если не так, то легко будет свериться с информацией, предоставленной Джонасом.
— Окей, — сказала я. — Спасибо.
Фэйрвезер обхватила себя руками.
— Ну, детектив? Вы можете дать нам чёткий ответ? Попытается кто-то убить нас или нет?
— Честно? Я понятия не имею. И пока я не буду знать точно, вам лучше оставаться здесь и устраиваться поудобнее. Мы не хотим рисковать.
Симпсон закатил глаза.
— Что, если ничего не случится? Вы будете держать нас тут, пока кто-то не умрёт?
Так далеко я ещё не продумывала.
— Давайте для начала подождём и посмотрим, что случится до сегодняшнего вечера.
— Хотите сказать, до 18:15. Эхо 1815? Что, если Кассандра имела в виду 1815 год, а не время?
Доктор Фэйрвезер нахмурилась.
— Битва при Ватерлоо, — произнесла она. — Это было в 1815-м.
Мои познания истории были в лучшем случае отрывистыми.
— Наполеон? — переспросила я. — И герцог Веллингтон?
Выражение лица Симпсона из раздражённого стало задумчивым.
— И зубные протезы.
— Зубные протезы?
Фэйрвезер зажала рот рукой.
— О, — произнесла она. — О.
Я уставилась на них обоих.
— Что?
Симпсон поморщился.
— Зубы Ватерлоо.
Фэйрвезер кивнула.
— До использования фарфоровых зубов богатые люди ставили себе протезы из настоящих зубов. Живых доноров не так-то просто было найти. Да и мёртвых, если уж на то пошло, если только ты не бродил по полю битвы, усеянному трупами.
Я сглотнула.
— Вы имеете в виду…?
— Да. Люди извлекали зубы мёртвых солдат и продавали стоматологам для использования в качестве протезов. Их называли зубы Ватерлоо, потому что именно оттуда поступили многие из них, — она говорила буднично, но я была не единственной в комнате, кого передёрнуло.
У Питера Пиковера взяли кровь и использовали её при убийстве Гилкриста Боаста. Что, если то же самое произойдёт с двумя другими жертвами… только вместо крови будут зубы? Моя кровь заледенела в жилах.
Я выудила телефон и позвонила Колкахун.
— Я сейчас со стоматологами сверхов, — сказала я, как только она ответила. — У нас новая теория. 1815 может отсылать к зубам Ватерлоо, а это…
Она перебила меня.
— Я как раз собиралась вам звонить.
Что-то в её тоне заставило меня помедлить.
— Что такое?
— У нас новая жертва, — сказала она.
Я вздрогнула. О нет.
Колкахун назвала адрес стоматологической клиники недалеко от места проживания Питера Пиковера.
— Время смерти недавнее — очень недавнее. Все те, кто сейчас с вами, не могут быть причастными. Вам стоит приехать сюда. И бойфренда своего тоже прихватите, — мрачно добавила она.
Я втянула вдох.
— Зачем?
— Затем, что жертва кажется человеческим мужчиной, которому только что поставили недавно извлечённые вампирские клыки.
Я прикрыла глаза. Действительно, зубы Ватерлоо. Чёрт. Я не испытала прилива триумфа от того, что догадалась об этом до звонка Колкахун. Лукас не лучшим образом среагирует на эти новости.
— Я приеду сразу же, как только смогу.
Я повесила трубку и посмотрела на стоматологов, которые уставились на меня со смесью страха и ожидания.
— Что такое? — спросил Симпсон, и его прежняя бравада испарилась. — Что случилось?
— Вы все пока что свободны, — сказала я им. — Можете пойти домой, но сохраняйте бдительность. Не впускайте в свои дома незнакомцев и на всякий случай держите телефоны под рукой. Благодарю вас за вашу помощь и терпение.
— Вы не скажете нам, что случилось?
Я не ответила. Зная Мюррея, всё скоро будет в новостях.
— Спасибо ещё раз, — неловко повторила я и ушла, не оборачиваясь.
На тротуаре у здания Баффи прислонялась к столбу, жуя жвачку и глядя вдаль. Роберт, похоже, читал нотации Лукасу.
— Видите ли, — говорил он. — Моя Рози не могла умереть от естественных причин, потому что…
Взгляд чёрных глаз Лукаса остановился на мне, и он тут же двинулся вперёд.
— Что случилось?
Я сглотнула.
— Нам надо выезжать. Расскажу тебе в машине.
Моё лицо, должно быть, выдало что-то, потому что даже Баффи воздержалась от шуточек.
— Мы тут закончили? — спросила она.
Я кивнула.
— Стоматологи могут уйти.
Роберт скрестил руки на груди.
— Услуга за услугу, — напомнил он мне. — Вы теперь поговорите с детективом Грейсом? Проследите, чтобы он послал всё из квартиры Рози для подобающего анализа?
— Роб, — голос Баффи прозвучал мягко. — Не сейчас.
— Но…
Она положила ладонь на его руку, и он притих. При других обстоятельствах я бы поражалась тому, как Баффи доминирует над вышестоящим волком её же клана, но прямо сейчас я не могла симулировать интерес к этому.
Я показала на Таллулу.
— Я сяду за руль, — сказала я Лукасу.
На его щеке дёрнулся мускул, но он не спорил. Я пристегнулась, завела двигатель и поехала прочь от Баффи, Роберта и побледневших стоматологов, присоединившихся к ним на тротуаре.
— Продолжай же, — голос Лукаса был таким мрачным, что от него задрожал бы даже призрак. — Что случилось?
Глава 14
В нормальный день маленькая стоматологическая клиника выглядела бы совершенно обычно. «Яркие Улыбки» не входила в крупную сеть клиник и потому сохранила свою причудливую идентичность. Экстерьер здания был гостеприимным, с логотипом-смайликом и здоровыми цветами в горшках на подоконнике. У двери стояла большая пластмассовая статуя бодрого стоматолога. К сожалению, полицейская лента и отсутствие улыбок у множества патрульных снаружи существенно портили тихую привлекательность клиники.
Ну, хотя бы женщина-патрульный, которая отвечала за кордон, узнала меня и без шумихи махнула мне и Лукасу проходить внутрь. В том, чтобы быть слегка знаменитой, имелись и преимущества.
Комната ожидания в клинике была небольшой, но ощущалась яркой и воздушной… если игнорировать криминалистов, снимавших отпечатки пальцев, и мрачного детектива, что-то делавшего за компьютером в приёмной.
Я повернулась вокруг, медленно оглядывая всё тут, пока Лукас сжимал и разжимал кулаки. Я знала, ему требуется вся его сила воли, чтобы не растолкать всех в разные стороны и не рвануть к месту убийства. Учитывая обстоятельства, он демонстрировал внушительную сдержанность.
Детектив Колкахун вышла из двери сбоку, не выглядя ни довольной, ни недовольной из-за встречи с нами. Я узнавала её настрой: она была слишком сосредоточенной и деловитой, чтобы позволять отвлекающим эмоциям мешать её работе. Нам обоим приходилось отделять личные чувства.
— Здравствуйте, — мягко сказала я. — Что у нас?
— Мы ждём окончательного подтверждения личности жертвы, но похоже, что его зовут Сэмюэль Брансвик. Белый человеческий мужчина, тридцать два года. Он был записан сегодня на 15:00 на удаление нерва зуба.
Я перевела взгляд на настенные часы; сейчас ещё не три часа.
— Приблизительное время смерти установили? — спросила я, притворяясь, будто не замечаю напряжение Лукаса, стоявшего рядом со мной.
— Патологоанатом ещё не провёл приблизительную оценку, судя по телу, — сказала Колкахун. — Но это должно было произойти между 12 и 13 часами. Тогда клиника была закрыта, и все три сотрудника обедали в кафе неподалёку.
— Это нечто обычное?
— Стоматолог сказал, что они каждую пятницу закрывают клинику и обедают вместе.
Значит, это установленная рутина. Должно быть, убийца знал, что тогда у него будет неограниченный доступ к клинике. Я взглянула на входную дверь.
— Замок не трогали, — сказала мне Колкахун. — Но тут есть чёрный ход, и маленькое окошко рядом с ним было разбито, — она помедлила. — Все осколки убраны. Стоматолог, ассистент-гигиенист и секретарь все считают, что до их ухода на обед окно было целым.