Укрощение Риота (ЛП)

— Не останавливайся, — умоляет она. Когда она хватает меня за лацканы куртки и снова притягивает мои губы к своим, стирая последние остатки самообладания.
Я раздвигаю ее бедра и ставлю ногу между ними, прижимаясь к ее ядру, и трусь членом о ее бедро, целуя ее, смакуя совершенство ее рта и запечатлевая его в памяти.
— Черт, милая, нам нужно остановиться, — выдыхаю я, целуя ее нежную шею. — Мы не можем здесь. Не сейчас.
Она запускает пальцы в мои волосы, сильно дергая за пряди, пока она запрокидывает голову, открывая мне доступ к своей шее. Она стонет, когда я покусываю мочку ее уха, и вздрагивает, когда я провожу языком по ее шее. Этот сладкий, цветочный аромат сводит меня с ума.
— Останови меня, Саша.
— Нет… хочу тебя, — ее голос дрожит, тело трепещет, когда я сильнее прижимаю ее к себе. Она изгибается, и я жадно целую ее грудь через ткань платья, обводя языком ее затвердевшие соски.
— Риот… пожалуйста… н-не останавливайся.
Да чтоб меня!
Она уже не та скромница, которую я встретил сегодня утром. Эта девочка стеснялась смотреть мне в глаза, а сейчас — лисичка готова на все прямо на парковке. Мой член точно не возражает против такого развития событий.
Я осматриваюсь, убеждаясь, что вокруг никого нет, и приподнимаю подол короткого платья, скользя руками по ее обнаженным бедрам. Она извивается, когда я касаюсь ее трусиков, и стону, понимая, что они насквозь промокли. Да они прилипли к ее телу от того, насколько она возбуждена.
— Этого ты хочешь? — Мой голос хрипит, когда я встречаюсь с ее взглядом в полумраке. — Чтобы я трахнул тебя прямо на парковке?
Она колеблется, ее прежняя робость на миг возвращается. Но затем в ее глазах появляется решимость.
— Да.
Мои руки тянутся к ее трусикам, я срываю их с ее бедер одним резким движением. Ее тихий вздох слышен даже в тишине ночи.
— Ты играешь с огнем, малышка, — рычу я, пальцем очерчивая круги на ее клиторе, чувствуя, как она становится еще влажнее под моим прикосновением. Ее губы приоткрываются в безмолвном стоне, пока я дразню ее, но затем убираю палец и подношу его к губам.
Боже, она на вкус как рай.
— Я не остановлюсь, — предупреждаю я.
— И не надо, — шепчет она, словно темнота дала ей смелость признаться в том, что она хочет на самом деле.
— Держись за меня.
Это все, что я успеваю сказать, прежде чем опускаюсь на колени перед этой идеальной девушкой. Раздвигаю ее бедра и жалею, что темно, что не могу рассмотреть ее полностью. Но сегодня мне достаточно просто узнать, какая она на вкус.
Она тихо стонет, когда я наклоняюсь и вдыхаю ее нежный, чуть персиковый аромат, прикасаясь губами к ее влажной коже, пробуя ее возбуждение. Ее вкус взрывается у меня во рту, и внезапно меня охватывает жажда. Я зарываюсь лицом между ее ног и провожу языком по влажной долине ее тела, собирая сладкую влагу. Ее крик звенит у меня в ушах, но мне уже все равно, кто нас услышит.
Меня уже не остановить. Я сжимаю заднюю поверхность ее левого бедра, жадно лаская ее дрожащее тело, но она не остается неподвижной. Саша зарывается пальцами в мои волосы и начинает двигаться, сначала медленно, а потом все смелее и отчаяннее. Ее возбуждение растекается по моим губам и подбородку, прерывистые стоны подстегивают меня.
— О, Боже, — всхлипывает она, шлепая ладонью по сиденью моего байка, когда я прохожу языком по ее клитору и нежно беру его в губы, слегка посасывая. Ее ноги напрягаются, тело начинает трястись от легкого давления. Но стоит мне усилить нажим, как она замирает на секунду перед тем, как ее тело сотрясается от оргазма. Она кричит от удовольствия, пока я продолжаю лизать ее киску, смакуя сладкий финал.
Пока она пытается восстановить дыхание, я быстро поднимаюсь на ноги, расстегиваю джинсы и снимаю их вместе с бельем. Она ахает, когда я обхватываю ее за талию и усаживаю на сиденье байка, а затем направляю свой член в ее киску, мои яйца болят от желания кончить.
— Твоя киска — просто гребаная мечта, милая, — рычу я, вводя свой член между ее влажных складок. Она обхватывает меня за плечи и прижимается лицом к моей шее.
  
— Да, — стонет она, начиная двигаться мне навстречу.
— Я пока не буду тебя трахать, малышка. Но когда начну, я войду в тебя глубоко и быстро. Так, что ты закричишь мое имя.
— Пожалуйста, — шепчет она, нетерпеливо упираясь ногами в мои бедра, пока я упираюсь в ее влажную киску. Я умираю от желания оказаться внутри нее, ощутить ее тепло, киску, сжимающую мой член. Но мой ангел заслуживает большего, чем просто быстрый секс на парковке.
Головка моего члена задевает ее дырочку, когда я двигаюсь в ней, заставляя ее вскрикнуть. Я дразню ее отверстие своим кончиком, так чертовски отчаянно желая освобождения. Мне приходится напоминать себе, что это плохая идея, везти ее сюда, где любой может пройти мимо, но, похоже, у моего ангела другие планы. Саша берет инициативу в свои руки. Она неожиданно выгибает бедра вперед, когда я упираюсь в нее, и мой член прорывается внутрь. Мы оба резко вдыхаем от неожиданности, но прежде чем я успеваю отстраниться, ее руки ложатся на мои бедра и тянут ближе, насаживая себя полностью на мой член одним резким движением.
Мои глаза широко раскрываются от шока, ее крик еле доходит до моего сознания, а ее пальцы впиваются в мою кожу.
Она тугая, черт возьми, такая тугая и теплая. Ее стенки словно тиски обхватывают мой член, пульсируя и я еле держусь, чтоб не кончить. Яйца напряжены, и невозможно игнорировать покалывание в позвоночнике, умоляющее меня двигаться, трахать ее жестко и быстро, как я и обещал, пока не выплесну свою сперму в ее киску.
Но я не могу пошевелиться.
Все, о чем я думаю, — это то, что Саша — девственница.
ГЛАВА 4
Саша
Больно.
Конечно, больно.
Слезы наворачиваются на глаза, дыхание сбивается. Наконец-то случилось.
Я подавляю всхлип, когда осознание приходит.
Окончательно.
Боль сильнее всего, что я когда-либо чувствовала, а давление и чувство наполненности — просто огромное. Но вместе с болью есть и удовольствие. Частично от того, что я пошла наперекор своему образу «хорошей девочки», но больше от того, что я — с Риотом.
Он большой, этот мужчина. И сильный. Он поддерживает меня на своем мотоцикле своими массивными руками, как будто я ничего не вешу. Он идеален — бог, воплощение силы и мощи. И этот запах кожи и виски… Черт, вкус виски на его губах в сто раз лучше, чем из бокала.
Только с ним боль переплетается с таким наслаждением.
— Ты девственница. — Его голос хриплый, с нотками боли, когда он отстраняется, чтобы посмотреть на меня. В его глазах я вижу что-то вроде сожаления, и у меня перехватывает дыхание от этого взгляда. — Ты девственница, — повторяет он, как будто не верит своим словам.
Я с удивлением смотрю, как этот уверенный в себе мужчина вдруг теряется, и боюсь, что он сейчас все прекратит. Но это чувство быстро исчезает, когда его лицо меняется, становясь решительным и страстным.
— Тебе больно, Саша? — Спрашивает он.
Я качаю головой, впиваясь пальцами в его волосы и двигаясь чуть-чуть, проверяя боль, которая превратилась в легкую пульсацию.
— Я в порядке.
— Черт, малышка, я не знал, — прорычал он, прижимаясь лбом к моему. — Ты заслуживаешь лучшего, чем первый раз на какой-то парковке. Прости меня, ангел.
— Все хорошо. Я этого хотела, — шепчу я, и, чтобы убедить его, слегка двигаю бедрами. Волна удовольствия прокатывается по моему телу, когда мой клитор касается основания его члена. — Ох!
Его взгляд вспыхивает от жара, и я вижу, как в его глазах загорается что-то дикое. Боже, он выглядит таким сексуальным с этим хищным, жаждущим взглядом, его ноздри раздуваются от желания.
— Ты такая узкая, — рычит он, выходя почти полностью, прежде чем снова медленно погрузиться в меня. — Черт, я… — Ругается он сквозь стиснутые зубы — Не был готов к этому. Ты чертовски тесная. Я должен быть лучше и остановиться. Отвезти тебя в другое место, но…