Как приручить попаданку (СИ)

  
Как приручить попаданку
   
Глава 1
 
— Один, два, три… —  отсчет рефери отдавался набатом в ушах.
Это уже третий нокдаун подряд, ребра точно сломаны, левую руку отсушило. Во рту неприятный металлический привкус, дышать тяжело, воздух со свистом врывается в легкие.
— Четыре, пять, шесть… — надо вставать.
Проигрывать нельзя, только не этот бой, ставки на который могли решить все мои проблемы и помочь завязать с опасным для здоровья спортом.
— Семь! — проклятое время замедлилось, погружая в зыбучий туман сознания.
Силюсь подняться, но ничего не выходит. Тело стонет, не слушается.
— Восемь! — рывком, через боль, поднимаюсь на четвереньки.
Еще немного, и у меня получится. Сумею! Хватит сил!
Я смогла, да! Картинка перед глазами плывет. Беснующиеся за металлической сеткой зрители слились в сплошное серое пятно. Соленый пот заливает глаза, но соперницу я вижу так четко, будто кто-то увеличил резкость картинки. Темные волосы ежиком топорщатся из-под бамперного шлема. В лицевой прорези виден переломанный в двух местах нос и уверенный взгляд победительницы. Буквально кожей чувствую движение справа и ставлю блок.
Но это обманный ход. Среагировать на прямой удар в солнечное сплетение уже не успеваю.
Дух вышибло одним махом. Накрыла секундная дезориентация, когда нет сил вдохнуть или выдохнуть. Противнице только того и надо, добивающий хук в лицо выключил сознание.
Нокаут!
Тяжело приходить в себя после боя, когда каждая клеточка тела ощущается через боль. Малейшее движение как удар хлыстом по открытой ране, а ты даже закричать не можешь, потому что это принесет новую порцию страданий. Сотрясение, синяки, ссадины, трещины в костях — чего только не бывало за мою недолгую карьеру бойца подпольных боев. Поражения случались, но вчистую проигрывала впервые.
Против Адской Берты еще ни одна соперница не устояла. Это не женщина, а машина смерти какая-то! Крепко же она меня приложила, раз собственное тело ощущалось каким-то чужим. Давило что-то к полу, не позволяло подняться. Попробовать что ли пошевелиться?
Слегка напрягла мышцы, пытаясь понять, есть ли переломы. К какому доктору в первую очередь бежать? И где уже местный Айболит? Пусть хотя бы вколет обезболивающее!
По ощущениям ничего не сломано, только в грудной клетке разлилась тупая боль. Точно, ребра! Вероятно, мне наложили повязку? Но почему так темно?
Приоткрыла глаза, силясь хоть что-нибудь рассмотреть. К моему большому удивлению царившая вокруг темнота вдруг посерела, и я отчетливо различила очертания предметов и силуэты.
— Где я? — вырвалось жалобным хрипом. Или даже сиплым мяуканьем, так мой Барсик, наоравшись на мартовских гулянках, домой просился. — Эй, кто-нибудь? Помогите!
— Хрр-мяу-хрр-хрр, — раздалось вместо привычного голоса.
Вот тут мне по-настоящему стало страшно! Я заполошно заметалась, пытаясь вырваться, убежать, не зная, куда и зачем. Просто хотелось каких-то действий, а не беспомощных стенаний. Вот только с каждым мгновением ко мне возвращалась чувствительность, и я понимала, тело не мое. Оно даже не человеческое! От слова совсем! Четыре лапы, немаленькое туловище и… хвост?
Хвост! У меня? Кто я теперь? Что произошло? Неужели умерла? Или… это галлюцинация? Точно! Меня накачали обезболивающим, вот и начались глюки. Эта костоломша живого места на мне не оставила. Господи, только бы не парализовало! Заработала бабла, называется, — из горла вырвался жалобный скулеж.
Не понятно, может ли животное, каким я себя ощущала, плакать? Да и, как это, вообще, быть животным? Лучше бы кошкой, конечно, они хотя бы красивые и живут рядом с людьми. Лежат себе целый день на диване, гуляют, где вздумается. А еще говорят, у них девять жизней. Проверять нет никакого желания. Но мне кажется, я очень большая мохнатая кошка с длиннющим хвостом.
Вот черт! — стоило подумать о хвосте, как он возник перед лицом, раскачиваясь из стороны в сторону. Этот глюк ловила с особым интересом. Никогда вживую не видела скорпионов, только по телеку — гадость членистоногая. А тут сама обзавелась жутким украшением. Вместо пушистой кисточки — раздвоенное жало с костяными наконечниками.
 
Мамочки! Как страшно! — эта штука подчинялась моим мысленным приказам и шевелилась, поблескивая капельками яда на острие. Заскулила, случайно коснувшись перевязанной лапы. — Больно! — через намотанные тряпки сочилась неестественно темная кровь.
Пить очень хотелось, но я не решилась прикоснуться к миске с водой. Не было желания настолько погружаться в жизнь животного.
Замотала головой, чтобы сбросить наваждение, зажмурилась, готовясь к тому, что увижу унылые стены больничной палаты, но увы…
Услышала голос:
— И зачем ты ее притащил? — неприятный такой, женский, с грубой хрипотцой.
Почувствовала, как шевельнулись мои уши, реагируя на звук. Свела глаза в кучу и увидела кончик широкого носа.
— Это же наала! — раздался в ответ мужской баритон, и ухо неимоверно сильно зачесалось.
Надеюсь, не блохи! Задняя лапа задрыгалась в попытке дотянуться до головы и унять когтями зуд, но ломающая кости боль не позволила совершить резкое движение.
— Молодая особь, но сильная. Не знаю, откуда она взялась на Пустоши, но Лича знатно потрепала, и этим спасла мне жизнь. Я не мог оставить ее умирать, — о чем говорил мужик, я не поняла, просто внимательно следила за передвижением ног, обутых в кожаные сапоги с металлическими заклепками.
Силилась вспомнить, где видела подобную обувь. Если только у ролевиков или в исторических фильмах?
— Противная тварь! — я встрепенулась. Повела мордой, чтобы разглядеть нахалку, распустившую язык. — Непредсказуемая. Может и напасть без предупреждения. Зря ты ее в дом приволок.
Наконец, взгляд сфокусировался на источнике неприятного голоса. Довольно привлекательная девушка сидела за деревянным столом и водила рукой над племенем свечи с таким видом, будто занималась чем-то важным. Пламя то озаряло, то погружало красивое лицо в тень, подчеркивая тонкий профиль с выраженными скулами и узкими губами. Ресницы густые и черные, как и волосы, собранные в высокий хвост. А сама девушка хрупкая и маленькая в обтягивающем утонченную фигурку костюме синего цвета. Странный крой одежды и материал непонятный, вроде кожа, а вроде и нет. Пуговицы интересные, будто бы из драгоценных камней. Они шли в два ряда, крупные на груди, а к талии сужались в диаметре. Сапоги сразу показались знакомыми. Точно такие видела у мужчины.
— Вылечу и отпущу. Наверное, от стаи отбилась. Давно не видел в этих краях наал, — незнакомец подошел к столу и сел напротив девушки, повернул голову в мою сторону, и я смогла его рассмотреть.
На вид лет тридцать. Трехдневная щетина на усталом лице, суровый взгляд карих глаз. Шатен. Волосы прямые, отдельные пряди достают до скул. Не крупный, но жилистый, а вот ручищи мощные. Мне бы такие кулаки-дубины иметь, вмиг бы отправила в нокаут Адскую Берту. Кстати, о ней! Пора бы мне уже от наркоза отойти и вернуться в реальность.
Зашевелилась, в попытке встать с покрывала, облизнула шершавым языком усы и поежилась. До чего странные ощущения! Еще и шерсть эта вездесущая, так и лезет в нос и глаза. Передняя левая лапа двигалась без боли, а вот правая горела жгучим пламенем всякий раз, когда я силилась ее поднять.
— Хррау! — вырвалось из пасти, когда рухнула как раз на перебинтованную конечность.
— Тише, девочка, рано еще вставать, — мужчина подскочил ко мне и обхватил голову, заботливо укладывая обратно. Рефлексы сработали быстрее меня, и хвост устрашающе блеснул у шеи незнакомца острым красноватым концом.
— Элаим! — взвизгнула девушка и вскочила с места, выхватывая кинжал.
Мужчина медленно выставил руку вперед, давая брюнетке понять, что не стоит волноваться.
Я заглянула в его глаза и тяжело задышала. Со свистом, с гортанным рыком. Так угрожающе и громко, что самой стало страшно. Усилием воли убрала хвост и немного расслабилась. Боль отступила, когда он погладил меня по хребту и почесал как раз в том месте, где зудело. Я аж зажмурилась от удовольствия, а когда открыла глаза, Элаим поставил передо мной чашу с водой.