"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Алиса, — спокойненько так подковыривает Светлана, подцепляя вилкой кусочек мяса.
Ну… сам виноват. Только какой ещё понятный для горожанки пример привести? Полевая или огородная работа в этой среде, пожалуй, самая непопулярная. По моим наблюдениям.
— Неважно, — досадливо отмахиваюсь. — Можно и с твоей семьёй на вашей даче тем же самым заняться. И можно себя накрутить: ой, опять спину гнуть под палящим солнцем, копаться руками в земле, махать мотыгой; да как же это неприятно! Но даже после такого чувствуешь удовлетворение от законченного и нужного дела.
  
Прожевав свою очередную порцию, продолжаю:
— А можно взять с собой чай, чего-нибудь закусить, весело пошутить, у самого себя сгенерировать замечательное настроение. Порадоваться ясной погоде, благоприятствующей спокойному труду. Можно во время работы развлекать всех весёлыми историями и анекдотами. Похвастаться силой и мощью, утащив два или три мешка зараз на спор, вызвав у остальных восторг и восхищение. Короче говоря, превратить тягомотную обязанность в праздник общения между близкими людьми. Общение — это ведь не только совместное застолье.
Делаю паузу и приканчиваю свою гречневую кашу с бефстрогановом. Пододвигаю стакан с компотом.
— В первом случае ты радуешься только в конце дня, когда неприятные обязанности заканчиваются. Во втором ты приятно проводишь весь день и устаёшь намного меньше. И так во всём. Вот лекция вроде бы по скучному предмету. Но я заранее знаю, где и как мне эти знания понадобятся. Хотя бы примерно. И даже скучный и невзрачный лектор отвечает на мои вопросы и запросы своим рассказом. Поэтому слушаю с предельным вниманием и всё укладываю в голове.
Мы встаём. Привычно отодвигаю стул своей спутницы, идём на выход.
— Своей мотивацией можно управлять. А её наличие — залог эффективной учёбы.
— Вот ты зануда, — вдруг заявляет девушка. — Я всего лишь хотела тобой восхититься, а ты мне целую лекцию зарядил.
Опять меня в тупик ставит! Начинаю понимать умных мужчин, которые хором заявляют, что женщин понять невозможно. Надо выкручиваться!
— Ты — молодец, сделала мне комплимент. Я тоже молодец, развлекаю тебя умными беседами целых полчаса.
— А мне комплимент⁈ — капризно дует губы.
— Приходи на ночь, откомплиментирую по полной программе, — и приходится убегать от грозно размахивающей сумочкой девушки.
5 декабря, суббота, время 14:15.
МГУ, 2-й корпус, конференц-зал.
— Дорогие друзья! Сначала о самом животрепещущем. Близится зачётная неделя, завершены переговоры с преподавателями, и я уполномочен сообщить о результатах. Группа, работающая по проекту «Аэродинамическая труба», по вычислительным методам, базам данных и аэродинамике, у кого она есть в программе, получит зачёт автоматом. Если есть экзамен, один балл у вас в кармане.
Пережидаю шум, все причастные выражают сдержанный восторг.
— По «Электронному справочнику» особых плюшек нет. Всего лишь обещание отнестись лояльно на зачёте, и есть разрешение получить его заранее. По тем же вычислительным методам и базам данных. Работа несложная, но как вы все знаете — оплачиваемая.
Ну и так далее. Система конструирования всяческой механики вчерне создана и даже обкатана на конных повозках. Но больше вручную. Работы ещё до горизонта. Экономист Марк Хрустов взял эту тему как основу для своей работы «Архаичные технологии в современном мире». ВШИУ не замедлили включить её в свой план работ.
Деканша Виктория подмяла под свой факультет и разработку компьютерного тренажёра для пилотов космических аппаратов. Это одновременно образовательная, обучающая и игровая программа. До меня только недавно дошло через обрывки разговоров, намёки и другие мелочи, с чего это вдруг Виктория Владимировна вцепилась в нас мёртвой хваткой.
А ещё дошло, как сильно она облегчила нам жизнь. Как-то не подумал с самого начала, что для любой организации нужен офис, место прописки и самая банальная канцелярия.
Обязательная программа отработана, теперь можно переходить к оригинальной:
— Дорогие друзья! У меня сильное подозрение, что многие не понимают масштаба и широты нашего замаха. Вы все знаете историю. Когда-то наша страна победила в Великой Отечественной войне. Наш народ совершил гигантский подвиг, спас страну и весь мир. Ценой гибели практически целого поколения.
Делаю паузу, отдавая дань памяти героическим предкам.
— Сейчас наше поколение просто обязано совершить нечто ещё более грандиозное и великое. Сделать нашу страну безусловным лидером в великой космической гонке. Сразу уточняю, — широко улыбаюсь, — случиться может всякое, но кровопролития не предполагается. Если оставить вне зоны внимания обычный производственно-бытовой травматизм.
Пережидаю реакцию зала.
— Я знаю, что та страна, которая станет первой в космосе, будет первой и на планете. Поднимите руку, кто думает так же?
Оглядываю зал. Тянут вверх руки процентов десять — пятнадцать. Полагал, будет больше, но по мне, так даже лучше.
— Меньшая часть верит в эту концепцию, большая — нет, — констатирую результат мгновенного опроса. — Получается, что я — единственный, который ЗНАЕТ, что это так. Спросите, откуда я могу знать?
Улыбаюсь с оттенком глумливости. Собираюсь сделать сенсационное заявление. И пусть кто-то позже обзовёт это дешёвым рекламным ходом. Мне начхать, главное, чтобы громко было.
— Начну издалека, но быстро. В последнее время в вале литературы, в большей части откровенно графоманской, набрал огромную силу жанр попаданчества. Всем очень хочется переиграть некоторые особенно трагические страницы нашей истории. Сделать их менее трагическими и более победоносными. К чему говорю? К тому, что все главные персонажи попадают в прошлое, обладая послезнанием и кругозором, свойственным нашему времени. И этого хватает — должно хватать по разумению авторов — для изменения хода событий в благоприятную сторону.
В зале некоторое недоумение, которое сейчас закончится.
— Но не видел ни одного романа, где в наше время проникает попаданец из будущего времени. Нет, была, конечно, «Гостья из будущего» — Алиса Селезнёва, но это не слишком серьёзное детское кино. Селезнёва не меняла хода истории. А я именно это и собираюсь сделать.
Не сразу до всего зала доходит то, что я сказал. Но постепенно шум нарастает. По большей части весёлый. Молодёжь любит посмеяться
— Да, я — попаданец из будущего, — нагло ухмыляюсь всему залу. — Предвижу два вопроса. Первый: какие у вас доказательства? Второй: а что там в будущем? По первому могу сказать одно: внимательно посмотрите на мою биографию, других доказательств у меня нет и быть не может. По второму ответ тоже недлинный. Через двадцать — тридцать лет наши базы по всей Солнечной Системе. На Луне, Марсе, крупных планетоидах, спутниках Юпитера. Десятки тысяч человек в космосе живут и работают на этих базах и в космических городах.
Шум и смех усиливается. Продолжаю нагло улыбаться.
— Что ещё я знаю? У нас есть два пути стать первыми в космосе. Один — с огромными издержками и потерями времени. По этой дороге идёт Роскосмос. Второй — намного более быстрый и эффективный. Безусловно, я предлагаю пойти по второму пути. Через несколько десятилетий некоторые историки скажут, что Россия неизбежно должна была стать первопроходцем в деле освоения Солнечной Системы. Они будут считать, что больше никто не был способен вытянуть такую задачу. Если внимательно посмотрите на развитие мировой космонавтики в последние десятилетия, то неизбежно придёте к выводу, что подобный вывод имеет основания. Космонавтика топчется на месте. Почему? Потому что мы до сих пор не удосужились взять предназначенную только для нас роль лидера. А другого кандидата не находится. НАСА не вывозит.
  
По залу перекатываются шумовые волны. Веселья, смеха, возбуждения. Наверное, за что-то меня можно покритиковать, но равнодушных в зале точно нет.