"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Раздаётся звяканье ключа, в дверях материализуется улыбающийся директор.
— Время вышло, милорд! Извольте немедленно представить ваши бумаги! — Провозглашает Анатолий Иваныч. Очень его веселит мероприятие. Так сильно, что он согласился сегодня подменить математика на весь день.
Со вздохом складываю листы. Четыре законченные задачи и одна только начатая.
Пока доходим до кабинета физики, вокруг нас уже вьётся куча любопытных.
— Сейчас всё узнаете. Потерпите пятнадцать минут.
Мы заходим в кабинет, где нас ждёт Сергей Викторович. Через пять минут начинаю злорадно ухмыляться, а через десять мы выходим. Математик не справился с последней и самой трудной задачей, а я хоть не решил, но правильное направление нащупал. Сергей Викторович удостоверился по моим словам, что знаю, куда идти и пусть не десять баллов получаю, но три он и директор дают мне с лёгким сердцем. И-е-е-х-о-у!!!
Выхожу и бросаю вверх сжатую в кулак руку: победа! Меня волной накрывает восторженная толпа одноклассников. Через несколько секунд лечу к потолку и обратно. Меня мощно качают. Я летаю, девочки визжат от восторга, малышня бегает туда-сюда. Бедлам!
Победа с минимальным перевесом — идеальный вариант. Сенсационен сам факт вызова на дуэль. Учителя минимальное отставание вполне устроит. Собственно, и мой проигрыш с минимальным отставанием моей репутации ущерба бы тоже не нанёс. Ничья, тем более. Но моя победа прогрохочет по всему городу. Ученик обштопал учителя, это сенсация.
На ММО дают за раз не пять задач, а три. И времени пять часов, не четыре. По уровню сложности сегодняшние задачки только на полпальца отстают от международных. Так что провёл отличную тренировку.
И сразу праздничный обед. Повод железный. Девочки пирогов настряпали.
— Этот день, — торжественно заявляет Литвинов, жуя пирог, — навсегда войдёт в анналы.
— Похоже на тост, — замечаю я. Все ржут. Довольные и счастливые больше меня.
Так проходят наши последние счастливые деньки.
4 июня, время 15.10.
Школа.
Страждущая известий толпа вьётся около вывешенного списка с результатами экзаменов. Русский и математика. Неплохие результаты. И у кого самые лучшие? По математике у меня, разумеется. Девяносто четыре балла. Куда шесть баллов замылили? По русскому несколько грустнее, но предсказуемо: восемьдесят семь.
Технологий, противостоящих жесточайшему контролю, разработать так и не смогли. Даже в туалет выходили с сопровождением. Экзамен проходил в другой школе, так что закладок в любом виде сделать невозможно. Идею использовать азбуку Морзе отвергли тоже. Легче выучить предмет, чем в краткий срок освоить сию науку.
Бурное коллективное обсуждение подобных возможностей благотворную роль всё-таки сыграло. Включив накануне искина процентов на пятьдесят, выделил из всего сонма тригонометрических формул, — их там более тридцати, предлагаемых к запоминанию, — несколько ключевых. Всего четыре. Все остальные достаточно просто выводятся из них. То же самое проделал с логарифмами.
— Ну, а табличные интегралы и производные надо тупо выучить наизусть, — так закончил стихийную свою лекцию.
Общие усилия по подготовке и самоподготовке сказались. Ниже семидесяти баллов не набрал никто. Полагаю наличие в классе мощного, федерального уровня силы, олимпиадника сказалось. Учитель не всегда в зоне доступа, к однокласснику с любым вопросом обратиться намного проще. А дуэль показала, что в квалификации я учителю не уступаю.
— И всё-таки ты не набрал сто баллов, — подошедшая Оля ехидно дёргает меня за ухо.
— Ты не права со всех сторон, — пожимаю плечами. — Я их ещё в прошлом году набрал, когда на всеросе победил…
— Но официальный экзамен не вытянул, — возражает Оля, а вокруг нас собираются любопытствующие.
— Тоже вопрос. Некоторые задачи могут иметь несколько вариантов решения. Экзаменаторы могут подойти к проверке формально, сверить со своим вариантом. Не совпадает? В топку. Уверен, что если на апелляцию подам, то выбью из них сто баллов. Нет в моей работе ошибок.
— Будешь апеллировать? — Влезает Ирина.
— А зачем? Мне, чтобы подтвердить сто баллов, надо набрать всего семьдесят пять. Да и подтверждать уже не надо. То есть, целых две причины, чтобы не шуметь. А им, экзаменаторам, так спокойнее. Стобалльные результаты всегда привлекают внимание большой стаи проверяющих.
Возможно, такая же картина с русским языком. Правил столько, что нет, наверное, людей, которые бы их помнили все, со всеми исключениями. Ладно бы помнить, такие, с великолепной памятью специалисты ещё найдутся, но многие правила натурально опираются на ощущения. Похожие на музыкальный слух. Синтаксис в небольшой части отдаётся на откуп автору текста. Запятыми он может выделить часть текста, которая по правилам в этом не нуждается. Квалификация проверяющих и составляющих контрольные тесты может быть сомнительной. Нет, наверняка какие-то требования для них есть, но для проныр всякого рода нет непреодолимых препятствий.
Короче говоря, экзамен по русскому языку — частичная лотерея. Абсолютных знаний недостаточно для абсолютного результата. Их достаточно для получения некоторого минимума баллов в восемьдесят пять-девяносто. Дальше — лотерея.
Если бы поступал в ФКИ без привилегий, то у меня на счету уже сто восемьдесят семь баллов. Чтобы догнать до двухсот семидесяти (и среднего проходного по трём экзаменам — девяносто), мне по физике надо набрать восемьдесят три. Поглядим, что получится. Физика — завтра. В гимназии.
5 июня, время 12.30.
Гимназия, ЕГЭ по физике и другим предметам.
Сдался и выхожу из аудитории. Даже не выжатый, а так, слегка притомившийся. Поработать пришлось и моё относительно бодрое состояние объясняется только высокой степенью тренированности.
— Ну и как? — В холле меня с улыбкой встречает Анатолий Иваныч. — Затруднения были.
— Я их успешно преодолел.
Обсуждаем несколько задач, в которых у меня есть хоть малейшие сомнения. Ошибок не находим.
— Как там Долгоруков?
— Не знаю, Анатоль Иваныч. Но вид бодрый.
Иду домой с чуйством огромного облегчения. С экзаменами, считай, покончено. Немецкий язык, — это ещё два дня, 11-го и 14-го, — за экзамен не считаю. Готовлюсь, конечно, но так, вальяжно и снисходительно. Сам по себе экзамен не обязательный, хотя набирать меньше восьмидесяти четырёх не рекомендуется, пятёрки не будет. Хотя в аттестат всё равно запишут пять. Оценка ниже отлично у меня только за первое полугодие 10-го класса. И то, я картину гнал, а не реально материал не знал. Конспирация-с…
Шёл бы на медаль, тогда б всё строго учитывалось. Но эту обузу вешать на шею не стал. Надо бы отдельно поспрашивать, но твёрдое у меня ощущение, что никто из моих товарищей по сборной на медаль даже не пытается претендовать. Универсалы никогда не бывают рекорсменами в отдельных видах.
Прихожу в пустую квартиру. Родители на работе, Кир уже вторую неделю в Березняках. С замыслом его туда пораньше отправили. Чтобы мне не мешал. За что огромное спасибо, мощный отвлекающий фактор исчез. Можно сосредоточиться на чём угодно. Было бы очень скучно без Кира, не будь экзаменационных и кое-каких других забот. А так, без него, полная лафа. Например, могу полностью окунуться в рисование, не слыша сосредоточенного сопения за ухом.
14 июня, 9 часов утра.
Лицей № 14.
Оказывается, у нас ещё и лицей есть. Захожу в кабинет к экзаменаторам. Безбоязненно. Это у некоторых ребят в холле вид такой, будто там клетка с голодными львами.
— Гутен таг, майне дамен!
— Гутен таг, Колчин!
Узнают. Это радует. В прошлый раз из принципа разговаривал с экзаменаторами только по-немецки. Чем купил их на корню. Меня приглашают присесть и начинают вести беседу. На вольную тему, которая их очень интересует: международная олимпиада.