Дневник смерти. Фортуна

– Яна, это глупо, – шепотом произнесла подруга, отводя Новикову к воде. – А вдруг они всех перебудят? Вдруг потом нажалуются?
– Меня это не волнует, – холодно ответила Яна, выдернув локоть из цепких пальцев. – Если ты ссыкло, Нина, можешь оставаться здесь и дальше пытаться строить из себя приму.
Подруга удивленно моргнула, раскрыв рот. Она явно не ожидала такого поворота, поэтому еще несколько минут стояла молча, смотря вслед уходящей Яне, которая лишь раз оглянулась через плечо, чтобы со странным удовольствием отметить, как удивленно смотрела ей вслед подруга.
  
Возвращаться она не стала. Надо было все подготовить. Все проконтролировать.
И ждать.
  
Ник
 
 
– Новинкин! – слышалось где-то вдали. – Новинкин, ты куда?
Нику не было дела до правил и до вожатых. Этого места не существует в реальности, так зачем переживать? Ник шел уверенными шагами в сторону ворот, не оглядываясь и не смотря по сторонам. Плевать! Больше это не его дело.
Ярко выкрашенная рыжая вывеска «Фортуна» гордо висела над выездом из лагеря. Домик охраны был пуст, что было Никите на руку – ловким движением он перепрыгнул через зеленый забор и нырнул в кусты, после вышел на тропинку и побрел в сторону машины.
Он был уверен, что, выйдя из лагеря, вернется в свою прежнюю форму, снова станет двадцатипятилетним мужчиной, но ничего не менялось. Ник уходил все дальше от «Фортуны», но так и оставался ее частью. Он шел по накатанной грунтовой дороге, ожидая, что вот-вот, совсем скоро, лагерь снова превратится в руины, краска на заборе облезет, а дорога зарастет кустарником. Но накатанная колея продолжала уходить все дальше вдоль леса. Дойдя до места, где оставил машину, парень остановился: иномарки нигде не было. Чертыхнувшись, Никита сел на землю, закрыв глаза руками. Как же выбраться отсюда? Неужели он так и останется здесь, в давно сгоревшем лагере? Неужели теперь и ему суждено раз за разом сгорать в обжигающем огне? Что теперь станет с матерью…
– Разве ты уже справился с задачей? – неожиданно послышался знакомый голос.
Ник резко открыл глаза и посмотрел в сторону леса: под раскидистой кроной старого дуба стоял старичок. Тот самый, что встретился по пути на реку, тот самый, что был на кладбище. Именно он отправил Никиту в этот лагерь. Но зачем? Разве был в этом толк?
– Какой задачей? – Никита уставился на старика недоуменным взглядом. Дед с ответом не торопился, лишь улыбался морщинистым лицом и беззаботно жевал травинку.
– Разорвать петлю. – Старичок не спеша направился в сторону Ника. – Ты разве не понял?
– Так это возможно? – оживился Никита. – Я думал, мои действия бесполезны… Яна не хочет меня слушать, все равно все идет к тому, что она отправится в тот сарай.
– Не важно, куда она пойдет, – задумчиво произнес старик. – Важно, что она там сделает.
Мужчина подошел к Нику вплотную и уставился на него ярко-синими глазами. Такими же, как у его отца. «Важно, что она сделает…» – Ник прокрутил в голове фразу старика, пытаясь понять ее смысл.
– И если я это изменю… – полушепотом начал Никита.
– То сможешь разорвать петлю и вернуть все на свои места, – закончил за него дедуля.
– А что будет с ребятами? – сердце Ника забилось чаще. – Что будет с Яной, когда все закончится?
Старик не ответил. Лишь пожал плечами и не спеша пошел в сторону леса.
– Зачем ты притащил меня сюда?! – крикнул Никита в спину старику.
– Ты сам сюда приехал. Разве нет? – ответил мужчина и с улыбкой скрылся в лесной чаще.
«Лишь разорвав петлю, ты сможешь вернуться домой», – по округе порывами ветра разнесся голос старика.
Ник пнул камень, что лежал рядом, и выдал весь набор бранных слов, что были в его лексиконе, да так громко, что вороны, спокойно сидевшие до этого на ветках, загалдели, то ли поддерживая, то ли осуждая. Громко выдохнув, Никита поплелся в сторону лагеря. Он знает, где будет Яна. На пляже она появится через пару часов. Значит, придется снова пережить этот день. Значит, нужно переживать этот день столько раз, сколько потребуется. Главное – понять, что же все-таки произойдет в том сарае. Уж сегодня он точно не пропустит ни одного движения, ни одного слова.
* * *
Сидя на горячем песке, Ник вслушивался в разговоры парней. Тимур восхищался фигурами играющих в волейбол девушек, а Костя присвистывал, когда кто-то из них падал в песок. Серый молчал. Как и вчера, он стоял в стороне, сложив руки на груди, и, сдвинув брови, смотрел на речную гладь. Стараясь унять ненависть и злобу, Ник поднялся и подошел к Серому. Тот посмотрел на него искоса и вновь вернулся к созерцанию природы.
– За что ты так с Новиковой? – Никита встал рядом и тоже уставился на резвящуюся в воде малышню.
– Не понимаю, о чем ты, – ответил Серый, не поворачивая головы.
– Зачем ты ее дразнишь? – уточнил Никита. – Ты знаешь, сколько боли ей причиняешь? Сколько слез пролито из-за тебя в подушку? Неужели она действительно заслужила такое отношение?
Серый молчал. Ник видел, как запульсировала вена на его лбу, как заиграли желваки. Внешне Серый старался держаться, но было видно, что внутри него бурлит вулкан эмоций. Вот только что это за эмоции, разобрать было невозможно. Чем так цепляла его Яна, почему именно она? В лагере были и другие девочки, более крупные и нелюдимые. Но его целью стала только она. В чем же причина?
– Влюбился, что ли? – предположил Никита. – Поэтому так к ней неравнодушен?
– Это не твое собачье дело, – прорычал Серый, поворачиваясь к Нику. – Лучше оставь меня в покое, пока снова в больничку не попал. Мало было?
Заметив настроение друга, Тимур и Костя поднялись со своих мест и окружили Никиту. Он же предпочел ретироваться: незачем было снова разжигать конфликт. Не это сейчас главное. Нельзя попадать в домик наказаний или лазарет, вечером нужно быть в старом сарае: именно там все случится. Нельзя пропустить этот этап.
– Ладно, ребят, давайте мирно разойдемся. – Никита поднял руки, изображая, что сдается. – Ни вам, ни мне не нужны новые проблемы.
– То-то же, – ухмыльнулся Тимур.
– Вали отсюда, Новинкин, – плюнул под ноги Костя.
Серый промолчал, лишь проводил Ника изучающим взглядом. Тот отошел на достаточное расстояние, чтобы не нервировать парней, и уселся на песок. Яна должна прийти с минуты на минуту. Ник надеялся, что хронология событий не изменится, иначе придется искать другие пути. Но, к большой радости мальчика, Яна явилась вовремя. Небо окрасилось красным, когда сестра появилась на горизонте. Она не спеша подошла к парням и, улыбаясь, завела разговор. Затем направилась к Нине, поговорила с ней возле воды, заставив подругу оцепенеть от изумления. Уходя, Яна бросила на Никиту беглый взгляд и ушла в недра лагеря уверенной походкой.
«Что же ты им предложила…» – подумал Никита, провожая сестру взглядом. Организатором была явно Яна, и то, что случится в сарае, – ее рук дело. Но кто, а главное, зачем подожжет лагерь – вот главный вопрос. Что станет причиной? Нужно было это узнать.
«Ближе к полуночи. У сарая», – была последняя фраза, сказанная Яной мальчишкам. Что ж, пора раскрывать карты, сестричка.
* * *
Когда скрипнула дверь старого строения, на улице уже стемнело. Как и прежде, ребята сбежали с отбоя, а Ник последовал за ними. Вот только сегодня он расположился не под широким дубом, а прямо под окнами – обзор и слышимость лучше. Вся компания была в сборе. Яна, странно улыбаясь, закрыла за ребятами дверь, и на мгновение в округе воцарилась тишина, лишь изредка тревожно вздыхала сова.
  
– Встаньте в круг, – послышался глухой голос сестры, от которого у Ника свело внутренности. Словно говорила вовсе не Яна. Словно ее губами вещало другое существо. Холодное, бесчувственное. В словах не было эмоций.