Рассвет боли (ЛП)

Он остановился посреди комнаты и скрестил руки на груди.
— Или стой, — сказала она с подчёркнутой выразительностью, как бы предупреждая о своём недовольстве.
— Что твои люди узнали из анализа тел и Хаммера?
— Очень немногое.
— Мне трудно в это поверить, особенно учитывая, что одним из этих тел был Дариус Пим. Вы обыскиваете его дом?
Амарада вздохнула.
— О, Кирдавиан, в тебе нет деликатности. Игнорирование в данный момент его дома, который теперь принадлежит мне, само собой, говорит о том, что я чувствую, что вопрос решён. Обыск в его доме, который, скорее всего, ничего не даст, но заставит его сообщников залечь на дно.
  
— Пима застрелил снайпер, поэтому они знают, что он был пойман, и, вероятно, знают, что он назвал их имена.
— Он никого не назвал.
— Он назвал Братство Тёмного принца.
— Но мне нужны имена. Имена людей. Мне нужно, чтобы эти предатели интересовались тем, что я знаю, и пытались это выяснить. Мне нужно, чтобы они были достаточно любопытными и уверенными в себе, чтобы не молчать в течение следующих десяти лет. Я хочу, чтобы этот утомительный вопрос был решён.
— Утомительный вопрос, — повторил Кир. — И как давно ты об этом знаешь?
Амарада забарабанила острыми красными ногтями по подлокотнику кресла. Другая её рука по-прежнему держала на колене фарфоровую чашку, но тот факт, что она не отпивала, а напиток остывал, пока они разговаривали, свидетельствовал о том, что она чувствовала себя не так непринуждённо, как хотела казаться. Однако на её гладком лице не отразилось никакого дискомфорта, когда она снова заговорила, усмехаясь.
— Неужели ты думаешь, что я без причины обручила Сайрен с таким жеманным придурком, как Дариус Пим?
— Ты знала, что он был частью этого заговора? Ты сознательно подвергала её риску? Что, чёрт возьми, с тобой не так?
— Ей ничего не угрожало, пока прошлой осенью ты не вынудил её разорвать помолвку. Я использовала его, чтобы выманить остальных. Я бы разобралась с ним в своё время. Всё это спровоцировал ты, Кирдавиан, а не я.
Кир начал расхаживать взад-вперёд, и топот его ботинок приглушался ковром. Обычно он не ходил взад-вперёд; он предпочитал драться. Но задушить Амараду, каким бы соблазнительным это ни казалось, было невозможно.
— Тебе не следовало так с ней обращаться. Она твоя дочь, а не шахматная фигура.
— Для королевы каждый человек — шахматная фигура, независимо от личных чувств. Сайрен должна это усвоить, а опыт — лучший учитель. Мне ли не знать — меня научила этому моя собственная мать. Вот почему я сильная.
— Жестокость и эгоизм — это не сила.
— Ты идеалистичный дурак. Ты понятия не имеешь, чего стоит править этой кишащей змеями ямой. Корона имеет контроль над каждым интриганом-дворянином, у которого достаточно власти, чтобы быть опасным.
Киру не нравилось, что в её словах имелась доля правды.
— Нам было бы лучше безо всех вас.
Приоткрыв алые губы, Амарада невесело усмехнулась.
— В любом обществе всегда есть те, кто наделён властью, независимо от расы. Как ты думаешь, что было бы без меня? Миф о демократии? И как бы это сработало для нас? Мы прячемся среди людей и всегда будем прятаться. Это требует централизованного контроля и тщательного управления ресурсами. Больницы. Банки крови. Мониторинг потенциального риска.
— Для такого занятого администратора ты, безусловно, проводишь много времени, распивая шампанское на своих маленьких вечеринках.
— Мои маленькие вечеринки предназначены для того, чтобы узнавать своих врагов.
Киру хотелось поспорить с ней, но сейчас не время для их разногласий в политической философии. Он переключился на главную тему.
— Так ты знала, что Братство до сих пор активно?
— Глупенькие маленькие культы никогда не исчезают бесследно. Посмотри на Орден, всё ещё болтающий о сыне Идайоса, которого никогда не существовало. Братство Тёмного Принца лишь немногим менее бредово. Они поклоняются мёртвому полубогу, но, по крайней мере, Кадарос был настоящим.
— Мне всё равно, бредят они или нет. Они опасны. Прошлой ночью они чуть не схватили тебя.
— Вряд ли, — протянула Амарада. — То, что я позволяю другим стрелять вместо меня, не означает, что я не могу защитить себя. Все, кто погиб с пулями в голове, могут благодарить любое божество, какое им заблагорассудится, за то, что они не умерли от моих когтей в своих уязвимых местах.
Эти когти снова забарабанили по подлокотнику кресла. Она не лгала. Настоящей ложью была её изысканная внешность. Кир не раз видел её злобной, первобытной, с капающей с рук, лица и волос кровью. Она могла выпотрошить тело за считанные секунды.
Кир спросил:
— Теперь, когда Пим мёртв, как ты надеешься опознать других членов Братства?
— С терпением и достоинством. То, чего у тебя нет и, следовательно, ты не смог бы понять. Поэтому тебе придётся просто смириться с тем, что сегодня вечером мне потребуются уже обещанные услуги.
— Если ты имеешь в виду Риса и Вэса, этому не бывать. Прошлой ночью в Риса стреляли, когда он защищал тебя, должен заметить. Он не на дежурстве.
— Боюсь, это неприемлемо.
— Боюсь, мне на это наплевать.
Отставив фарфоровую чашку в сторону, Амарада поднялась со стула. Её голубой шёлковый халат мерцал в тёплом свете.
— Прошлой ночью он был на ногах, и сегодня тоже будет стоять на страже. В противном случае, — Амарада повысила голос, перекрывая протест Кира, — он окажется в очень тёмной камере, ключ от которой есть только у меня.
— У тебя нет оснований…
— Два взлома.
Кир замер.
— О чём, чёрт возьми, ты говоришь?
Красные губы Амарады растянулись в улыбке, когда она взяла свой телефон со столика рядом со стулом.
— Ты поймал его в первый раз, так что не прикидывайся дурачком.
— И ты хранила это? — процедил Кир сквозь зубы. — Всё это время?
— Мне это вряд ли понадобится, когда у меня есть это.
Она протянула Киру свой телефон, на котором проигрывался видеоклип, который она явно подготовила для него. Судя по ракурсу съёмки, это запечатлела камера видеонаблюдения, а дата была указана несколько дней назад. На видео Рис ждал в скалистой пещере, которая, как узнал Кир, была самым нижним уровнем Резиденции, где находились камеры и хранилище. Рис что-то говорил о хранилище. В ночь драки в кинотеатре Мёртвой Зоны. В ночь, указанную в этой дате.
Когда Амарада появилась в кадре, Рис улыбнулся, как будто ждал её появления, как будто всё это было игрой.
Дерьмо. Рис проник внутрь, чтобы осмотреть хранилище. Чёрт возьми.
— Как видишь, Кирдавиан, Рис будет здесь сегодня вечером. И Вэс тоже.
— Но Рис расскретил свою личность прошлой ночью, когда помогал тебе. Так в чём смысл? Никто ему ничего не раскроет.
— Мне не нужно, чтобы ему что-то раскрывали. Мне нужно, чтобы они раскрыли себя мне.
Кир насторожился. Амарада намекала, что выбрала Риса и Вэса из-за их симпатичных лиц, и в это было нетрудно поверить. Но это ещё не всё. Он должен был догадаться. С Амарадой всё всегда не так, как кажется.
— Почему ты выбрала его и Вэса? Ты хотела именно их. И не из-за их внешности.
Он не ожидал ответа и не получил его. Амарада улыбнулась, обнажив клыки между красных губ.
— Но они же красивые, не так ли? Какая прекрасная пара рыцарей на шахматной доске!
(Рыцарь — это англоязычное название шахматной фигуры конь, — прим)
Глава 26
— Спасибо, — сказал Рис, когда один из сотрудников Амарады указал ему в направлении комнаты совета.
Женщина кивнула и оставила Риса одного пересекать коридор Резиденции. Его компрессионная рубашка, чёрные тактические брюки и армейские ботинки казались неуместными в элегантном помещении с ковром цвета драгоценных камней, лепниной в виде корон и серебряными светильниками, но он не собирался жаловаться. Он предпочёл бы носить тактическое снаряжение, а не костюм, и он предпочёл бы нести караульную службу, а не делать вид, что общается. По крайней мере, ему не придётся ни с кем разговаривать.