Дневник смерти. Фортуна

– Все-таки идем? – раздался голос Серого. Не такой уверенный, как днем. Не такой наглый, как обычно. Яна кивнула, бросив взгляд себе за спину. Нина приближалась с явной неохотой, но отступать было поздно. Новикова ощутила прилив злости, которая до сих пор толком и не была ею изведана. Эти ребята, все четверо, были ее болью, страхом, ненавистью, обидами. Они – причина ее страданий.
  
– Пошли, пока нас не увидели, – произнесла Яна. Ее голос дрогнул лишь на мгновение, но почти сразу ногу пронзила боль, и девочка скривилась, едва не оступаясь.
– Уверена? – услышала она едва различимый голос. В первый миг Яна решила, что ей показалось, но стоило Новиковой повернуть голову, как она наткнулась на вопросительный взгляд Серого, и ее бросило в жар. Девочка сжала зубы, не зная, как реагировать, но что-либо менять не собиралась.
Где-то вдалеке прогремел гром. Ребята почти одновременно повернулись на звук, но тучи пока только лениво стягивались на небе. Что, впрочем, не отменяло того факта, что в любой момент мог начаться дождь. Гром прогремел снова, еще более громко и зловеще.
– Пошли, – бросила Яна и первой направилась в сторону сарая. Не оглядываясь, лишь крепче прижимая к себе сверток. Боялась, что вся решимость испарится, а ноги сами уведут ее обратно в комнату. Под кровать, в нишу, где она просидит до возвращения родителей.
Но несмотря на страх, Яна продолжала идти, пока перед ней не возникла хлипкая дверь сарая. Она дотронулась до нее ладонью, осторожно приоткрывая. Замок давно был сбит, возможно, кто-то спешил что-то взять отсюда. А возможно, и какой-нибудь преступник искал свою жертву. Новикова улыбнулась собственным глупым мыслям, но почти сразу туман коснулся ее сознания. Девочка переступила порог, медленно обводя взглядом помещение. Не самый лучший вариант, но других не было.
– Закройте двери, – бросила она через плечо. Голос прозвучал чуть резче, чем обычно. Яна вздрогнула сама от себя, успев почувствовать какое-то волнение внутри. Словно это не она отвечала ребятам. Словно ей было не тринадцать лет, а в тысячу раз больше. Но в этот же миг дрожь коснулась ее спины, поднимаясь к затылку, и девочка вздохнула, почувствовав напряжение в пальцах. Она сжала мел, достав его из свертка, и неторопливо нарисовала идеально ровный круг. Обычно неуклюжая, Яна могла бы удивить саму себя, но в этот момент ее мысли были заняты совершенно другим.
С расстановкой свеч девочка тоже справилась без проблем. А вот статуэтку в центр ставить не стала. Почему-то ей казалось, что этого делать не стоило, хотя инструкция гласила обратное, всячески подчеркивая этот факт. Но Яна решила все сделать по-своему. А вдруг демон и правда появится, но вселится в нее из-за этого? Как его потом прогонять? Девочка мысленно отмахнулась от незваных дум, заканчивая со свечами.
Все это она делала под пристальными, немного испуганными взглядами ребят. Серый первым пришел в себя и оттолкнул ногой какой-то хлам, деловито расчищая место. Его взгляд казался отстраненным, но лицо оставалось задумчивым, будто бы он что-то заподозрил, но не мог понять, что именно происходило. Яна же сохраняла спокойствие, насколько это было возможно. Едва заметно дрожащими пальцами она подобрала книгу. Ребята как раз встали рядом с кругом. В свете огня их лица казались скорее напуганными, нежели заинтересованными. Новикова не могла понять, верили они в самом деле в какой-то глупый ритуал, или их страшила ее внезапная решимость.
– Magna Belial… – медленно прочитала Яна, найдя нужную страницу. От первых же слов, произнесенных ею, пламя свечей дернулось. – Frugativi et apellavi.
Новикова сглотнула, ощутив, как холод коснулся ее спины, просачиваясь меж ребер и дотягиваясь до сердца. Ребята зачарованно уставились на нее, как будто она не просто произносила какие-то незнакомые слова, а парила в воздухе. Но Яна знала, что это еще не конец. Внутренний шепот подсказывал, что нужно добавить больше драмы, поэтому она понизила голос, медленно повторяя слова вызова, но уже более четко.
Казалось, девочка не замечала изменений вокруг, но мальчики и Нина почти одновременно отступили от круга, когда пламя вновь полыхнуло, взметнувшись вверх. Подруга издала то ли писк, то ли тихий крик, но Яна даже не посмотрела на нее. Ее взгляд был устремлен в книгу, которая растекалась по рукам, окутывая ладони, запястья, предплечья. Черные щупальца тянулись, переплетаясь и стягивая кожу.
Новикова подняла глаза на ребят, в третий раз отчетливо произнося заклинание:
– Magna Belial, frugativi et apellavi.
Огонь вспыхнул, резко дернувшись, почти доставая до хлипкой крыши. Мальчишки испуганно отпрянули, не успев даже толком прочувствовать весь ужас ритуала. Но Яне этого и не было надо. Долгий спектакль мог привлечь внимание вожатых, которые вот-вот должны были делать обход.
Нина тихо вскрикнула, прикрыв рот ладонью. Ее взгляд, полный животного страха, был устремлен куда-то поверх плеча Яны.
– Ты… ты… как ты могла? Больная корова! – крикнула девочка, бросаясь к двери. Мальчики несколько секунд еще стояли, словно не в силах пошевелиться, и смотрели на Яну.
– Жирная тварь, – прохрипел Тимур наконец, обретя способность говорить. Все трое выскочили из сарая. – Утром все узнают об этом! – крикнул мальчишка, скрываясь в ночи. Яна хотела броситься следом, но ощутила себя сдавленной со всех сторон. Словно невидимые тиски держали ее на месте. Девочка обессиленно зарычала, чувствуя, как слезы потекли по щекам. Она хотела обернуться, пошевелиться, высвободиться, но круг, внутри которого девочка оказалась, лишал ее этой возможности. Она до последнего не понимала, что вокруг все начал пожирать огонь.
– Яна… – прошелестел незнакомый голос. – Бедная маленькая Яна…
  
Ник
 
 
«07.07.1987 – 07.07.2000»
Цифры обжигали сетчатку глаз. Промокший до самых трусов, Ник крепко держался за руль и гнал в направлении лагеря. Он не был уверен, что «Фортуна» существует. Не был уверен в своей адекватности. Он больше не был уверен ни в чем. Никиту трясло то ли от прилипшей к телу мокрой и холодной футболки, то ли от ощущения нереальности происходящего. Мобильный на соседнем сиденье вибрировал, показывая десятки пропущенных от Леси, но Нику не было до этого никакого дела. Он мчал на полной скорости, иномарка подпрыгивала на грунтовой дороге кладбища. Вокруг царила кромешная тьма, и даже дальний свет фар не справлялся с густотой ночи.
Доехав до поворота, Ник резко вывернул руль вправо, выезжая на асфальт, и поддал газу. Ближе к лагерю, там, где дорога вновь сменилась грунтовкой, машину все же занесло на повороте, а сам он ударился головой об дверь. Выругавшись, Никита потер висок и машинально отпустил педаль газа. В вязкой почве иномарка дернулась и заглохла. Парень чертыхнулся и повернул ключ зажигания, двигатель снова загудел. Но выехать из ливневой лужи не получалось: колеса обессиленно буксовали по хлюпающему чернозему, а автомобиль не двигался с места. Припомнив еще несколько бранных слов, Ник вылез из машины и пошел пешком. Телефон так и остался лежать на пассажирском сиденье.
Дождь крупными каплями бил по листве деревьев, земле и спине парня. Ник пробирался сквозь кустарники практически на ощупь, пытаясь разглядеть знакомые места. Дорога заросла настолько сильно, что парень сначала подумал, будто ушел не в ту сторону, но вскоре перед ним появился забор. Старая зеленая краска свисала огромными кусками с проржавевшего металла. Странно. Еще днем с забором все было в порядке. Радуясь знакомому ориентиру, Ник пошел вдоль него.
  
Вдруг вспышка осветила небо так сильно, что на мгновение стало светло как днем. Но ярко-красный всплеск исчез так же быстро, как и возник. В глазах Ника потемнело, голова закружилась, а ноги перестали слушаться. Из последних сил парень брел вдоль забора, крепко цепляясь за ржавый металл. Чувства предательски притупились: картинка плыла, звуки стали приглушенными, а кожа почти не чувствовала холода. Доковыляв до главных ворот, Ник уставился на покосившуюся выцветшую вывеску «Фортуна» и тут же обессиленный упал на землю. Волна жара прошла по телу, стало сложно дышать. Парень почувствовал, что падает, хотя и так уже лежал на мокрой траве. Внезапно шум стих, и стало темно. Он отключился.