Я пас в СССР! (СИ)
Нет же, Петька не местный — вылезло из наследства реципиента. Отца его назначили директором совхоза, приехали они в Петропавловку всей семьёй пару лет назад. А я только после нового года, получается — совсем недавно что-то произошло. То ли сам реципиент не отдупляет, из-за чего конфронтация, то ли со стороны Петьки наезд на ровном месте, самоутверждается за счет младшего. Уже то, что оба его приятеля семиклассники, в то время как он заканчивает восьмой — характеризует его его как главшпана, есть такой типаж, любящий верховодить теми, кто помладше и не может оспорить авторитет…
Пазик замер перед спуском под горку, а я наконец своими глазами увидел раскинувшееся в долине село. Живописно, ничего не скажешь, и здоровое — больше трёх тысяч человек живет и работает. Две автобусные остановки как никак, что красноречиво говорит о размерах Петропавловки, первая в Центре, сразу после церкви, в которой сейчас крутят кино, а по выходным устраивают танцы. А вторая моя, Каменка, как называют нашу часть села. У нас там и новая, трехэтажная школа, и бетонная коробка строящегося уже который год клуба (реципиент ещё лет в шесть там в войнушку играл, с тех пор ничего не добавилось). Значит, неизбежное соперничество между двумя частями деревни, между центровскими и каменскими, без поножовщины, надеюсь…
Спустились с горы, в Центре почти все вылезли, остались только мы на заднем сиденье, две женщины в середине салона и и бравый дедок спереди. Автобус еще минут пять выписывал кругаля по привольно раскинувшемуся селу, проехав две моста через небольшие речушки, прежде чем затормозил на конечной. А вот и две двухэтажки, сразу возле остановки, в одной из которых мы и живем, с мамой и сестрёнкой. Чуть подальше — школа, удобно, три минуты из квартиры до неё не торопясь. В стороне магазин райпотребсоюза, приземистое бревенчатое строение.
Удачно нам родственники помогли с обменом, всё-таки квартира с центральным отоплением — это не частный дом с удобствами во дворе. Дядька ещё нам врезал кран в ванной, к отоплению, так что весь отопительный сезон — горячая вода без лимита. А в остальное время — титан на дровяном отоплении, мама у нас хоть и деревенская, но испорченна вначале учёбой, потом жизнью в городе, поэтому титан придется топить каждый день, как отопление отключат. Посуду мыть и самим мыться, каждый день. Ванька этому противился, кивая на одноклассников, которые раз в неделю по субботам в баню ходили и всех всё устраивало, но мать была непреклонна, чему я сейчас только радовался.
И почти вся инфраструктура необходимая в шаговой доступности, через пару домов от магазина — мамино КБО, в бывшем купеческом особняке. Только вот за Сашкой в садик придется в центр топать, это обязанность одна из моих основных, не считая ухода за скотиной. Тут я посмотрел на свою забинтованную руку и пожалел маму, минимум неделю, а то и больше, придется ей на себе всё тащить…
Пропустил недругов, не спеша вылез за ними и остановился в раздумьях — сразу домой направиться или к маме зайти, обрадовать. Проблем с тем, чтоб попасть в квартиру — не было никаких, ключ лежал под ковриком, перед дверью. Время такое, не пуганный народ, да и воровать у нас нечего, живем скромно — как все. Старенький черно-белый телек, холодильник, тарахтящий как трактор, да кондовая стиральная машинка с функцией ручного отжима — вот наши основные активы. Спереть их в селе, где всё на виду — проблематично, поэтому ключ всегда на одном и том же месте. Ну и ещё из-за моего разгильдяйства, с детства теряю ключи, варежки и прочее, что только можно потерять…
— Эй, Жук, поговорить надо! — Вырвал меня из задумчивости голос Петьки.
— Говори, — Великодушно разрешил я, оглядев окрестности. Все пассажиры уже разошлись от остановки и мы остались наедине, что меня не особо беспокоило. Я с забинтованной рукой, навряд ли будет что-то, выходящее за рамки обычной перепалки и словесного выяснения отношений. — только недолго, некогда мне с вами…
— Слышь, Жук, — Петька так произносил «Жук», как выплевывая, а ведь больше так никто реципиента не называл. Ещё бы, когда тебя зовут Ванька Жуков, ни к чему какие-либо другие прозвища. — ещё раз тебя с Ленкой увижу, пожалеешь!
Краткий экскурс в сохранившиеся воспоминания удивил — Ленка идентифицировалась как моя старая детская подружка (в садик какое-то время ходили, пока мы на Север не уехали), наши родители дружили, ну и мы с ней тоже. Реципиент её как объект воздыхания не рассматривал, сох без взаимности по некой роковой красотке из восьмого класса, Марине. А с Ленкой дружил, какие поползновения матримониальные могут быть к старому боевому товарищу, с которым на горшках рядом сидели и совершали набеги на соседские огороды? А вот Петька то поплыл, непонятно, что он в ней нашел, но такие наезды без последствий нельзя оставлять.
— Да пошел ты! — Усмехнулся я и шагнул в сторону, обходя героя-любовника и его шавок.
— Ты чо, не понял⁈ — Петька непонятно с какого перепуга схватил меня за грудки и попытался встряхнуть.
А вот это он уже перегнул в моменте, мало того, что он старше — я только что из больницы, и рука правая забинтована. Попытался оттолкнуть его левой, но безуспешно, тот осатанел ещё больше, вцепившись в ворот затрещавшей олимпийки и брызгая слюной:
— Ты не понимаешь, отсталый, с кем связался!
Это я то отсталый⁈ Мало мне того, что школьная форма неизвестно в каком состоянии, сейчас ещё и олимпийку порвет, пришлось ему двинуть коленом между ног. Честно, не честно — у меня правая рука не работает, нечего мне в лицо плевать! Петька хрюкнул и успокоился, тут же присев на корточки.
— Ебанутое создание!
Прокомментировал я ситуацию и только собрался откланяться, как мне прилетело в голову справа. А затем и слева, успел вцепиться здоровой рукой в одного, толкнул и завалился вместе с ним, а сверху на голову продолжали сыпаться удары от второго. Одно слово — дети, в нормальной драке давно бы вырубили, но и сейчас во рту привкус крови, дело времени, когда запинают. Примерился и засадил головой лежащему подо мной, метя в нос, но что-то пошло не так. Походу — в лоб попал, ему явно не понравилось, но и у меня в голове зазвенело. Забьют ведь, вдвоем, сейчас ещё этот мудень в себя придет…
— А ну, чего сцепились, сучата, вдвоем на одного⁈
Сверху прилетать перестало, я примерился тщательней и боднул одноклассника Сережку головой в нос. Вот как попал удачно — сразу имя вспомнил. Тут же меня приподняло и оторвало от него:
— Ванька⁈
Прекратил драку проходивший мимо из магазина пенсионер, знавший и меня, и моих оппонентов, деревня же. Растащив нас — потребовал объяснений, что происходит и чего не поделили. Петька пыхтел, мои одноклассники тоже. Что и не мудрено, косяк с их стороны был конкретный, тут и выяснять ничего не надо. Я тоже молчал, чего рассказывать — всё на виду. Дедок тоже сделал свои выводы, отвесив знатного подсрачника слегка пришедшему в себя Петьке:
— Понаехали, выкормыш председательский! А вы, шакалята, брысь отсюда, чертово семя!
По нолям сыграли, получается. Чувствую, в таком виде мне к маме заявляться не стоит, попало мне нормально. Мои соперники бесславно покинули пятачок у остановки, спасибо деду за победу, а мой спаситель насел на меня, выясняя, из-за чего они на меня втроем ополчились.
— Девчонку не поделили… — Ну вот не до разговоров мне сейчас, умыться бы, желательно холодной водой.
— Девку⁈ — Удивился дед. — А не рано ли закобелились, Ванька? Тебя на второй год оставляют, а ты из-за девок дерешься⁈
Тьфу ты, в натуре деревня! Каждая собака уже в курсе моей успеваемости. И эти архаровцы, не знаю как одноклассники, а вот с Петькой мне краями не разойтись…
Глава 10
— Охохонюшки… — Только и сказала мама, увидев меня разукрашенного в своем КБО. — Я уж испугалась, что тебе током выжгло всё и никогда не станешь прежним, а тебе как с гуся вода, ничуть не изменился! Где тебя так, с городскими чего не поделил или уже у нас успел⁈