Укрощение Риота (ЛП)

— Риот, подожди…
Мы выходим из ресторана, и он останавливается, поворачиваясь ко мне. Серые глаза прожигают меня, и я вдруг забываю, что собиралась сказать.
— Эм… не думаешь, что это было немного грубо?
— Что?
— Ну, ты даже не удосужился поприветствовать тех, с кем я сидела.
— А зачем мне здороваться с теми, кто пять минут назад довел тебя до истерики?
От его слов у меня перехватывает дыхание, по спине пробегает горячая волна. Я бы никогда не смогла поступить так, как он, но это лишь усиливает мое чувство к нему. Каждый раз, когда я рядом с Риотом, говорю себе, что это в последний раз.
Должно быть в последний раз.
Но никогда не бывает последним.
Я переминаюсь с ноги на ногу под его взглядом и напоминаю себе, что мы на улице.
— Риот… — Начинаю я, не зная, что именно хочу сказать, но он, кажется, понимает по моим глазам и просто кивает.
— Поедем ко мне. Я живу ближе, — говорит он.
Дальше все как в тумане. Прогулка к его байку, поездка в его квартиру в центре — все это происходит в мгновение ока, а кульминацией становятся его губы на моих, как только мы входим в его квартиру. Я не успеваю осмотреться, как уже рву его футболку, жадно касаясь кожи. Мои руки скользят по его груди, рельефной и мужественной. Этот мужчина — воплощение силы: широкие плечи, крепкое тело, темные волосы, которые спускаются по его рельефному животу, и исчезают за поясом джинсов.
Его мышцы напрягаются под моими пальцами, когда я касаюсь его груди. Как же мне повезло, что я могу прикасаться к нему.
— Ты моя, Саша, — рычит он, подхватывая меня за колени и поднимая на руки. Я обхватываю его бедра ногами и впиваюсь в его губы, жадно отвечая на поцелуй.
— Твоя, — шепчу я. Неважно, на ночь или на неделю — главное, быть его. Принадлежать только ему.
Наши губы сливаются в отчаянном поединке, и я теряюсь в этом чувстве, пока он несет меня куда-то. Осознаю, где мы, только когда моя спина касается кровати.
— Черт, какая ты красивая, — говорит он, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня, но я не позволяю ему отдалиться. Я касаюсь его лица, целую его челюсть, шею, скольжу губами вниз, к кадыку, становясь все более дикой от желания прикоснуться к нему. Здесь, с ним, я становлюсь женщиной, которая знает, чего хочет. А я хочу его.
— Блять, малышка, — сквозь зубы говорит он, двигая бедрами и прижимаясь ко мне эрекцией, когда я провожу языком по его шее.
Я стону, когда он отрывается от меня, чтобы потянуться к моей блузке, жадно снимая ее, чтобы добраться до моей груди. Мои губы приоткрываются со стоном, когда его рот касается моих сосков, и дрожь пронизывает мое тело.
— Мой обеденный перерыв уже точно закончился, — простонала я, выгибаясь под его прикосновениями.
— Им придется обойтись без тебя, — рычит он, без капли сожаления в голосе, и у меня захватывает дух. Возможно, мне следовало бы задуматься о том, что сейчас совсем не подходящий момент, но его поцелуи и прикосновения не дают мне об этом думать.
— Я не могу остановиться, — словно читая мои мысли, хрипло шепчет он, опускаясь к моей молнии. Риот тянет за пояс, и я приподнимаю бедра, чтобы он мог стянуть с меня брюки вместе с нижним бельем, оставляя обнаженной и уязвимой.
У меня не было возможности подумать о том, насколько я сейчас уязвима, как его губы начинают скользить вниз по моему животу. Он поднимает мою ногу на плечо, и я выгибаю спину, едва сдерживая крик, когда его язык проходит по моим влажным складочкам. Риот провел со мной почти все выходные, большую часть времени в постели, но это первый раз, когда его губы касаются меня так.
— Риот! — Простонала я, вцепившись в простыни, когда он начал жадно ласкать мою киску, как изголодавшийся мужчина. Его язык продолжает движения, а когда он добавляет палец и большим пальцем начинает тереть мой клитор, все внутри меня сгорает от наслаждения.
Мои стоны становятся громче, как и жар, разливающийся по телу, пока я не ощущаю, что вот-вот кончу. Все рушится в тот момент, когда его губы обхватывают мой пульсирующий нерв, слегка потягивая его. Мои бедра отрываются от кровати, и перед глазами взрываются звезды. Я кричу, ощущая, как волны удовольствия проходят сквозь меня, не отпуская, пока его язык продолжает сводить меня с ума.
  
Я не знаю, сколько длился оргазм, лишь ощущаю, как реальность меняется, и я словно парю в космосе, оторванная от земли.
— Ты такая чертовски сексуальная, когда кончаешь, — шепчет он мне на ухо, а я замираю от того, как его член прижимается ко мне. — Мне нужно, чтобы ты снова кончила, но уже на моем члене.
О, Господи.
Мне следует подумать о том, что я прогуливаю работу. Или о том, что не должна быть с ним. Но…
Мой мозг не может сосредоточиться ни на чем, кроме того, как его огромный член заполняет меня. Я стону, ощущая, как моя киска отзывается на каждый его толчок.
— Риот…
Он накрывает мои губы жестким поцелуем, вбиваясь в меня все сильнее. Изголовье кровати бьется о стену, но ему все равно. Он целует меня, не отрывая губ, пока его движения становятся все резче и быстрее. Его рука подхватывает мою ногу, закидывая ее на бедро, и это позволяет ему войти еще глубже.
— Черт возьми, детка, — выдыхает он, на его лбу выступают капельки пота, он смотрит мне в глаза, врезаясь в меня. — Ты моя. Эта тугая киска — моя.
— Твоя, — хнычу я, когда он начинает двигаться во мне быстрее, медленно вводя и выводя свой член грубыми толчками.
— Моя, — рычит он снова, с такой грубой, властной интонацией, что сердце начинает бешено стучать от желания. Я кладу руку ему на плечо, впиваясь ногтями в кожу, пока новая волна удовольствия разгорается внизу живота. Но я не хочу сдаваться. Не хочу кончать. Не сейчас.
Я хочу увидеть, как этот прекрасный мужчина распадается на части в моих объятиях. Его дыхание сбивается, челюсть напрягается, и с каждым толчком он проникает в меня все глубже. В его глазах появляется странный блеск, и я сама не выдерживаю — меня накрывает новый оргазм, от которого я буквально подскакиваю на кровати, а моя киска крепко сжимается вокруг него. Я тяну его за собой через край, и он с ревом кончает.
— Блять! — Его тело замирает на секунду, пока он заполняет меня горячим семенем. Он продолжает двигаться, вбиваясь в меня так сильно, что я вижу звезды, но на этот раз он не отпускает. Его руки обвивают меня, притягивая ближе, пока дрожь не утихает.
— Ты идеальна, просто идеальна, — тяжело дыша, шепчет он, касаясь губами моей кожи, где только может достать. — Я люблю тебя.
Слова не сразу доходят до моего измученного мозга, и я готовлюсь к панике. Я ведь не должна быть с ним, но вместо страха чувствую лишь покой.
И любовь.
Я готова была ответить, но тут раздался мерзкий рингтон моего телефона. Паника захлестнула меня, когда я узнала мелодию, которую поставила для отца.
— О, черт, — простонала я, пытаясь выскользнуть из объятий Риота, чьи руки были словно железные тиски.
— Ничего страшного, если ты не чувствуешь того же, Саша. Тебе не нужно убегать. Я подожду.
— Нет, дело не в этом, — быстро ответила я, похлопав его по руке. — Мой телефон. Мне нужно ответить. Это отец.
Он разжал руки, и я вскочила с кровати, ища телефон, но его не оказалось в спальне.
— Ты уронила сумку в гостиной, — сказал Риот, обжигая меня взглядом, от чего я покраснела, отвела глаза и поспешила из комнаты. Я нашла телефон за секунду до того, как звонок перешел на голосовую почту, и быстро ответила. Стыд накрыл меня с головой, когда я почувствовала, как что-то теплое стекает по внутренней стороне бедра.
— Где ты? — Раздался знакомый голос.
— Э-э… я…
— Приезжай домой. И привози его с собой.
Звонок оборвался, не дав мне времени ответить. Я обернулась, услышав шаги Риота. Он стоял в джинсах, которые едва держались на бедрах. V-образная линия на животе выглядела слишком соблазнительно, но сейчас время явно неподходящее.