"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

* * *
5 ноября, понедельник, время 15:25.
МГУ, ВШУИ, кабинет Колчина.
— Вот! — Костя Храмов шлёпает мне на стол изрядную стопку папок в треть метра высотой.
Начинаю вдумчиво разбирать принесённое, слушая вполуха отчёт о проделанной работе. Мои юристы прогнали основные разработки со всеми расчётами, чертежами и кодами через нотариальную контору. Это первый шаг. Безопасный, по моей мысли. Нотариусы, как и вообще юристы, вникнуть в смысл чертежей, формул и всего остального физически не способны. За это можно не волноваться. А вот поставить штампик, дату и подпись на каждой странице — запросто.
  
— Что⁈ — ещё полностью не осознаю новости, реагирую чуть ли не на физиологическом уровне.
— Заявка на регистрацию метода стабилизации вертикальной ориентации при посадке космических аппаратов путём создания момента инерции подана, — отбарабанивает заученное Костя и добавляет: — Некий Богдан Осташко из МИРЭА (Российский технологический университет). Факультет интернет-маркетинга, третий курс.
Перевариваю полученную инфу. Вот и результат неумения держать язык за зубами подъехал.
— В Бюро пришлось засветиться. Они знают, кому дали данные на «изобретателя». Мы сказали, что заинтересованы купить патент или лицензию.
— Когда подана заявка?
— 3 сентября этого года.
Так-так… Самарину я скинул тему в конце весны, тот уже летом принялся обсуждать её в чате. Как-то дошло до этого Осташко, и шустрый перец быстренько подсуетился. С этим надо что-то делать. А что? А то! Первое поручение шефу СБ. Не самому же мне за хитрецом гоняться. Не царское это дело. И возблагодарим силы небесные за то, что Петюня Самарин не додумался, как центр тяжести можно стабилизировать. Зато я догадываюсь, как. Надо только проверить. Сначала теоретически, а позже экспериментально.
— Вера, где Фёдор Дмитриевич? — вопрошаю секретаршу через переговорник.
— Здесь. У бухгалтера оформляется.
— Ко мне его сразу, как освободится.
Пока принимаемый на работу шеф СБ не подошёл, интересуюсь у Кости перспективой судебного преследования хитрожопого Осташко.
— Давай я ещё Олега позову, он у нас по патентному праву специалист.
Конечно, соглашаюсь. Первым всё-таки приходит дядя Фёдор. Ну, так ему и ближе.
— Первое задание, Фёдор Дмитриевич, — пододвигаю листок с установочными данными. — Надо этого перца найти. Что с ним делать, ещё решим. Это фигурант и потенциальный выгодоприобретатель канала утечки информации. Канал, естественно, тоже отработать. Там ничего сложного, скорее всего, всё проскочило в открытых чатах и форумах. В наших же, университетских.
Мимоходом дядя Фёдор уже как-то задавал сакраментальный вопрос:
— Витя, ты в курсе, что у вас течёт?
— Да, — тоже мне бином Ньютона.
— И знаешь где?
— Для этого я вас позвал — узнать где, кто и как…
Как говорил один персонаж из культового многосерийного фильма: «что знают двое, то знает последняя свинья». А таких вещей, о которых знают не более одного человека, у нас немного. Всё остальное может утечь на сторону.
И вот одного «кто» обнаружили. На той стороне. Источник с нашей стороны тоже известен — длинноязычный Петруня.
Подоспевший Олег Брагин, среднего роста откровенный блондин с водянисто-голубыми глазами быстро избавляет нас от лишних тревог.
— Можно в сеть выйти?
Пускаю его на своё место, ловя при этом долгий взгляд дяди Фёдора, который смягчается при виде того, что я стою за спиной юриста-патентоведа.
— В чём соль изобретения?
Объясняю. Подбираем ключевые слова.
— Ага, вот! — с лёгким торжеством в голосе Олег выводит на экран страничку и уступает мне моё место.
Вникаю. Способ стабилизации ориентации в пространстве…
— Так это автомобили!
— Ну и что? Какая разница, где применять?
Брагин объясняет, что вероятность официальной регистрации патентных прав у того ухаря равна нулю. А я уж было собрался выкупать это изобретение. Правда, не за деньги, а за пару тумаков.
13 ноября, вторник, время 15:40.
МГУ, ВШУИ, кабинет Колчина.
— Всё, хозяин, принимай работу! — весело говорят двое из ларца, одинаковых с лица.
Скучно гляжу на положенную на стол бумагу, перевожу вопросительный взгляд на дядю Фёдора.
— Сейчас проверю.
Задействует свой хитрый шпионский чемоданчик. Лазерный микрофон. Только слушает не кабинет, а улицу. Зину просит выйти и оттуда свистнуть. Само собой, свисток ей не нужен.
— Всё в порядке. Ничего не слышно.
Рассуждаем элементарно: если звук не проходит в одном направлении, то не пройдёт и в другом. А в кабинете с прибором работать намного легче.
Сначала хотели купить и установить девайс, генерирующий помехи. Подумал и выбросил поданную дядей Фёдором идею в корзину. Включай прибор, выключай, да он ещё сломаться может. И дорого, блин! Нет, решил я, мы пойдём другим путём. Меняем окна на вакуумные стеклопакеты. Предварительная проверка показала, что звуковые колебания частично гаснут в сильно разрежённой среде, частично искажаются спейсерами (маленькие столбики между стёклами для противодействия схлопыванию стёкол от атмосферного давления), которые всё-таки немного пропускают звук через себя.
Гляжу на предъявленный счёт. Кажется, по деньгам мы не выиграли. Зато удобнее, хлопот меньше и повышенная теплоизоляция как бонус. Поёживаюсь не только от суммы, только немного не добравшейся до шестизначного числа, но и от холода. Пока работали, изрядно помещение выстудили.
Подписываю и отдаю один экземпляр Вере. Печать доверил ей.
— В течение трёх суток оплатим.
Удовлетворённые оконных дел мастера уходят.
— Дядя Фёдор, всё понимаю, но как же ты меня достал… — говорю тоскливо.
Никакой работы целую неделю нет, всё вверх дном. Притащил несколько компьютеров, на системниках стоит штамп «Проверено ФСБ», заряжены последней версией Касперского. Один поставили бухгалтеру, перенесли все данные и программу бухучёта. С моего старого аппарата снял всё, относящееся к Ассоциации и Агентству, и в сторону. Мне тоже аппарат с клеймом от ФСБ. Вере то же самое. Старые, подключенные к интернету машины оставили. В мировую паутину тоже надо как-то выходить. Заклеймённые компы соединили в локальную сеть без доступа к интернету. Передача инфы из глобальной сети в локальную и обратно только флешками и после обязательного сканирования Касперским.
Мало того, дядя Фёдор вошёл в раж и всех ключевых работников — а мы сейчас все такие — заставил выучить неудобоваримые пароли. Хаотический набор символов и самые длинные ряды — нам с Песковым. Целых полчаса вызубривал, причём там то и дело надо регистры переключать. Против чисто цифровых последовательностей дядя Фёдор встал стеной… с-цуко! Спецслужбист хренов!
По деньгам все телодвижения обошлись в полмиллиона. Те же компьютеры раза в три дороже. Не жалко, но жутко достало.
— Что? — устало гляжу на безопасника, усевшегося напротив.
— В комнатах Шакурова и Куваева обнаружена прослушка, — равнодушно информирует дядя Фёдор.
Блять! Удерживаюсь от озвучки, но выражение лица соответствующее. И в Главном Здании МГУ никто даже ФСБ не позволит окна менять.
— Удалили?
— Пока нет. Ребята из конторы хотят изловить сильно любопытных…
Дядя Фёдор излагает принцип. Устройство записывает разговоры, сжимает в пакет и сбрасывает якобы случайно мимопроходилу. По сигналу с его девайса, которым даже смартфон может выступать.
Шакуров ничем особо серьёзным не занимается. Куваев прорабатывает проект суперОС, но у него нет привычки думать вслух, и советуется он только со мной. Но поговорить с ними всё равно надо.
  
— Только у них?
Безопасник кивает. Как-то странно. Почему мне не повесили? Со Светкой я ни о чём таком никогда, но пару раз совещания с ребятами устраивал. Вроде понимаю, в чём дело…