Рассвет боли (ЛП)

Рис протянул руку и запустил пальцы в короткие волосы Вэса.
— Я думаю, нам обоим просто пришлось наконец-то признать, что мы пи**ец как возбуждены.
Вэс усмехнулся.
— Да, после этого всё стало намного проще.
От улыбки, озарившей лицо Риса, у Вэса перехватило дыхание. Святые угодники, этот мужчина был прекрасен. Затем улыбка исчезла. Рис замер.
Вэса охватило беспокойство.
  
— Что?
— Я слышу свой телефон.
Вэс уловил слабое жужжание в шкафу.
— Дерьмо. Мы так и не отметились.
Они оба вскочили. Рис вскочил с кровати и бросился в гардероб. Вэс последовал за ним и застыл в дверном проёме, пока Рис рылся в своей одежде в поисках телефона. Найдя его, он уставился на экран так, словно это была бомба, которая вот-вот взорвётся.
— Бл*дь, — пробормотал он.
Приняв вызов, он поднёс телефон к уху и сказал:
— Да, боссмен. Да, мы оба в порядке. Все остальные в порядке? Хорошо. Эм, да, я действительно видел время, когда брал свой телефон. Да, я знаю, что мы пропустили положенное время и не отметились.
Рис повернулся лицом к Вэсу и одними губами произнёс: «Бл*дь».
Несмотря на сложившуюся ситуацию, Вэс очень даже получал удовольствие, наблюдая за Рисом в такой момент. Свет отбрасывал яркие блики на волнах его волос — волос, в которые Вэс несколько мгновений назад запускал свои руки. Его тело было воплощением мужского совершенства — тело, которое Вэс гладил, держал в руках, вбивался в него.
И этот член. Христос. У Риса больше не было эрекции, но он всё равно был великолепен — длинный, толстый, тяжёлый — и было что-то ещё более прекрасное в том, чтобы видеть эту интимную часть его тела сейчас, когда они не трахались.
Но всё это удовольствие испарилось — и затянувшееся возбуждение Вэса, безусловно, тоже исчезло — в тот момент, когда Вэс заметил внутреннюю сторону правого запястья Риса, которое было открыто, пока он прижимал телефон к уху.
У Риса были и другие шрамы, следы от ножей и пуль, включая тот ужасный, примерно в двух дюймах слева от сердца. Это очень расстраивало Вэса, потому что такой выстрел в грудь мог убить его — и это случилось совсем недавно. Но почему-то поблёкший шрам, который он заметил на запястье Риса, заставил его похолодеть ещё сильнее.
Вэс приказал себе притормозить, бл*дь. Не было причин делать поспешных выводов. В работе Риса травмы случались каждую ночь. Вот почему нынешний разговор затрагивал аспект «все-остальные-в-порядке?» ещё до того, как Кир начал нападать на Риса из-за пропущенного отчёта. Для любого члена Тиши было много объяснений порезам на запястье.
К счастью, Рис был слишком занят, чтобы заметить, что внимание Вэса переключилось. Он кратко рассказал о вечеринке, но, что примечательно, не упомянул о том, что он вломился в кабинет лорда Тайсана. Однако он сказал Киру, что видел у лорда Тайсана серебряное кольцо в форме круга, увенчанного двумя точками.
— Эм, да, мне пришлось подойти довольно близко, чтобы разглядеть это, — признал Рис, а затем быстро спросил: — Ты когда-нибудь видел этот символ? Да, я уверен, он заметил, что я смотрю на него. Ты такого не видел? Да, босс, я уловил твой посыл.
Рис провёл свободной рукой по лицу, выглядя напряжённым. Затем он замер. Его глаза ожесточились.
— Ты же знаешь, я ненавижу это, — выпалил он. — Вот почему я постоянно отключаю отслеживание. Да, я видел пропущенные звонки, но… Да, он здесь, — Рис немного помолчал, затем протянул трубку Вэсу и натянуто произнёс: — Он хочет с тобой поговорить.
Глава 17
Когда Вэс взял телефон, Рис протиснулся мимо него. Вэс, мог бы запаниковать из-за того, что он ушёл, но у Вэса был его телефон, и Рис был полностью обнажён, так что это казалось маловероятным.
Вэс поднёс телефон к уху и сказал:
— Да, Кир.
— С ним всё в порядке?
Вопрос был настолько далёк от того, чего ожидал Вэс, что он не сразу нашёлся с ответом. Он забрёл в гардеробную и, взглянув на себя в зеркало, нахмурился.
— Он в норме. А что?
— Ты уверен? Потому что это может быть трудно определить.
— Почему ты спрашиваешь?
Кир долго молчал, а затем сказал:
— Не бери в голову. Просто присмотри за ним, ладно?
При намёке на то, что Вэс может потерпеть провал в этом, его охватил гнев. Он прорычал:
— Я бл*дь не позволю, чтобы с ним что-либо случилось.
Только когда слова были произнесены, Вэс услышал собственнические нотки в своём тоне. Судя по тишине, Кир, должно быть, тоже это услышал. Часть Вэса сказала «Чёрт», а другая часть возразила «Да, он мой».
Когда Кир заговорил снова, его тон сменился на деловой.
— Амарада не нуждается в вас двоих завтрашней ночью, так что вы будете прочёсывать Мёртвую Зону вместе с остальными членами Тиши. Обязательно выспитесь. Вы оба.
Звонок оборвался.
«Вы оба».
Ага. Вэс определённо выдал всё. С таким же успехом он мог сказать: «Мы сейчас трахаемся».
Проклятье.
Вэс положил телефон рядом с одеждой Риса, надел серые спортивные штаны и прихватил запасные. Он нашёл Риса на кухне, он опрокидывал в себя рюмку водки, которую Вэс налил ему ранее.
— Не то чтобы мне не нравился этот вид, но если хочешь, то вот, — Вэс положил на стойку запасные спортивные штаны.
— Спасибо.
Рис схватил их и натянул на себя. Они низко сидели на бёдрах, подчёркивая v-образные мышцы, переходящие в пах. Раньше Вэс не был уверен, но теперь заметил, что Рис действительно был немного стройнее его.
Схватив губку с раковины, Рис вытер брызги водки, которые Вэс расплескал ранее. Затем он поднял крышку от бутылки, которая упала на пол. Он сделался дёрганым, кипел своей обычной энергией и старался не встречаться взглядом с Вэсом.
Думал ли он о том, чтобы уйти? Солнце взойдёт меньше чем через час. Рису нужно будет уйти в ближайшее время… или остаться на весь день.
«Просто присмотри за ним, ладно?»
Почему Кир беспокоился?
— Я хочу, чтобы ты остался, — сказал Вэс. — Я надеюсь, что ты останешься.
— Я хочу, но…
Сердце Вэса упало.
— Но что?
— Я не знаю, — Рис отнёс рюмки в раковину.
— Но что, Рис?
— Мне страшно! — рюмки с лязгом упали в раковину. — Обычно я так не делаю.
— Потому что ты не заводишь отношений, — подсказал Вэс. Было всего несколько блаженных мгновений, когда он смог забыть, что Рис говорил это.
Рис опёрся руками о край раковины, по-прежнему стоя спиной к Вэсу.
— Я стараюсь ограничиваться сексом без обязательств, чтобы всё было просто, а трахаться с людьми на работе — это что угодно, только не «просто».
Вэс сглотнул, борясь со спазмом в горле.
— Что ж, уже поздно переживать, но, полагаю, оплошности случаются.
Рис повернулся к Вэсу лицом через всю кухню. Его глаза — пронзительные, охренительно голубые и охренительно красивые — встретились с глазами Вэса. Он твёрдо сказал:
— Это не было оплошностью.
Вэс ухватился за стойку. Пока от облегчения у него чуть не подкосились колени, он не осознавал, как сильно боялся, что Рис уйдёт, что всё это закончится. Рис не отверг его после признания, но страх, как правило, оказывался ещё сильнее. Вэс прекрасно это понимал. Именно поэтому он так долго пробыл в изоляции.
Внезапно Рис оказался рядом, обнимая Вэса. Вэс обнял его в ответ, прижавшись носом к уху Риса, вдыхая его насыщенный аромат. Он не знал, кто из них дрожал. Возможно, они оба.
— Мне тоже страшно, — прошептал Вэс.
Рис прерывисто выдохнул.
— Я не хотел вести себя как мудак.
Вэс провёл рукой по спине Риса к его шее. Боже, этот мужчина был таким чертовски милым.
— Ты не ведёшь себя как мудак.
  
Теперь, когда он успокоился, стало очевидно, что произошло, и почему Рис начал волноваться. Звонок Кира был для него отрезвляющим фактором, внезапным озарением, пролившим свет на то, что они сделали. Вэс тоже это почувствовал.
— Я хочу быть с тобой и не понимаю этого, — сказал Рис. — Я никогда, никогда этого не делал. Я никогда не хотел… Я не знаю… этого.