"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— На область по физике пойдёшь? — Любопытствует встретивший меня на выходе директор. Его присутствие в классе, как нашего преподавателя, не приветствуется.
— Я ещё не прыгнул, а вы говорите «Гоп!», — упрекаю вышестоящего торопыгу.
— У меня просто сомнений никаких, — улыбается наш главный физик. — Как там Сергей?
— Сейчас выйдет, — выйдет мой главный конкурент, который обштопал меня в прошлом году по девятым классам. Есть еще один выпускник перспективный. В области не знаю, а город точно проскочит. Славься 8-ая школа своими физиками. К которым и я примыкаю.
Когда выходит Сергей Долгоруков, директор уводит нас в другой кабинет и вытряхивает из нас всё, что мы нарешали.
— Здесь у тебя ошибка, Серёж, — указывает стоящему у доски Долгорукову директор. — Центр тяжести падает со стандартным ускорением, а не стоит на месте.
Конкурент мой впадает во временную прострацию и через полминуты отмирает и вздыхает.
— У тебя как? — Директор поворачивается ко мне.
— Всё нормально у меня. Падает куда надо и как надо.
По итогу выясняется, что конкурент прокололся в одной задаче. Я — ни в одной. Посмотрим, что экспериментальный тур покажет, но пока обхожу своего соперника.
— Анатоль Иваныч, — начинаю серьёзный разговор, когда выходим из класса, — как там насчёт общих сборов?
— Вам на область организую, не вопрос, — рассказывает директор, пока мы идём по коридору, — в управление тоже обращался насчёт Всероссийской. Обещали подумать.
Настаиваю и буду настаивать на серьёзном спортивном подходе. Удивило меня крайне легкомысленное отношение нашей образовательной администрации к этому делу. Никто даже не задумывается о том, чтобы подготовить команду к важному заключительному этапу. Привезли, как дрова — выгрузили — погрузили — увезли, как дрова. Об акклиматизации и переходе на другой часовой режим никто не думает. Поэтому сибирские и дальневосточные команды так хиленько выступают. Все списывают результаты на столичные условия учёбы победителей, а слабо москвичей и питерцев вывезти в Красноярск, например? И варёными, в то время, когда они привыкли сладко спать, загнать в классы задачи решать? Поглядел бы я тогда на результаты. С большим и ехидным интересом.
19 декабря, время 12:15.
Школа.
Экспериментальный тур по физике меня по-хорошему разочаровал. В том смысле, что не вызвал никаких трудностей. Размышляю по пути в столовую. Вот пример:
https://www.5-tv.ru/news/219087/ucenye-dokazali-cto-korotkij-put-nesamyj-bystryj/?ysclid=lj78fozl52496974576
Задача о брахистохроне. Понятно, что все шарики в конце траектории будут иметь одинаковую скорость, ведь потенциальная энергия у всех в начале пути одинаковая. Если, конечно, шарики соскальзывают, а не скатываются и пренебречь трением, влияние которого тем больше, чем длиннее путь.
Но самую удачную траекторию не так просто вычислить. Кажется, это что-то из вариационного исчисления. И ещё здесь надо рассматривать функцию действия. Вроде. В школе её не проходят, да и я пока не разобрался. В фейнмановских лекциях читал… так что это задача никак не для школьников.
Отдаю талончик на раздаче, лишнего не беру, поэтому доплачивать не надо. Присаживаюсь за столик у окна с видом на пришкольную территорию, сейчас пустую, не считая строя сосен вдоль забора.
Школьная жизнь всё время меняется. Уроки стали по сорок минут, зато их количество увеличилось. Бывает и по семь уроков и по восемь. Хотя последнее — редкость. Обычно на восьмой урок приходится классный час или что-то совсем не страшное типа МХК или рисования.
Не успеваю съесть первое, как раздаётся звонок. И через пару минут в столовую хлещет поток ученичков. Приятно, очень приятно глядеть на всех со стороны. Замечательное чувство, когда выпал из общего озабоченного потока, — нас освободили от уроков на весь день, — осознавая, что ты в отличие от всех ничего не должен. Сейчас спокойно доем и домой пойду. Остальные обречены ещё на пару-тройку уроков.
Так, кажется, спокойно доесть мне не дадут. За стол усаживается пара одноклассниц. Разбитная Ира и скромная Света.
— Колчин! Ты почему сегодня отсутствуешь? — Конечно, спрашивает Ирина, Светланка, как обычно, молча поддерживает подружку улыбкой.
— Как почему? — Деловито отделяю очередной кусочек котлеты. — Я вашу честь защищаю, а вы тут с претензиями глупыми.
— Нашу честь? — Девочки переглядываются и начинают смеяться. Света почти беззвучно, зато Ира взахлеб. Она во всём классе главная хохотушка. Повезёт кому-то с женой.
— А как же? Городская олимпиада по физике. Я защищаю честь всей школы, так сам пан директор сказал. И нашего класса, нас ведь от школы трое. И вроде мой результат лучший. Из всех наших, — обстоятельно и рассудительно даю пояснения. Но они не сильно помогают, девочки всё равно смеются.
Настроение повышается. Совершаю открытие: для мужского уха одна из самых завлекательных мелодий — задорный девичий смех. Или женский, особенно если он с налётом игривости, как сейчас. Поэтому, закончив со вторым, компот стараюсь пить очень неторопливо.
В конце концов, девчонки успокаиваются и принимаются за обед. Но при этом как-то хитренько переглядываются. Боюсь что-либо говорить, Иринка может с набитым ртом фыркнуть и забрызгать весь стол и нас. Плавали — знаем. Такая реакция может последовать на что угодно. Даже если сейчас её грязно обругаю, потом, возможно, скуксится и заплачет, но сначала захохочет.
Девочки едят довольно быстро. Ну, как быстро? Половину первого не доедают, от второго тоже что-то остаётся. Теперь догоняют меня с компотом. Интересное у нашего поколения отношение к еде. Лично я почти ничего на тарелке не оставляю, но, пожалуй, больше из вежливости. Не доесть — обидеть повара, так думаю. Но это я почти никогда, а мой папахен никогда ничего не оставляет. И рассказывал про своих родителей, что они даже крошки со стола смахивали. Наверное, потому что поколение дедов на своей шкуре знают, что такое реальный голод. Не доешь сейчас — потом будешь жалеть. Следующей кормёжки неизвестно сколько ждать. Моё поколение абсолютно беззаботно в этом смысле. Не знаю, хорошо это или плохо, но вот так дела обстоят…
— Колчин… — Ира приступает к делу, но ей сильно мешают приступы смеха, — хи-хи-хи, тут такое дело… хи-хи-хи… пошли целоваться…
Цепенею от неожиданности. От неожиданности же бросаю трусливый взгляд на довольно далеко сидящую Ольгу. Как-то неправильно оценил расклады в классе. Полагал, что Оле никто дорогу не посмеет перебежать. Или она негласно разрешила, или Иринке на неё начхать. Склоняюсь ко второму, страха в ней ни перед кем не замечал. Как и особой стеснительности.
— Ты привлекателен, мы чертовски привлекательны… почему бы и нет? — Вдруг заявляет Света. И заметно краснеет. От её слов цепенею ещё больше. Света вдруг заговорила, да так смело? Не важно, что не сама придумала, а из кино процитировала. Процитировать тоже надо решиться.
От моего растерянного вида девочки окончательно впадают в режим безудержного смеха. Даже сдержанная Света. От Иринки заразилась? Несмотря на изумление, настроение растёт ещё выше.
— Сразу с обеими? — Никак их предложение не втискивается в мозг. Не пролезает и сопротивляется. Лицо моё, чувствую, непроизвольно вытягивается.
— Тебе двоих мало? — Изумляется Ира. — Ещё кого-нибудь позвать?
— Нет-нет! — Натурально пугаюсь, растерзают ведь. Девчонок опять накрывает. Света сначала толкает подружку, типа, чего ты несёшь? И тут же, не прекращая пунцоветь, смеётся вместе с Ирой.
— Ну, что, пошли? — Подмигивает Иринка.
— Девочки, — нахожу в себе силы выползти на твёрдую основу назидательности, — это серьёзное мероприятие…
Слово «мероприятие» по отношению к предлагаемому действу снова выводит Иру из почти обретённого равновесия.
— И относиться к нему надо серьёзно, — поднимаю наставительно вверх палец. — вы знаете, что с поцелуями передаётся целый букет болезней. Кариес, стоматит, герпес, хеликобактерии — это только то, что я помню. Поэтому!