Ты мне принадлежишь (СИ)

- А чем занимаются Джон Нилз и Ник Озборн?
- К чему ты клонишь? – Тейлор удивленно вскинула брови. – Честно говоря, про них я вообще ничего не знаю. Нужно спросить у Эбби, она более осведомлена.
Тейлор внезапно замолчала и глубоко вздохнула. Троттл видел, как на ее лице появилось печальное выражение. Видимо, разговор о работе невольно вернул ее к мысли о смерти коллеги.
- Ты выглядишь очень уставшей, – Троттл решил сменить тему. – Раз уж ты сегодня дома, постарайся отдохнуть.
- Какой тут отдых… - отмахнулась Тейлор. – Я жду прихода криминалиста. Он должен осмотреть дом, снять отпечатки пальцев и поискать возможные улики. Хотя я почти на сто процентов уверена, что это Барри. Он же напал на Келли и он же столкнул Генри с моста.
- Может быть, не стоит торопиться с выводами? – осторожно заметил Троттл.
- Я хочу, чтобы полиция нашла Барри, и этот кошмар поскорее закончился, - Тейлор поднялась на ноги, и Троттл расценил это как окончание разговора. – Кофе?
- Нет, милая, спасибо, - он улыбнулся и нежно убрал прядь волос с ее щеки. – Я пойду, не хочу тебе мешать. Ты должна отдохнуть, а кофе мы попьем в другой раз.
- В другой раз? – ее лицо внезапно приняло непроницаемое выражение, а в глазах застыл лед. – Где? Опять у меня дома за закрытыми шторами, чтобы нас никто не увидел?
Сказав это, она резко отвернулась, а он продолжал смотреть на нее, не в силах поверить в то, что только что услышал. Его губы дрогнули, но он не произнес ни слова. Внутри образовалась какая-то гулкая пустота, и в этой пустоте отчаянно колотилось усталое истерзанное сердце.
Глубоко вздохнув, он протянул руку, чтобы вновь коснуться ее щеки, провел по ней кончиками пальцев, словно пытаясь запомнить это ощущение от прикосновения к ее коже, а затем грустно улыбнулся и вышел за дверь.
А она так и не подняла на него глаз, не проводила взглядом. Она не хотела, чтобы он видел ее слезы. Это были слезы стыда и сожаления, однако отступать было уже поздно.
Покидая дом Тейлор, он чувствовал себя куда хуже, чем когда ехал к ней. Если тогда он еще был полон надежд, списывал ее поведение на усталость и страх, в котором она пребывала, то сейчас он окончательно убедился, что, несмотря на все те проблемы, что свалились на нее, она больше не искала у него поддержки. Более того, она прекрасно дала понять, что между ними ничего нет и быть не может. Ее последние слова прозвучали как пощечина, они были горьки и обидны. Он мог бы и дальше придумывать ей оправдания, но зачем?
Троттл был потрясен, рухнувшие надежды отдавались в груди тупой болью, при этом голова просто раскалывалась на части, а руки держали руль уже не так уверенно, как обычно. Давление в глазах стало настолько невыносимым, что он с трудом разбирал дорогу.
«Нужно встать где-нибудь, пока не случилось чего…» - подумал он, двигаясь по 79-й улице в направлении Буффало Вудс.
Подъезжая к перекрестку с Южным Сисеро-авеню, Троттл увидел, что впереди образовалась пробка, и занервничал. Машины ехали все медленнее и постепенно останавливались. То и дело со всех сторон раздавались протяжные и резкие нетерпеливые сигналы, которые словно молотком били по его гудящей голове. Оценив ситуацию, Троттл принял решение двигаться вперед, между рядами машин, сочтя зазор между ними вполне достаточным, чтобы успешно проскочить. Стиснув руль, он вывел байк на разметку и осторожно покатил вперед, стараясь избегать возможного контакта со стоящими с обеих сторон машинами. На выступающих полосах слегка потряхивало – это было неприятно, но он продолжал двигаться, не переставая озираться по сторонам.
«Черт! Я ничего не вижу!» – мысленно выругался он, когда перед глазами от скакнувшего давления поплыли черные круги.
Он прекрасно понимал, что отсутствие достаточной способности видеть может быть чревато неправильной оценкой обстановки на дороге. Он не раз проделывал этот маневр, и всегда успешно. Опыта, смелости и уверенности в себе было достаточно, чтобы ориентироваться в постоянно менявшейся дорожной ситуации. Но никогда до этого он не ездил среди рядов в пробке в таком состоянии, как сейчас.
 
Крепче стиснув руль и слегка согнув в локтях руки, чтобы снять лишнее напряжение, Троттл постарался максимально скоординировать движения. Сжав пальцами ручку переднего тормоза – на случай, если придется резко остановиться, он медленно двинулся вперед.
Внезапно он понял, что брешь перед ним закрывается из-за автомобиля, решившего перестроиться в другой ряд, и, стало быть, его ход невозможно продолжить. Места для маневра просто не оставалось, и, не успев вовремя затормозить, Троттл по касательной задел стоявший с левой стороны джип. Раздавшийся от соприкосновения глухой скрежет красноречиво заявил о масштабах причиненных повреждений. Затем мотоцикл откинуло на стоявший справа седан, с хрустом снося у него боковое зеркало. И в следующий момент, полностью потеряв управление, байк завалился на бок, а Троттл едва успел спрыгнуть с него, чтобы не оказаться придавленным.
Из зеленого джипа выскочил молодой, но довольно коренастый парень с ярко-рыжими волосами. Обежав машину, он остановился перед лежащим мотоциклом и схватился за голову, затем обернулся и, отыскав глазами Троттла, вперил в него полный ненависти взгляд.
- Ты, хрустик, смотри, куда прешь! – завопил он. – Моя новая машина! Весь правый бок в хлам!
Он полез в карман и, вытащив мобильник, принялся звонить в полицию.
Из покалеченного седана высунулась женщина средних лет с нацеленной на Троттла камерой своего телефона.
- Каждый день одно и то же! Когда уже этим выскочкам запретят ездить по междурядью! – кричала она, продолжая записывать происходящее на видео. – Ты за это ответишь! Полиция с тобой живо разберется…
Троттл, словно зачарованный, наблюдал за их действиями, а в голове уже рисовались совершенно безрадостные картины. Он стал виновником ДТП, а это влекло за собой общение с полицией и очень большие проблемы, к которым он был совершенно не готов. Во-первых, его мотоцикл не был зарегистрирован в транспортном реестре штата Иллинойс. Во-вторых, у него не было водительских прав установленного образца, которые полиция непременно пожелает увидеть. И, в-третьих, ему придется снять шлем.
***
Чарли вбежала в дом, слегка запыхавшись, и сразу же принялась звать ребят.
- Парни, Троттл еще не вернулся? – она вошла на кухню и окинула сидевших там Винни и Модо вопросительным взглядом. – Судя по всему, еще нет.
- Нет, он уехал с утра и больше не появлялся, - ответил Винни. – А что?
- Чарли, ты на обед? – осведомился Модо. – У меня все готово.
- Я как раз сегодня закончила ремонтировать машину Тейлор и хотела ей сказать, чтобы она ее забирала, но не смогла дозвониться. Троттл тоже упорно не берет трубку. Не знаю, что и думать… - она сокрушенно покачала головой.
- Может, не стоит им мешать? – Модо подмигнул ей и принялся накрывать на стол.
- Хорошо, если так, - Чарли слабо улыбнулась. – Ко мне приходили из полиции…
- Из полиции? – переспросил Винни. – Зачем?
- Хотели осмотреть машину Тейлор. Они забрали из бардачка все эти письма в голубых конвертах. Сказали, что на экспертизу. Кто-нибудь знает, что вообще происходит?
- Мы знаем не больше тебя, - развел руками Винни. – И почему из-за женщин всегда столько проблем?
- Без женщин проблем куда больше, - Чарли коснулась кончиком пальца носа Винни. – Кажется, ты хотел, чтобы Троттл и Модо завели себе подружек.
- Да, похоже, наш рыжик серьезно в это втянулся, - заметил Модо.
- Серьезнее некуда, - согласился Винни. – В своем стремлении помочь этой дамочке решить все ее проблемы, он незаметно в нее втрескался…
Внезапно у Модо зазвонил мобильник. Поставив перед Чарли тарелку с супом, он вытащил его из кармана и поднес к уху. Несколько секунд он внимательно слушал, не произнося ни слова, затем спросил:
- Где ты сейчас? – выслушав ответ, он добавил: - Мы едем.
Убрав телефон, он посмотрел на Винни.