Двойник 2 (СИ)

— И на кого будем похожи⁈ — возмущенно заявила графиня, когда обсуждали эту поездку.
— Есть вариант, чтобы оделись в форму служанок. Там не такие жесткие правила, как по отношению к благородным дамам, но тогда никто не назовет вас калбатонэбо, — всплеснула руками Руби.
— Батонами? — нахмурилась баронесса, явно до этого над чем-то задумавшись.
— Калбатоно — уважительное обращение к благородной госпоже, — буркнул Журбер, мрачно слушающий обсуждение поездки. — Калбатонэбо — приветствуют двух и более дам.
  
— Понятно, — кивнула Иштания. — Что-то такое припоминаю, — она задумчиво посмотрела на Свению.
— Что насчет одежды служанок? — уточнила та.
— Рискованно, — покачал головой герцог. — Уважение не такое, а ваши, простите, личики сразу вызовут подозрение, что выдаете себя не за тех, кем на самом деле являетесь.
— А еще могут на улицах города всякие разные личности приставать, — произнесла Злата и добавила: — Очень бы странно выглядело, что служанок кто-то охраняет.
В общем, графиня смирилась, а баронесса все же к такому наряду отнеслась более терпимо. Мне и вовсе показалось, что Свения больше подругу поддерживала, чем сама беспокоилась, как выглядит. Но то, что им обоим непривычно и неудобно понял почти сразу, как только у баронессы слетела туфелька, когда та залезала в пролетку. Да и графиня пару раз чуть не упала, хотя тренировалась.
— Прибудем через пять минут, — объявил Ваха, поравнявшись с пролеткой и гордо выпятил грудь, посмотрев на девушек.
Парень отвечает за нашу охрану, которой насчитывается всего четверо воинов. Они все из горцев, молодые и горячие. Как только выехали из поселения, то гарцевали на своих скакунах. Кстати, лошади статные, не предназначены для похода в горах.
— Хорошо, — кивнул я. — Действуем, как планировали.
— Без проблем, все сделаем в лучшем виде! — заверил горец.
Мне бы его уверенность, чем ближе к городу, тем чаще встречаются верховые северян и орков. Такое ощущение, что в этой империи их больше, чем местного населения. Нас один раз даже остановили, заглянули в пролетку и извинились под негодующими взглядами дам. Кстати, Злата на их личики еще и косметику нанесла, убрала бледность, подвела брови, но осталась недовольна. С голубыми глазами графини она сделать ничего не могла. А если вспомнить про ауры девушек, то наша маскировка шита белыми нитками. Их только издали за местных примут, либо до того момента, как они не начнут говорить. А еще с нами Гаррай, который заметно нервничает.
— Может мы все вместе отправимся в банк? — предложила Иштания.
— Нет, — покачал я головой, — действуем, как планировали.
В этот момент Ваха стал что-то доказывать стражникам на воротах. Показал какую-то бумагу, а потом сослался на Загора. Нас пропустили без досмотра, правда, я заметил, как один из наших охранников вложил в ладонь одного из стражей несколько золотых монет. Авторитет предводителя контрабандистов не так и велик. Впрочем, кушать хочется всем, допускаю, что это даже не взятка, а такой обычай. В другой стране свой менталитет, делать выводы рано.
— А город-то проигрывает тому месту, где остановились, — задумчиво произнесла баронесса.
Пролетка уже движется по улице, дорога выложена камнями, дома разные, обстановка далеко не такая, как в поселении. В глаза бросается сильное различие в доходах прохожих. Кто-то одет в нарядах и важно задирает голову, а есть те, у кого за душой ни гроша. Но, в общем и целом, ничего не обычного, налицо расслоение общества. Много военных, как горцев, так и северян с орками. За порядком приглядывает многочисленная стража. Понять настроение горожан сложно, кто-то хмур, а другие веселятся. Нет, город живет обычной жизнью. Вот и зазывалы работают, рекламируют товары, выкрикивая их достоинства. Газетчики бегают и пытаются всучить сенсационные новости за сущие медяки. Удивило то, что речь ото всюду доносится на различных языках. Хотя, это закономерно, городок-то недалеко от границы с Каршанской империей, а следовательно, тут привыкли торговать.
— Не поняла, наши соотечественники тут тоже есть и их никто не трогает, — чуть кивнула Иштания в сторону, где по улице важно шествовала грузная дама, а рядом с ней шла дочь лет десяти.
— Судя по спешащим позади слугам с объемными коробками, то дама чувствует себя как дома, — хмыкнул я.
— Приехали, выходите и, дамы, не забудьте про накидки, — сказал Ваха, заглядывая к нам, когда пролетка остановилась.
— Госпожа, — протянул я руку Иштании, когда оказался рядом с нашим охранником.
По сравнению со мной горец чуть ли не на три головы ниже ростом. Рядом с графиней смотрится комично, на мой взгляд. Однако, Ваха ни грамма не смущается, пытается оказывать девушке знаки внимания и непонятно на что надеется. Дело в том, что он тоже руку дочери императора протянул, при этом пожирая ту глазами. Иштания от такого внимания растерялась и запнулась, ее опять туфли подвели. Не схвати ее за руку баронесса, то упала бы в объятия Вахи. Тот даже причмокнул от разочарования, когда готов был поймать графиню, так как та в его сторону заваливалась, но этого не произошло.
— Черт, я такая неловкая, — буркнула Ишта и осторожно спустилась, при этом держась за поручни пролетки, сделав вид, что не заметила предложения о помощи.
Ваха не только не обиделся, он широко улыбнулся и победно на меня посмотрел. Так и хотелось у него спросить, с чего такая радость?
— Где тут отделение Каршанского банка? — оглянувшись по сторонам, задался я вопросом.
— Понятия не имею, — ответил наш охранник. — Точно на этой площади, надо обойти ее, внимательно изучая вывески.
Тем временем, баронесса с Гарраем что-то тихо обсудили. Лейтенант, на котором обычная городская одежда, предложил локоть Свении, за который та ухватилась. Да-да, именно ухватилась, а не положила пальчики, как того требует этикет. Между этими двумя что-то намечается? Вроде бы предпосылок не замечал. Барон ровно относился во время нашего путешествия ко всем женщинам в отряде. Хотя, он все же немного смущался баронессы, а дочь императора и вовсе избегал, точнее, свел общение к минимуму.
— Айлексис, идем, — чуть слышно произнесла Ишта, чем-то недовольная.
— Не хотите взять меня под руку? — поинтересовался я. — Вы еще неустойчиво себя в такой обувке чувствуете.
— Хорошо, — помедлив, согласилась девушка и осторожно положила пальчики на мой локоть.
— Правильно, меньше внимания со стороны прохожих, — поддержал такое решение Ваха. — Впереди пойду, за вами позади последует Бангарь.
Я не стал слова охранника комментировать, заранее все обговорили, повторять нет смысла.
Площадь оказалась на удивление большой, мы обошли едва ли треть, а потратили минут двадцать. Не сказал бы, что народа много, но нам, нет-нет, да и приходилось поворачиваться к витринам, отвлекая от себя пристальные взгляды любопытных. При этом, страже до нас не было никакого дела. Большей частью оценивали мою спутницу и не стеснялись ей подмигивать. Дело в том, что графиня, как и баронесса, отказались от украшений и головных уборов, по которым они должны были выдать себя за замужних дам.
— Нет, на такое не пойдем, — покачала головой Свения, когда хозяин трактира высказал такое предложение. — Мало того, что это обман и плохая примета, так еще и последствия непредсказуемы, если нас разоблачат.
— Не хотелось бы раньше времени оказаться замужем, пусть и фиктивно, — буркнула Иштания.
Их поддержал герцог, категорически не согласившись с таким маскарадом. Он сослался на предусмотренные наказания для девушек, которые вводят окружающих в заблуждение. Не совсем его понял, что в этом такого, но Журбер сослался на какой-то старый обычай горцев. За нарушение, которого много чего грозило. Мало того, этот закон, как подтвердил трактирщик, иногда применяется и по сей день. В итоге, мы с Иштанией получили повышенное внимание от окружающих. Наверняка и баронесса от этого страдает. Правда, Свения знает, куда ей необходимо попасть и по площади не прогуливается. А внимание к графине еще повышено из-за того, что молодых дам, пусть и со спутниками, практически нет. Женщины в возрасте и подростки не в счет. А вот мужчин и военных полно.