Моя жена – ведьма. Дилогия (СИ)
— Мой костюм…
— Дорогая, тебе не кажется, что этот псих пытался нас сбить! — возмущенно начал я, морщась от боли в ушибленном колене.
— Мой костюм?! — Оперевшись на мою руку, Наташа с закипающей яростью уставилась на порванные колготки и висящий на трех ниточках рукав. Левая туфля, видимо, попала под колесо, а поднятые очки украшала трещина вдоль обоих стекол. — Где этот гад?! Куда он поехал? Я же сейчас…
— Любимая, это бесполезно…
— Он же теперь только до ближайшего столба и доедет! Он до старости будет мне на итальянские колготки зарабатывать! Я ему такое устрою…
— Девочка моя — все! Все… успокойся.
— Я — успокойся?! Это ты мне говоришь: успокойся?! Ладно, сейчас я им всем — успокоюсь…
Она гневно сузила глаза, и две ближайшие к нам машины почему-то столкнулись друг с другом. Дальше — больше. В образовавшуюся пробку влетел микроавтобус, за ним три рокера на мотоциклах, еще один милицейский с коляской и, венчая все сооружение, — карета «Скорой помощи» с красным… полумесяцем?! Я протер глаза, мы что же, в Турции?
— Не обращай внимания… — отмахнулась Наташа. — Мир как мир, город как город, просто не каждая символика обозначает здесь то же, что на Фонтанке.
— Это… ты? Ты сделала все… всю… аварию! Там же ни в чем не повинные люди!
— Подумаешь… Никто не пострадал, но надеюсь, что до того гада в «мерседесе» я все-таки дотянулась.
Действительно, ругающийся и вопящий народ возбужденно замахал руками, выкрикивая нечто, похожее на малопонятные белые стихи. Буквально в ту же минуту покореженный транспорт взвился в воздух и медленно опустился обратно на дорогу, совершенно новенький, без единой царапинки. Возможно, я впал в некоторый столбняк. Этот город был наполнен магией, словно средняя полоса России березовыми пеньками. Все здешние жители владели волшебством так естественно, как петербуржцы определением погоды в другом конце города за неделю вперед. Я впервые обратил внимание, что у большинства прохожих были вертикальные зрачки. Две молодые девчушки прошмыгнули рядом, хохоча во все горло и демонстрируя народу великолепные отточенные клыки. У кого-то проглядывали маленькие рога, кто-то цокал не каблуками, а копытцами, некоторые дамочки вертели хвостом перед своими кавалерами отнюдь не в переносном смысле. Весь город был населен нечистью, или, если хотите, представителями нетрадиционных магических меньшинств. Здесь они были в большинстве. Надеюсь, это хоть как-то подразумевает присутствие отдельных нормальных людей? Очень хочется верить, что я здесь не один…
— Сереженька, кажется, вы не очень ушиблись? — раздался виноватый голосок с моего правого плеча. — Простите, Христа ради, но у меня не было иного выхода… Этот пожилой тип за рулем — он же просто сумасшедший! Он намеренно пытался вас сбить…
— Так это вы толкнули меня так, что мы оба покатились вверх тормашками? — шепотом ответил я. — Ну, Анцифер… спасибо, конечно, но если моя жена узнает об истинном виновнике ее безнадежно испорченных колготок…
— Женщины чудны и многообразны, — философски промурлыкал черт слева. — Ты вот ей жизнь спасаешь, буквально из-под бампера за косички выдергиваешь, а она же на тебя еще и нос морщит. Что легче — ее утащить от машины или машину оттащить от нее? Любому дураку ясно… но попробуйте объяснить это женщине!
— Ладно, ребята, сейчас не время для споров. Поговорим позже, когда будет свободное время.
— Мне кажется, что несколько минут никак не решат…
— Братан, ну откуда им взять эти минуты?! Ты был хоть когда-нибудь влюблен? — Близнецы ударились в долгий спор, используя мои уши на манер телефона. Я старался не обращать на них внимания, Наташа вела меня под руку, но какие-то обрывки фраз все равно долетали.
— Циля, если ты будешь лезть к ним под одеяло со своими дурацкими правилами…
— Я всего лишь хочу, чтобы они вернулись домой и сходили в церковь. Ему стоит покаяться во многих грехах, да и у нее (несмотря на то что она ведьма) светлая душа, а значит…
— Но хоть пару дней ты можешь их не тревожить, моралист занюханный?! Они два молодых, здоровых человека, у них… потребности есть. И право на личную жизнь, в конце концов!
— Вот вернутся домой, исповедуются, выстоят службу, получат благословение — и ради Бога! Мы же не дети, все-все понимаем…
— Слушай, ты ангел или агент полиции нравов?
— Да тебе дай волю, так ты бы его только по борделям и таскал!
— А в глаз?!
Потом голоса как-то незаметно смолкли. Возможно, ребята и впрямь отправились на ближайший пустырь выяснять отношения. Мы же поднялись на третий этаж высокого особняка. Ничего особенного, если не считать соседки этажом ниже. Она высунулась в дверь, прожигая нас злобным взглядом. Более страшной рожи я не видел… Что ж это за бабу-ягу к нам подселили? Ненароком воду в ванной перельешь или музыку слишком громко включишь — скандалу не оберешься. Интересно, как тут скандалят, если каждый житель способен наслать на другого такую порчу, что и подумать страшно? Надо будет поговорить с Наташей, а то как-то неуютно мне здесь… За хлебом не выскочишь, кругом сплошная нечисть. Если еще и в самом доме будет твориться черт-те что… Так и есть — вместо того чтобы открыть дверь ключом, супруга рявкнула на нее, нетерпеливо притопнув каблучком, та мгновенно открылась.
— Сколькикомнатная у тебя квартира? — тихо выдохнул я.
— Прихожая, кухня, туалет, ванная, спальня, гостиная, сауна с бассейном, тренажерный зал, солярий, рабочий кабинет, лаборатория, небольшой каминный зал, кладовка и дамская комната, — скромно продекламировала она.
Размеры и убранство ошеломляли, мебель всех стилей и направлений только авторской работы, повсюду ковры, вазы, картины, какие-то африканские маски, японские игрушки, диковинные растения, сухие цветы, оружие, шкуры животных и самая современная видеотехника. Моя жена оказалась богатой женщиной…
— Ничему не удивляйся, все это наколдовано. Здесь каждый устраивает себе быт по собственному вкусу. Если ни одна из имеющихся комнат тебе не подойдет, я сотворю другую в соответствии с самыми придирчивыми требованиями. Просто скажи, чего тебе хочется, и все.
Я молча развел руками, сказать нечего. Наташа многозначительно улыбнулась и потащила меня в ванную. Потом, даже не дав раздеться, просто втолкнула под душ и, встав рядом, прервала все мои протесты таким поцелуем… Что же она со мной делает? Ведьма… ведьмочка… любимая…
* * *Я проснулся от настойчивого звонка в дверь. Вставать не хотелось ужасно… Наташа спала, отодвинувшись к стене и с головой завернувшись в шелковое одеяло…
— Любимый… — час назад, тяжело дыша у меня на плече, попыталась объяснить она. — Отпусти, пожалуйста. Если я еще хоть раз тебя поцелую, то мы уже до утра не дадим друг другу уснуть. Завтра очень напряженный день, я хочу представить тебя стае, давай хотя бы немного просто поспим…
Я кивнул и погладил ее по щеке. Моя жена — самая лучшая женщина, во всех смыслах… Так вот она-то уснула мгновенно, а я, едва задремав, был поднят на ноги этим проклятым трезвоном. Господи ты Боже мой, ну кому там может прийти в голову припереться в гости в три часа ночи?! Нащупав в темноте брюки, я прошлепал по всем комнатам, пока не оказался в прихожей. Дверного глазка не было, поэтому пришлось просто погромче спросить:
— Кто там?
— Мне нужна Наташа, — глухо донеслось после некоторого молчания.
— Она спит, зайдите днем.
— А кто это?
— Ее муж, — уже поворачиваясь, буркнул я, но не успел сделать и пары шагов, как вновь зазвенел звонок. В крайнем раздражении полусонного человека я повернул ключ в замке и распахнул дверь. Дальше была немая сцена ужаса. На лестничной площадке, оскалив зубы, напружинясь, стоял… волк! Тот самый! Серо-пепельный с сединой, с вздыбленной шерстью, он казался от этого еще огромнее, а желтые глаза излучали такую всепоглощающую ненависть… Я вцепился в ручку двери, глядя на него как парализованный. Этот оборотень преследовал меня. Он хотел меня убить. Я вдруг необычайно ясно понял, что в моей жизни появился самый настоящий враг! Не завистник, не клеветник, не хам трамвайный, а именно — враг. Некто, жаждущий моей смерти и добивающийся своей цели с упорством маньяка. Видимо, на какую-то долю секунды я вздрогнул… В тот же миг зверь молча бросился вперед. Я с не меньшей скоростью рванул назад, под декоративную защиту двери. Волк ударил в нее всей грудью и, встав на задние лапы, начал вжимать меня в квартиру. Я со своей стороны тоже навалился плечом и не уступал. Защелкнуть замок не удавалось, оборотень был сильнее, сквозь медленно увеличивающийся проем меж косяком и дверью доносилось яростное сопение зверя. Мы боролись, как в тот раз, в тюрьме, снова один на один, не выясняя причин, не утруждаясь вопросами, не тратя времени на пустые формальности типа: кто, за что, почему? Мои босые пятки, скрипя, заскользили по паркету, волк напирал.