Повелители утренней звезды

— Послушай, — внезапно сказал он, — если что-нибудь случится и мы разделимся, помни, что вход находится точно к северо-востоку от пилона в двух с четвертью милях. Понял?
— Понял. Но что…
Хью не дал другу договорить.
— Возможно, вход сразу найти не удастся, поверхность за двадцать лет могла измениться, а потому, ищи, пока не найдешь.
Он так часто делал это в детстве, что эти слова казались ему простыми и понятными. Фелтри же посмотрел на него долгим взглядом и тихо произнес:
  
— Нам просто лучше не разделяться.
Наконец, мужчины достигли подножия склона и тяжело зашагали по равнине, постоянно увязая в оседающей пыли. Время от времени Фелтри прикладывал руку в перчатке к передней части своего комбинезона и ощупывал небольшую выпуклость от спрятанного под ним футляра с катушками микрофильмов, которые и составляли цель их экспедиции. Брайант же все продолжал поглядывать на небо, где уже начало клониться к закату миновавшее зенит Красное солнце. Под ногами у них, в углублениях, которые ветер проделал в пыли, виднелись черные сгустки тьмы с полосками малинового света на гребнях.
Они уже очень устали, и каждый шаг давался им с огромным трудом. Их подталкивало вперед только одно: до конца пути оставалось всего около трех миль.
— Ложись! — скомандовал внезапно Фелтри. Его крик был похож на пистолетный выстрел.
Путники рухнули на землю и замерли. Затем Брайант немного повернул голову, чтобы видеть происходящее. К планете приближались два крейсера варконидов. Они были еще высоко и достаточно далеко, но их корпуса уже были хорошо видны — на них красиво играли блики красного солнечного света.
— Думаешь, они нас заметили? — почти прошептал Джим, тоже немного развернув голову.
— Вряд ли, на таком расстоянии…
Двое мужчин были сейчас крошечными, практически невидимыми пылинками в огромной пустыне. И все же Хью стал еще глубже зарываться в пыль. Он чувствовал себя огромным и голым, как одиночно стоящая гора. Фелтри, ощутив его движения, прижал его к себе, заставив затихнуть.
— Если будем лежать неподвижно, они нас заметят, — сказал он.
Далеко над горами два крейсера разделились: один повернул на север вдоль линии утесов, где они соединялись с пустыней, а другой направился в сторону космопорта.
— Один из них может обнаружить наш корабль, — заметил Брайант.
— Возможно, но тогда они будут искать нас где- то рядом ним. А если никаких признаков нашего присутствия не обнаружится, начнут прочесывать холмы, — ответил его друг. — Затем он задумался и как-то обреченно добавил: — Если только они не знают о твоем городе.
— Никто! — выпалил Брайант. — Никто не знает о нем, кроме меня!
— Хорошо, — примирительно сказал Фелтри. — Но если его нашел один человек, то может найти и другой.
— Послушай, — не унимался Хью. — Я, одиннадцатилетний мальчик, наткнулся не него абсолютно случайно. Это стало моей тайной, о которой я никогда и никому не рассказывал.
Фелтри удивленно посмотрел на него.
— Почему?
— Потому, что я знал — если проболтаюсь, мне ни за что не позволят оставить его себе, — просто сказал Брайант.
В этот миг второй крейсер пролетел у них над головами и совершил посадку, сопровождаемую раскатами грома и взрывающимся пламенем, на занесенный песком и землей, но все еще твердый асфальт космопорта.
Хью невольно улыбнулся, вспомнив своего отца.
«Надо отдать должное старику, — подумал он. — Возможно, это был человек эмоционально и умственно негибкий, а также явный подкаблучник, но строить космодромы и поддерживать их в рабочем состоянии он умел хорошо». В результате, даже после двух десятилетий забвения космопорт был полностью в исправном состоянии.
Приглядевшись, Брайант узнал в приземлившимся крейсере командирский корабль, принадлежащий Грейсу Чаю. Из него вышли маленькие черные фигурки, которые быстро рассредоточились по территории космодрома.
Ветер подул сильнее. Красная пыль окутала двух распластанных на земле мужчин, помогая их серым комбинезонам еще больше слиться с пейзажем. Несмотря на костюм с подогревом, Брайант начал ощущать холод и вскоре уже мелко задрожал.
— Неужели эти мерзавцы никогда не уйдут? — прорычал Фелтри сквозь стук зубов, явно сигнализирующий о том, что холод добрался и до него.
— Чай привык делать все основательно, — философски ответил его товарищ. — Очень основательно.
— А если они решат остаться там? — с тревогой продолжил Фелтри.
— И почему они должны остаться? — огрызнулся Брайант, хотя сам с замиранием сердца смотрел на постепенно становящее все краснее заходящее солнце.
Пыль заставляла его глаза слезиться и скрипела у него на зубах. Он начал вычислять направление и точное расстояние от пилона до входа в город. У них не было права на ошибку. Они должны были найти вход быстро и с первой попытки или не находить его вообще.
В это время темные фигуры варконидов деловито передвигались по обширным сооружениям космопорта. Хью наблюдал за ними внимательным взглядом, полным горькой и неприкрытой ненависти. Он подумал, что сейчас такие антисоциальные элементы, как варкониды, могут процветать только в пограничных секторах вдоль Кольца. Но какими бы страшными и невероятными они ни казались обитателям Внутреннего сектора и чрезвычайно далекому Галактическому совету, они были постоянной, ежедневной и болезненно реальной угрозой для всех людей Кольца.
Варконидов нельзя было назвать пиратами, потому что акты насилия против собственности других народов были частью их культурного уклада и предписанием их религии. Их также нельзя было назвать воинственными сплоченными агрессорами и сообщить силам Объединенного военно-космического флота, чтобы те их попросту уничтожили, потому что они не нападали большими группами и не имели цели завоевать кого-либо. Они просто были мастерами рейдерского захвата. Какой-то дурак в забытом прошлом научил их строить космические корабли, и они вышли в космос, как вылетают из гнезда молодые орлята. И они прекрасно проводили время, нападая на всех подряд, пока наступающая волна цивилизации не начала доставлять им неприятности.
Семьдесят или около того лет назад варкониды столкнулись лоб в лоб с Пограничным комитетом гражданской обороны, действовавшим решительно, но без официальной санкции, в результате чего их изгнали с родной планеты Варкон, находящейся на самом краю Галактики. Через несколько десятилетий люди совсем забыли о них, и торговля по всему этому краю начала процветать. Но затем варкониды вернулись, обновленные и окрепшие, вылетели с Нового Варкона, планеты, расположенной где-то в Большом Магеллановом облаке. Они начали охоту на людей, как голодные волки, размеренно и почти безошибочно. Грейс Чай был одним из их самых известных капитанов, и Брайанту уже доводилось сталкиваться с ним раньше.
Фелтри вместе с Брайантом и покойным Бэдом Уоллесом несколько месяцев совершали полеты в поисках Нового Варкона. Когда стало известно, что Джиму удалось сфотографировать оборонительные сооружения варконидов, нынешний Пограничный комитет заявил, что готов заплатить ему за это очень крупную сумму, чтобы иметь больше информации о рейдерах, и в ближайшем будущем преподать им еще один, теперь уже решающий урок и, возможно, окончательно выгнать их из Облака прямо к Туманности Андромеды.
Хью понимал, что Фелтри совсем не хочет попадать в их руки, хотя бы потому, что он знал, как они с ним поступят, если поймают. Но в то же время оба они не сомневались, что варкониды не успокоятся, пока не добьются своего. Если эти захватчики хотели продолжать жить на широкую ногу, никогда не получая ответных ударов, им просто нельзя было отступить.
  
Краешек солнца коснулся горизонта. Стало ужасно холодно. Воздух был совершенно сух, он врезался в нос, горло и легкие, как острый нож. От нестерпимой боли на глазах у Брайанта непроизвольно выступили слезы — они не успевали скатываться по его щекам и просто замерзали на запыленном лице.
Наконец, поисковые группы начали возвращаться на корабль. Мучаясь от холода и нетерпения, двое беглецов еще сильнее напряглись в ожидании. В скором времени крейсер плавно взлетел в раскатах грома и вспышках пламени и устремился на север, к горам.